Детская травматология - это солнечная профессия

Травматология

Тэги: 

Юлия Титова: Здравствуйте. В эфире канал «Медиадоктор», программа «Онлайн приём», которую веду сегодня я, Юлия Титова. А в гостях у меня Ренат Латыпов – детский травматолог-ортопед. Ренат, здравствуйте!

Ренат Латыпов: Здравствуйте!

 

Юлия Титова: Очень рада снова Вас видеть у нас в студии. Мы наслышаны, какой Вы замечательный врач. Сегодня будем выпытывать у Вас интересные истории вашей практики. Но, прежде всего, хочется начать с того, что Вы назвали наш эфир – помогли мне в этом – как «детская травматология – это солнечная профессия». Что включено в это понятие - «солнечная профессия»? Что же имеется в виду?

Ренат Латыпов: Это слова замечательного профессора Романа Романовича Вредена. Он был, в том числе, и консультантом царевича Алексея. И вот это подразумевает, что все дети выздоравливают с травмами, результат всегда благоприятный, исход всегда благоприятный. То есть ты, работая, всегда получаешь удовлетворение. Но я не знаю, подразумевал ли Роман Романович Вреден это или нет, но общение с молодежью как-то само омолаживает. Кто-то называет меня энергетическим вампиром. И, соответственно, я вот сохраняю бодрость духа, не теряю никогда. Но, к сожалению, вот Вы заметили совершенно правильно, специальность называется травматолог-ортопед. Я стараюсь всячески это как бы дезавуировать. Потому что, это как, знаете, я акушера-гинеколога в качестве примера привожу родителям. Говорю, вот Вы знаете, это как двух специалистов смешали в одну профессию – один роды принимает, а другой болезни лечит. Тоже самое травматолог-ортопед. У Романа Романовича Вредена есть такая более грустная фраза по поводу вывиха бедра. Он говорит: ребёнок ходит как утка. А после операции он ходит, как оперированная утка. То есть уже вот эта ортопедия. Я всячески, к сожалению, к своему греху, я избегаю ортопедию. Кому-то дано на пациента повлиять, чтобы он по полчаса два раза в день делал зарядку – это повлиять в основном на родителей – ходил в бассейн три раза в неделю, носил стельки, допустим. Но я убедить не могу. Поэтому Вы правильно подметили, травматолог-ортопед, действительно, называется специальность. Опять же, у нас это у нас так. Насколько я знаю, в Америке называется ургентная ортопедия или неотложная ортопедия. То есть там слово «травматолог» даже не звучит, как ни странно. И вот у нас как бы так принято в советской и российской медицине, что есть служба детская, а есть служба взрослая. Опять же, взрослых я знаю слабо. Может быть это минус, а может быть это плюс. Опять же, переходя к разным забавным историям, ко мне приходил замечательный парнишка, который остался на последний год в музыкальной школе по игре на аккордеоне. Я ему говорю: а ты на баяне можешь? - Нет, доктор, специально учиться надо. Вот, опять же, с чем обращаться, а с чем не обращаться? Всё, что у нас находится в бортовом компьютере – то есть это зубы, нос, ухо, глазное яблоко. Ну, глаз хитрый, как правило, он успевает спрятаться, подставляя вспомогательный аппарат – веко, бровь. Ну, это уже мы занимаемся. И центральный процессор – головной мозг. Нужны узкие специалисты. А родители, поскольку это травма, бегут к нам. А нужны именно вот невролог, стоматолог-хирург, отоларинголог, окулист. Мы где-то берём на себя ответственность. Хотя мне, например, за то, что я самоучка, который всяких ЛЕГО-человечков у детей из носа выковыривал, доктора из клиники отоларингологической сказали, что руки оторвут, потому что у них специальные инструменты. Плюс, конечно же, мы не можем быть уверенными, что там не остался ещё другой ЛЕГО-человечек. Поэтому здесь, конечно же, тоже надо акцентировать внимание родителей, что лучше всегда позвонить. Положа руку на сердце, конечно же, доктор-травматолог наверняка будет увиливать, постарается пациента направить к другому специалисту. Есть такое, к сожалению. Здесь, в общем-то, конечно, нет таких уже действий вредительских. Тем не менее, телефоны доступны, и лучше позвонить. И оказывается, что травмпункт есть рядом. Иногда бывает, что у нас рентгеновская служба, к сожалению, в отличие от нас – у нас режим железный с 8 утра до 22 часов вечера, это все детские районные травмпункты Москвы, даже 1-го января. И всегда трезвые.

 

Юлия Титова: В общем, родители воспринимают травмпункты, как такую точку, как терапевта, куда можно прийти с любой проблемой, с любой травмой?

Ренат Латыпов: Абсолютно.

 

Юлия Титова: Потому что, к тому же, родители начинают переживать и паниковать зачастую. Потому что что-то происходит, ребенок пришел с прогулки, а у него там, не дай бог, трещина. И куда же он побежит? Сразу в травмпункт.

