Возможно ли создание новых лекарственных препаратов в России?

Фармакология

Мы всё время говорим о том, что нужно развивать отечественную фармацевтику, хотим изобрести лекарство от рака, СПИДа, тут хотим быть конкурентоспособными. Насколько тяжело сейчас это сделать?

В России?
Да.
Смотрите, если это просто команда ученых, то сама она на рынок, скорее всего, никогда

Нет, у них есть инвесторы, есть компания, производство даже уже, они хотят вот это лекарство широко продавать, чтобы оно была доступным, вот сложно сейчас пробиться?
 Нет, подождите секундочку, это просто разные, очень разные вопросы.

Я сейчас утрирую.
Ученые разработали, есть производство, то есть, есть какой-то индустриальный партнёр, который выпускает, если есть индустриальный партнёр, то, скорее всего, у него есть какие-то каналы продаж, отношения с дистрибуторами, если есть, то этот лекарственный препарат можно через эти же каналы продаж, чтобы он попал на рынок.

Но его же надо зарегистрировать сначала.
Это техническая процедура.

А долго у нас эта регистрация происходит?
Это девять месяцев, примерно, это не очень много, во всём мире есть масса примеров, когда это делается дольше, это да, много бумаг, и надо с этим разбираться, потому что если ты что-то написал не так, тебе всё возвращают и опять всё заново, то есть это требует некоторых специальных знаний, но это не катастрофа никакая, это нормальная бюрократическая процедура, надо понимать, что вся регистрации лекарств, это вообще говоря, действия, направленные на защиту пациентов, чтобы на рынок попадали лекарства качественные, эффективные и безопасные, поэтому без неё, к сожалению, или к счастью, никак.

А что у нас вообще происходит с инновационными препаратами, они у нас есть вообще, рынок лекарственных инновационных препаратов развит, и государства как-то стимулирует что-то?
Смотрите, давайте так, во-первых, всё-таки инновационных лекарственных препаратов почти столько же, сколько и дженериков.

Простите, для тех, кто не знает, дженерики это что у нас.
Лекарственные препараты, произведённые из активной субстанции, вышедшей из-под патента, то есть незащищенные патентом. По факту, несмотря на то, что часто говорят, что в России дженериковый рынок, в России треть примерно рынка в денежном выражении, это препараты инновационные, треть дженерики, а треть традиционные препараты, которые, на самом деле, в современном понимании, не сильно то и лекарственные препараты, никогда клинических исследований, в современном понимании, не проходили. То есть, тот же самый корвалол, который много раз упоминают, или какой-нибудь активированный уголь, это же не дженерик, у него нет оригинального препарата, то есть это не копия чего-то, это то, что в России считается лекарством, но не будет лекарством ни в одной другой стране мира. Так вот, то есть первый тезис, ответ на вопрос, инновационных препаратов в деньгах достаточно много, с одной стороны, с другой стороны, доступность этих лекарственных препаратов, к сожалению, низкая, просто потому, что дорого.

Почему, кстати, так дорого?
Почему дорого, представьте, стоимость разработки лекарственного препарата пять шесть лет назад говорили миллиард долларов, обычно говорили: ой как дорого. Если мы сейчас посмотрим с Вами отчёты публичных крупных компаний мировых, мы увидим, что новая молекула обходится и в 10, и в 12 миллиардов долларов, одна. Да, конечно, можно схитрить, можно взять чужой патент и попытаться его обойти, его разрушать, понятно, что это будет дешевле, точно совершенно ты затратишь на это меньше денег, но вряд ли на этом можно строить крупную индустрию, тем более в масштабах страны. Если у тебя одна молекула стоит 10 миллиардов и патент у тебя в момент, когда ты выходишь на рынок, у тебя остается лет 10 действия патента, вопрос, как ты эти затраты окупишь, к сожалению, либо очень дорогой препарат, либо следующей инновационной молекулы уже не будет, потому что компания, не купившая затраты на разработке, просто разориться.

То есть России не грозит в ближайшей перспективе стать ведущей фармацевтической державой?
А что такое ближайшая перспектива?

Ближайшие 10-15 лет вот мы не займём на мировом рынке лидирующих каких-то позиций.
Знаете как, если бы кто-то в Калуге 10 лет назад сказал, что через 10 лет здесь будет 20 фармацевтических заводов, наверное это звучало бы тоже фантастично, тем не менее, сейчас в Калужском фармкластере 20 производственных лицензий, и больше 30 компаний-разработчиков. Вот серьёзно, примерно то же самое произойдёт и с разработкой лекарственных препаратов, если спокойно, последовательно этой задачей заниматься.

Насколько эффективна телемедицина в системе здравоохранения? Есть ли у не будущее? Что необходимо, чтобы осуществить этот проект на уровне всей России?   Какие основные факторы риска для развития инсульта?   Насколько высока смертность при метастатическом раке простаты?   Как зависит рост волос от инсулина?   Можно ли делать магнитно-резонансную томографию с титановым имплантом?   Есть ли возрастные ограничения для липосакции?   В России и в мире какие есть проблемы с доступом к чистой воде?   Диабет и дети. Как родителям приучать ребенка к правильному питанию?   Второй стереотип – «Хлеб всему голова». Как Вы относитесь к хлебу?   Какие еще хирургические операции применяются при лечении артроза? Что лучше – остеотомия или эндопротезирование?   Какова мечта у идеолога трансгуманизма?   Какие методы контрацепции эффективнее?   В чем отличие оптики Италии?   Какие врожденные заболевания встречаются в детском возрасте?   Можно ли спрогнозировать варианты развития гемангиомы?   Компрессионный перелом позвоночника. Что делать, чтобы избежать последствий для ребенка при травме?   Слинг и кенгуру — что это? В чём их отличие?   В каком возрасте лучше устанавливать брекеты? Чем раньше, тем лучше?   Кто принимает решение о выхаживании недоношенного ребёнка? Ведь это вопрос морального права.   Может ли случиться, что у пациента с дисфункцией височно-нижнечелюстного сустава нет никаких симптомов?