Ренат Латыпов: Опять же, мои коллеги очень любят вот это выражение «трещина». Наш наставник за это очень нас гонял. Потому что трещина – это тот же перелом. Но дело в том, чтобы родители не волновались – я думаю, что по этой причине – мои коллеги говорят, что у Вас перелом по типу трещинки. У меня уже сформировались некие такие клише в работе с родителями. Мои коллеги, будучи со мной на приеме, просто изнывают. Потому что они это слышат несколько раз в день. И когда родители говорят, что у нас перелом, а не трещина. Я говорю, что у Вас метаэпифизеолиз. Это перелом по типу «зеленой веточки», типичная детская ситуация, ничего страшного. Но многие мои коллеги называют «трещина». И, соответственно, поэтому убедить родителей, что в интересах ребенка, особенно девочки, надо сейчас потратить немного усилий и доехать, допустим, до Морозовской больницы. Опять же, хочу акцентировать внимание, Леонид Михайлович Рошаль, его замечательный центр неотложной травматологии, там только травматологи, хирурги и нейрохирурги. Там травмами носа не занимаются. Поэтому, допустим, Морозовская больница, которая ближайшая к нам территориально. Ещё есть 9-я детская больница, многопрофильная, там есть уникальный в отличие от всех других больниц ожоговый центр. Кстати, специалисты по ожогам, они отдельные. Они называются «комбустиологи». Потому что, если серьезный ожог и мы сами не справляемся, мы направляем к ним. То есть здесь уже такая узкая специализация. Вот, я объясняю родителям примерно так, если папа на приеме, я ему говорю: автомобиль водите? – Да. А троллейбус будете водить? Вы знаете, одна мама мне сказала: а что такого? Поэтому не всех удается убедить. Но, вот этот аккордеонист мне сказал: нет, доктор, учиться надо. Вы знаете, возвращаясь к вопросу об источниках подчеркнуть, что есть некоторая в хорошем понимании этого слова убогость нашей специальности хирурги в целом, а травматологи в частности. А по нашему законодательству, насколько я знаю, когда пенсию начисляют, то травматолог не является хирургом. Значит, стоматолог, хирург как таковой, окулист, гинеколог, отоларинголог – это хирургические специальности. А травматолог, он не является хирургом. И, чтобы надбавку к пенсии получать, надо доказывать, что ты работал в отделении, которое называлось «хирургическим». И, соответственно, исторически очень любопытно: есть такой замечательный автор – Еремей Чернов. У него замечательная книга «Бейкер-стрит и окрестности», которая выдержала, по-моему, уже второе издание. И там очень хорошо освещено и становится понятно, почему Ватсон всё время изучал какие-то книги на досуге. Потому что он относился к касте хирургов. Это в викторианской Англии считалась низшая каста. Если терапевт, так же как юрист, так же как нотариус, если я не ошибаюсь, стряпчий – он априори получив патент, становился мелкопоместным дворянином, джентри. То есть не лорд, а джентри. То хирурги, хоть и учились дольше, но они были ремесленниками, работали руками. И, соответственно, отношение к ним было такое. В этом плане у терапевтов была этическая проблема – благородные джентльмены в руки денег не берут. Как отдавали гонорар? Клали на столик для визиток. И доктор, уходя, ловким движением прятал конвертик к себе. Но, опять же, недавно совсем я узнал, что отсюда же и происхождение стека: у офицеров британских благородный джентльмен не обагряет руки кровью. Он указывает стекам, рядовому унтер-офицеру, в кого стрелять, кого убить. И недавно по радио «Звезда» я услышал подтверждение, что мало того, что не считали хирургов ровней себе, их даже за стол не пускали с хозяевами. Они в людской уже кушали вместе с прислугой. И это в принципе накладывает отпечаток на нашу работу. Потому что мы «на воротах», что называется, работаем. И к нам действительно обращаются, например, мартышку могут привезти.

  

Юлия Титова: Ух, ты. Был такой случай?

Ренат Латыпов: Да, был такой случай у моей коллеги. Приходят и с лишаями, приходят и взрослые. Мы всё время с 8 утра и до 22 вечера, даже 1-го января, и к нам не нужно никакого входного талона. Пожалуйста, обращайтесь.

 

Юлия Титова: Ренат, а давайте обозначим, с какими проблемами и травмами точно к вам можно приходить, чтобы Вы оказали помощь, и не приходилось отправлять к другому специалисту?

Ренат Латыпов: Я хотел бы начать с конца, как это ни парадоксально, как было можно в 80-90 годах срывать покровы. То, что как ни странно относится к нам – это присосы клещей. Правда, мы тут буквально на днях иронизировали, мол, что за диагноз? Я говорю, что всегда писал «присос клеща». Ну, мы оформляем, как «инородное тело». Вот это как бы наша деятельность в плане его удаления. И здесь на что я хотел бы обратить внимание? Во-первых, у нас – понимаете, я сам был в детстве такой человек брезгливый, мнительный. А поучившись в медучилище, и в том числе полгода посмотрев на клещей под микроскопом, а у нас подготовка была хорошая, мы смотрели под микроскопом фиксированные бактерии чумы, живые бактерии туберкулеза. И, соответственно, я теперь совершенно противоположной точки зрения придерживаюсь. Да будет известно, что вся Европа эндемична по клещевому энцефалиту. В европейской части России клещевой энцефалит – это начиная от Тверской области, и далее на север, достигая Новгородской и Псковской области. Если не ошибаюсь, там тотально эндемичными считаются все районы. И дальше переходит в Прибалтику, Калининградская область, и вся Европа. Я могу ошибаться, то ли Испания, то ли Великобритания, у них в силу естественного барьера – Пиренеи и Ламанш – у них нет клещевого энцефалита. А так, в общем-то, он есть везде. И люди туда едут и никакой паники при этом не испытывают, прививки перед поездкой туда не делают. Хотя у меня знакомый по возвращению из Чехии прививки от энцефалита беспрекословно получил в больнице. Там важно что? Если ты оказался в эндемичном районе, и не прошло больше 4-х дней, то ребенку нужно обратиться в больницу, а взрослому в институт Склифосовского, чтобы сделали иммуноглобулин. Но вот последние 5 лет Талдомский и Дмитровский район Московской области, они граничат с Тверской областью, откуда просочился клещевой энцефалит. То есть если человек приехал со своей дачи из Талдомского или Дмитровского района, то он должен в течение 4-х дней обратиться в Филатовскую больницу или в институт Склифосовского, чтобы прививку сделали. Дальше, охватывая повсеместно Европу, возвращается клещевой энцефалит по югу Украины. И вот теперь у нас в списках по Российской Федерации фигурирует Крым. У нас были комичные случаи, например, в феврале обратились с присосом клеща, который выполз из комплекта китайской мебели. То есть делали ремонт, обставляли квартиру. Комплект был российский и китайский. Из китайского комплекта выполз клещ и присосался. И ребенок поехал на прививки. Но, Вы знаете, вот эта мнительность достигает просто безумных размеров. И мне порой привозят в пятилитровой банке какого-то палочника в позе богомола. Я сразу включаю «Рональда Макдональда», потому что с детьми надо именно в такой форме общаться: «ой-ой, отнесите это от меня скорее туда, где Вы это взяли». Но клеща сейчас в интернете можно посмотреть, как он выглядит. Всё равно хочу сказать, что он под кожу не влезает. Он, введя свое жало, он его растопыривает, как анкер, как строительный дюбель. И поэтому, удаляя его вращением по часовой или против часовой стрелки, как пишут в инструкции, значения не имеет. Главное, его не резко, но монотонно тянуть на себя. Советуют петелькой. Но всё-таки, наверное, пинцетиком тоненьким.

 

Юлия Титова: Но лучше самим, наверное, не удалять?

Ренат Латыпов: Вы знаете, не имеет значения. На самом деле, можно. Потому что какого-то нагноения он не вызывает. И советы помазать маслом основаны на чем? Что, якобы, забиваются дыхательные поры, которые находятся на брюшке у клеща, и он ослабевает. Но клещ про это не читал. Соответственно, наша техническая задача: у нас в инструкции 2007 года сказано, что в случае отрыва головки клеща случайно или при его удалении, нужно обработать йодом, оставить эту головку до естественной элиминации. Потому раньше, до того, как мы это увидели написанным черным по белому, мы пытались, мучая ребенка и себя, удалить. Так же, как у Иосифа Александровича Бродского в сказке о забитом в стену гвозде, лишенном шляпки. Если ты сорвал шуруп или гвоздь, то можно полстены сокрушить, а он там так и останется. Здесь тоже самое, ребенка мучаем. На самом деле ни нагноения, и ничего другого это не вызывает. Он сам через пару дней исчезает, не попадая внутрь организма. Поэтому я и говорю, что население сильно нервничает. В принципе, клеща можно как угодно оторвать самому. Я обычно в шутку говорю, что мы сейчас будем клеща удалять, и если голова оторвется – не у ребенка, естественно, а у клеща – не переживайте. И, я говорю, что это не имеет отношения к энцефалитному клещу. Это имеет отношение к нашей мнительности. До сих пор испокон веков в Сергиево-Посадском районе существует лепрозорий. Он всегда там существовал, существует и сейчас. И ещё в трех местах юга России. Почему-то ничего не сказано про Сибирь. Не знаю, может быть, их сразу там выгоняют в тайгу. То есть это же болезнь для избранных. Так же, как и с клещевым энцефалитом. Но, к сожалению, вот Сибирь, Урал, там я общался с сотрудницей, и она говорит, что много лежало детей, что они тяжело переносили. Но тактика следующая: если Вы из района, который эндемичен априори – а это, например, Европа – пока не прошло 4 дня, обращаетесь либо там на месте. В принципе, я знаю, что нашим детям с прививками от бешенства в Европе не отказывают никогда. И даже в азиатских странах не отказываются, делают их бесплатно. Но к этому ещё вернемся, если время позволит. А что касается клещевого энцефалита, если это априори эндемичный район. Если район благополучный, можно совершенно не волноваться, и клеща удалить прямо там на даче. Йодом помазать только один раз, потому что дети от йода обгорают. Соответственно, моменты какие? Есть одна инфекция, которая называется «клещевой боррелиоз». Она распространена повсеместно. Прививок от нее нет, протекает не тяжело. Я не видел ни разу за 20 лет работы.

 

Юлия Титова: А симптомы обычно какие?

Ренат Латыпов: Симптомы – это общее недомогание, как при простуде. При этом есть патогномоничный симптом, характерный только для этого заболевания – на месте укуса кольцевидная эритема, такого размера, как баранка, с выпуклыми красными краями и бледным центром. Если это обнаруживается, то тоже к травматологу обращаться нет смысла. Нужно обращаться к взрослому инфекционисту, а ребенку – к педиатру. Но я, к счастью, не видел ни одного случая. Хотя общался с коллегами, которые говорили, что один ребенок был. Как правило, узнаю от своих посетителей, которые говорят, что бабушка болела, лечилась на даче антибиотиками, даже не госпитализировали. Но, что любопытно? Есть такой момент, что население сейчас все эрудированное, и иногда удалив сами клеща, они мне его привозят на исследования.

 

Юлия Титова: Это как нас обучали в школьные годы.

Ренат Латыпов: Да, да. Но есть некоторые нюансы. Дело в том, что занимаются этим две государственные структуры. Это, как я называю, федеральная санэпидемстанция и московская. Одна находится на Варшавском шоссе, дом 19, а вторая находится (не внятно адрес) переулке, дом 4/2. И там, и там анализ принимается платно. Даже у тех, кто уже лежит в больнице и госпитализирован, всё равно с них берут – начиналось всё с 600 рублей – сейчас сумма достигла 1800 рублей. Вроде бы стали принимать, как посредники, лаборатория «Инвитро» и некоторые другие коммерческие лаборатории. Я так понимаю, что отвозят туда. Единственная благоприятная новость, если раньше говорили, что будут делать 3 рабочих дня. Но если мало привезут клеща в день, то сделаем быстрее. То сейчас вроде бы в течение дня делают. Зачем это нужно? Родители не жалеют эти 1800 рублей. Но, на мой взгляд, это имеет смысл только в одном случае. Конкретный пример: ребенок приезжает ко мне из тверской области из Конаковского района в последний день, когда можно делать иммуноглобулин. Они ехали на общественном транспорте, бабушка и мама устали. Я, чтобы времени не терять, по скорой помощи – мне тогда не отказали, но потом отказывали – отправил в Филатовскую больницу. Оттуда мне звонок, мол, доктор, Вы направили, но мы делать не будем. Потому что в списке за этот год Конаковский район считается благополучным. Я говорю: позвольте, но в прошлом году он числился в числе эндемичных. Но в этом году его нет в списке. Я говорю: позвольте, что в позапрошлом году было написано, что прошлогодний список считать недействительным. А вот сейчас такой фразы нет. Они говорят: не будет делать. Вот, что делать такому человеку? Если позволяет время, сдать клеща на исследование. И были такие примеры, что приносят протокол, в котором указано, что клещ содержал возбудитель энцефалита. В этом случае ни Филатовская больница, ни институт Склифосовского не отказывают, и прививку делают сразу, если есть проток исследований с подтверждением. Но, опять же, народ у нас мудрый, и один папа мне говорит: доктор, я хочу, чтобы моему ребенку сделали прививку во чтобы то ни стало. Я пойду на блеф, скажу, что мы приехали из псковской области. Я точно не помню, какая, но где точно есть клещевой энцефалит. Другой папа пошел на другую крайность, говорит: доктор, Вы лесников видали? Я говорю: ну, по телевизору. Он говорит: они же на голову все больные. А почему? Потому что постоянно делают прививки от энцефалита и от бешенства. Ну, какая-то сермяжная правда в этом есть. Потому что, как ни странно, то чем мы занимаемся, травматологи, это прививки от столбняка, от бешенства и от энцефалита. И они все действуют в основном не по гуморальной, если я правильно выражаюсь, а вот именно по нервной системе. То есть там точками приложения вакцины являются нервные волокна, нервная система. При регулярном употреблении, наверное, это будет действительно что-то значить. Поэтому как резюме такое: в принципе клеща можно спокойно выдернуть из кожи, и потом место, где он был, слегка помазать йодом. И дальше алгоритм действий: если это не эндемичный район, то 21 день ты ждешь, не начнется ли клещевой боррелиоз, а если это эндемичный район, то срочно везешь ребенка в Филатовскую больницу, чтобы там сделали прививку. Если район пограничный с эндемичным, то есть находится где-то рядом, постараться сдать клеща на исследование. Как ни парадоксально, там из этих 1800 рублей, исследование на сам клещевой энцефалит занимает небольшую часть. А в основном там, на клещевой боррелиоз, и ещё две инфекции. Я, честно сказать, так и не выучил их.

На прошлой, по-моему, недели ко мне приезжала родительница, она говорит: Вы знаете, энцефалита нет, боррелиоза нет, а вот это есть. Что делать? Я говорю: не знаю. Все, знаете, ещё паникуют по той причине, что очень мучились собаки от пироплазмоза. Кошкам и людям он не опасен. И плюс там определение видовой принадлежности. То есть человек оплачивает частично исследовательскую работу. Поэтому я думаю, что огульно всем сдавать клещей на исследования. Раньше требовали только живого клеща. Сейчас принимают частички клеща. Но всё равно, мне кажется, это не всем нужно делать. Только, если это пограничный район, и ты не хочешь идти на блеф, обманывать врачей, говорить, что ты приехал откуда-то из Астрахани, чтобы ребенку точно сделали прививку.

 

Юлия Титова: А где можно посмотреть информацию о районах, которые подвержены этому?

Ренат Латыпов: Вы знаете, я затрудняюсь ответить. Мы ежегодно получаем свежий приказ. В принципе, лучше позвонить в травмпункт, и мы вам обязательно подскажем. Я, к сожалению, не могу сказать, потому что, конечно, интернет всё знает, но почему-то в нужный момент он зависает. Опять же, по поводу мнительности. Испокон веков существует тульская геморрагическая лихорадка. Это из разряда Эбола, вот этих лихорадок. Но мы же спокойно едем на дачу, и не боимся. Потому что, я говорю, что вот эти инфекционные болезни, к сожалению, для тех пострадал, и к счастью для нас, это как для избранных лотерейный билет с обратным результатом. И можно, если Вы позволите, перейти к вопросу о прививках против бешенства.

 

Юлия Титова: Да, давайте.

Ренат Латыпов: Здесь, Вы знаете, сейчас для докторов созданы наиболее благоприятные условия, а для пациентов – наоборот абсурдные. Если раньше, когда прививку делали подкожную клетчатку передней брюшной стенки, вот 40 прививок – я их не встречал – были разные градации. Но максимально было 52 инъекций. Это 26 дней почти ежедневно. Дети ходили как миленькие. 52 их было в целом. Но их делали только в одном случае, если животное неизвестное. Кто является переносчиками бешенства? Это все млекопитающие. Ну, насчет дельфинов не обращались. Но вот от своей шиншиллы люди делали. Соответственно, и хищные птицы, там очень экзотический список. В основном, там африканские птицы. Это те, у кого есть слюнные железы. Потому что вирус бешенства передается через слюну, через ткани слюнных желез. И вот раньше категорически на официальном уровне ворон не считали переносчиками бешенства, а сейчас причислили, как падальщиков. Потому что вороны, в общем, как такие летающие крысы, на людей нападают иногда. Если был контакт с животным, то надо постараться сразу же, чтобы создать условия, чтобы 10 дней можно было его наблюдать. Если раньше эту прививку ежедневную назначали только тем, у кого животное неизвестное, а у всех остальных наблюдали животное и не начинали прививку, пока животное благополучно, то сейчас прививают всех. Причем не имеет значение, привито животное от бешенства или не привито.

 

Юлия Титова: Это хорошо, на ваш взгляд?

Ренат Латыпов: Нет, абсолютно. Если возвратиться к теме лесников. Хотя прививка действовала замечательно, то что мы наблюдали, когда делали ежедневно. Дети её переносят прекрасно.

 

Юлия Титова: Может, она не лишняя?

Ренат Латыпов: Вы знаете, дело в том, что если бы она давала иммунитет стойкий и пожизненный. Но она не даёт его на будущее. То, что она защищает, это я вам пример приведу. А вот то, что она на будущее не пригодится, и даже немножко хуже создает условия. Дело вот в чем: сейчас любой контакт. Если до недавнего времени только ослюнение неповрежденных слизистых, ну, поцеловался с собакой со своей – то это априори прививалось. Сейчас это даже прикосновение к неповрежденной коже. И получается абсурд. То есть я с утра пошел и покормил свою морскую свинку – это вот с шиншиллой была такая история – и, соответственно, я должен бежать в травмпункт. В травмпункте мне торжественно заявляют, что у Вас укус за самое опасное место, где больше всего нервных окончаний – за ладошку. Так же это лицо, голова, шея, половые органы, пальцы стопы. Если контакт в этой области, если там много нервных окончаний, достаточно простого прикосновения. Тогда нужна дополнительная вакцинация, вводится иммуноглобулин. Причем взрослому не позавидуешь, ему до последнего делали лошадиную сыворотку.

 

Юлия Титова: Это что такое?

Ренат Латыпов: Там предварительно вводится десенсибилизирующий препарат, раньше делали «Димедрол», а сейчас «Хлоропирамин», это аналог «Супрастина». Вот, ребенку первый укол. Ну, мы, медики, всегда избегаем таких терминов, будем выражаться по-русски. К счастью, детям не вводится антирабический глобулин человеческий донорский. Я, правда, тоже думал, а где его берут? Видимо, у тех же лесников-ветеринаров. Ну, у лошадок понятно – их специально прививали. И ещё через полчаса делается прививка. Это в случае, если контакт был за места, насыщенные нервными окончаниями – ладони, лицо, голова, половые органы, пальцы стопы. Соответственно, дальше ты идешь в свой районный травмпункт на прививку на третьи сутки. День введения считается нулевым. Он не совпадает иногда с днем укуса. У меня был случай, когда ребенок был укушен или поцарапан кошкой весной, а ко мне они собрались только летом. И всё равно прививали. Год не прошел. Потому что у человека считается скрытый период 1 год. То есть если 1 год не прошел после контакта. Широко известный случай, когда какой-то портной вот этой дратвой отрывал жилы зубами, потом заболел бешенством. То есть если год не прошел, всё равно имеет смысл обратиться.

 

Юлия Титова: А какая симптоматика?

Ренат Латыпов: Уже об этом бессмысленно говорить. Ни один выживший от бешенства человек не существует. Американцы сообщали об одном случае, но он так и не был подтвержден, что это действительно было бешенство. Очень печально бывает взрослым, им запрещают спиртное на 9 месяцев. Некоторые товарищи мои, они сделают одну прививку, и потом на этом останавливаются. Что получается, таким образом? Просто погладил морскую свинку, усомнился в себе, пошел в травмпункт, был госпитализирован. Потому что в первый день нужны две прививки. И вернулся домой. Там опять погладил морскую свинку. И это бесконечно. Результат обнулился. Почему я сказал, что лучше их и не начинать, если животное благополучное? У нас есть такой замечательный пассаж в инструкции «повторно прививающиеся должны первую инъекцию делать через стационар». Не знаю, почему? Ведь прививка переносится замечательно, и она защищает. Быть совершенно героический мальчик пятилетний, он, гуляя с подружкой на берегу реки, подвергся нападению лисы. Та набросилась на девочек, как на представительниц слабого пола, а он, как представитель сильного пола, их защищал. Он был весь в мелких царапках, к нам прибежал, а лису сдали на анализы. А на анализ сдается только головной мозг животного. Прижизненных анализов не существует. Ветеринар смотрит внешне. И, соответственно, они выявили, что лиса действительно бешеная. То, что она вышла к людям, это уже неблагоприятный признак. Они мужественно ходили ко мне все эти 26 дней. Приходил сначала он, мы делали прививку в пузо. Потом он отводил папу через два квартала по взрослый травмпункт, и потом возвращались снова ко мне. И всё благополучно, они остались живы. Опять же, никаких осложнений нет. Другое дело, а есть ли смысл? Если раньше инструкция для прививки была достаточно эмоциональная, то есть «только, если неизвестное животное». Но там была одна оговорка, если укус, допустим, за палец в Подмосковье, в первый день делались две обычные прививки. Сейчас инструкция всех огульно, доктору очень удобно. Если доктор не хочет брать на себя ответственность, потому что люди очень мнительные. Правила какие? Смотрите, если случился контакт, тем более, если повреждены кожные покровы, то любой более-менее чистой водой обильно промыть с любым детергентом – мылящимся веществом. Раньше требовали хозяйственное мыло. Сейчас в инструкции уже любое мылящееся вещество, чтобы смыть вязкую слюну. Дальше мажется йодом и спиртом, это в бытовых условиях. Детям лучше не увлекаться спиртом, потому что они обгорают от этого. И, соответственно, раны такие, как правило, не ушиваются. Потому что если кошачьи укусы зубами всегда гноятся, то это и заставляет многих к нам обращаться. Они не сомневаются, что кошка не бешеная, а от того, что рана загноилась. Так же и с укусом человеческими зубами. Там возбудитель, назвать сейчас не берусь, он обитает в нашей и в кошачьей пасти. Он вызывает при попадании в рану, даже свою, когда человек себе губу прокусит, порой воспаление. Собачьи укусы чистые, пока не нанесены швы. Исключения сейчас сделали для повреждения лица и обширных укусов других частей тела. Но, как правило, это нужно прикрывать терапией антибиотиками, потому что вот эти шВы приводят даже при собачьих укусах к нагноению. Кстати, замечено, что собачьи укусы неплохо затягиваются на повязках с медом. Не знаю, почему так, но это так. Я пробовал при других подобных ранах – не помогает. Собачьи укусы чистые. Опять же, какой алгоритм действий? Если во дворе кто-то укусил, постарайтесь с хозяином не драться, собаку не стрелять – у нас некоторые папы расправляются. Потому что 10 дней животное должно прожить. Ветеринар, в идеале, должен его посмотреть сразу, и назначает карантин, это 10-ый день, на который он должен его повторно увидеть без каких-либо анализов. Признаками бешенства являются общие судороги, судороги глотки, которые приводят к водобоязни – гидрофобия, греческое название бешенства – и не могут не только пищу, но даже и воду проглотить. У собак, как правило, бешенство протекает агрессивно, они могут железки грызть и глотать в приступе ярости. При этом, не могут пить. И слюна у них из пасти выделяется с пеной. Так же, стремление скрыться, убежать, и немотивированная агрессивность. Но известно, что и кошки, даже не бешеные, перед смертью уходят из дома. Хотя у кошек может есть какая-то форма латентная, не бурная.

 

Юлия Титова: Скрыто может протекать бешенство?

Ренат Латыпов: Вы знаете, да. Может быть, отчасти и правильно, что давайте всех подряд прививать. Докторам это удобно. Но для ребенка, я считаю, это неоправданно. То есть если есть любые сомнения в животном, например, оно исчезло. Если это укус во дворе, постарайтесь с хозяином договориться и объяснить, что ребенку уколы делать не хочется, покажите мне собачку хотя бы мне через 10 дней. А лучше ветеринару. Ветеринары раньше даже за эти осмотры не брали денег. Вот такая тактика. Потому что, конечно же, если опираться на данные интернета, что есть такая информация, давайте прививаться. Получается, что в нашем детстве наши родители только и должны были нас постоянно таскать на прививки, потому что ты погладил кошку, значит, обречен на прививки. Сейчас просто прикосновение, контакта с кровью уже не требуется.

 

Юлия Титова: Вот по количеству частоты прививания нет ограничений? Я имею в виду, что если сделали впустую цикл прививок, не будет ли привыкания организма к вакцине?

Ренат Латыпов: Вы знаете, я не видел. Скорее, могут быть аллергические реакции. Тем более за этим у нас очень строгий контроль всегда. То есть именно профилактика бешенства у нас особое оформление документации, раз в несколько месяцев приходит проверяющий, себе забирает экземпляр карты. Даже придираются к тому, что когда я ставил прочерк в графе «принимает ли ребенок алкоголь», мне говорят, что карта плохо оформлена. Я говорю, это чем же? А прочерк стоит, а надо писать слово «нет». То есть там буквально каждая запятая вычитывается. И какие-то случаи, связанные с осложнениями из-за прививки, тут же становятся широко известными. Меня немножко угнетает другое, то, что с дачи в Москву привезли бешеную кошку. Я об этом узнаю обычно из какой-то бесплатной газеты. Нас не ставят в известность. Поэтому я на себя даже беру ответственность, как в нашем детстве, и говорю: знаете, не выдумывайте. Просто можете за кошечкой понаблюдать. Потом из газет узнаю, что была на районе кошечка бешеная. Может быть, я был не прав.

И если в оставшееся время коснуться того, чем мы ещё занимаемся, это безусловно переломы, повреждения связок, ожоги и раны. Тут уже, что хотелось бы посоветовать? Конечно же, универсальным средством во всех случаях оказания первой помощи является холод. Я в последнее время стал пропагандировать прикладывание мороженого. И даже о себе услышал, что вот работает такой «дед мороз», всем мороженое прописывает. Я просто опираюсь на мнение лучшего педиатра Москвы прошлого года, он простуду лечит теплым мороженым. А я рекомендую всё-таки пузырь со льдом, мясо тяжелое или рыбу вонючую ребенок долго держать не будет. А мороженое с удовольствием подержит. Затем иммобилизация. Либо палец прибинтовывается к пальцу, рука к туловищу на косынке, в том числе, нога к другой ноге, какой-нибудь шарфик, когда болит шея.

 

Юлия Титова: Это, скажем, первая помощь?

Ренат Латыпов: Да. Да, которые до этого выполняли роль своего внутреннего гипса, уже состояние облегчения наступает. И нужно обратиться к нам. К сожалению, у нас рентгеновская служба бывало неделями не работала, хотя сейчас уже стало лучше. Они как бы параллельная с нами епархия в силу штатного расписания или ремонта. Поэтому, лучше позвонить и уточнить, работает ли рентген. Если, допустим, травма позвоночника, мы советуем сразу обратиться в институт на Полянке, потому что если там действительно есть повреждения, хотя и протекает не тяжело.

Что касается ран, тут уже важно что? Холод приложить. Если рана не обильно кровоточит, просто чистая повязочка, и приехать к нам. Потому что могут стрептоцидом присыпать, а это нам потом мешает ушивать. Тем более, это методика ещё времен Великой Отечественной войны. Но, чтобы мы адекватно сопоставили края раны, считается, что в первые 6 часов, иногда бывает, что рана свежая, и на утро можно.

 

Юлия Титова: А вот что касается, прошу прощения, столбняка?

Ренат Латыпов: Да, вот эту тему я как-то забыл осветить. Дети все, к счастью, привиты. Те, кто избегают прививок, как ни странно, вот у меня был случай, когда девочка трех лет обладала врожденным иммунитетом от столбняка. То есть если у ребенка что-то серьезное со здоровьем, можно пойти обходным путем. Раньше можно было практически сразу, сейчас можно в центре диагностики или в «Инвитро» - вот лучше сдать в этих центрах анализ крови на иммунитет к столбняку, и может оказаться, что ребенок с врожденным иммунитетом или с иммунитетом от недоделанных до конца прививок. Но всё-таки столбняк – это удел глубоких колотых ран, как правило, связанных с землей, с почвой, с навозом. По статистике, одна бабушка, получив в огороде такую травму в Москве, заболевает столбняком. У детей, к счастью, таких случаев нет. Опыт событий на Донбассе, в Луганске, где люди оказались без вакцин, показывает, что случаев бешенства или столбняка не было. Потому что мы в детстве делали прививки. И, к счастью, это работает. Поэтому на счет столбняка мы, в отличие от взрослых, всем подряд не делаем. Мы сначала несколько дней берем на уточнение прививочного анамнеза. Но если родители сразу говорят, что прививок нет, то уже решаем вопрос.

Что касается ожогов, то универсальным средством является холод. Даже бабушки сейчас знают, что не нужно масляные повязки накладывать. Существуют противоожоговые сеточки, я не буду их в эфире называть, достаточно в аптеке спросить. И существуют самофиксирующиеся бинтики, которые, кстати, при переломах и ранах не соскакивают, они многоразового использования. Или зарубежные и отечественные противоожоговые сеточки, они позволяют делать перевязки и при сорванных ногтевых пластинках, и при ссадинах. Они, как правило, не снимаются, внутрь не врастают, как жало у клеща.

Значит, переломов мы с вами коснулись. Поэтому, первая помощь – это холод. Хотел вам посоветовать ещё одно средство, оно широко известно в узких кругах – гемостатическая губка. Бывает рана точечная, но она обильно кровоточит. Вот в этом случае имеет смысл сразу же приложить небольшой участок гемостатичекой губки. Он эффективен, в отличие от перекиси, которая должна останавливать кровь, но, к сожалению, она не всегда бывает эффективна, как гемостатическая губка. Но если Вы не хотите образования рубца, лучше избегать гемостатической губки, потому что потом мы ее просто не сможем отделить от раны. Поэтому всегда лучше с нами связаться и уточнить, как лучше поступить, и не драматизировать ситуацию. Можно вспомнить свое детство, с чем нас водили к доктору, чем это заканчивалось. Потому что у нас, в особенности в конце лета, или в летнее воскресенье везут застарелые травмы. Когда кто во что горазд ребенка лечил, и что из этого вышло. К счастью, даже грубые переломы с грубым смещением имеют у детей абсолютную тенденцию к самоисправлению. Опять же, костные мозоли, насколько я знаю, у взрослых через несколько месяцев уже не видны на рентгеновских снимках. То есть кость полностью восстанавливается. С чего мы начали, что детская травматология – это солнечная профессия, это так на самом деле оно и есть. Я смеюсь, что я мастер по мелкому кузовному и шарнирному ремонту киборгов, у которых как в фильме «Хищник», когда он залез на ветку, открыл крышечку, понажимал кнопочки и сам исцелился. Поэтому, если мы не справляемся, то уже мастерская по авторизованному ремонту – это наша уважаемая Морозовская больница, больница тушинская имени Башляевой, где в свое время очень многое курировала принцесса Диана. Кстати, она в плане приезда с дачи, находится близко к кольцевой автодороге. Потому что остальные все больницы – это, как правило, ещё при царе построенные, в том числе, которую старообрядец Морозов построил. Она была №7, сейчас она №9 имени Сперанского, рядом небоскреб находится. Вот Измайловская больница была раньше, сейчас не знаю, в каком режиме она функционирует. Они занимались травмами гинекологического профиля. Больница имени святого Владимира, раньше она была №2, находится на улице Дворцовой, дом 1 в Сокольниках. Филатовская больница, всеми нами уважаемая, но она больше кафедральная. Она у нас никогда не отказывала в приеме. И, хочу заметить, у них в Москве уникальное токсикологическое отделение. То есть при отравлении ребенка они говорят: не делайте ничего, везите скорее к нам, мы сами знаем, что сделать. Потому что скорая обязана промывать. Они теряют время, иногда таким образом можно повредить.

В последние секунды я хочу сказать, товарищи родители, не нужно у доктора вести себя так, как будто это доктор поломал вашему ребенку руку. Мы к вашим детям относимся даже лучше, чем к своим собственным. Порой я говорю, что наши дети без присмотра сидят дома, ясельный ребенок спит у доктора на кушетке, где прививки от бешенства делают. Потому что маме некуда его деть. Мы к вашим детям априори относимся лучше, чем к своим собственным, вымогательством не занимаемся. И, соответственно, поэтому они и говорят в токсикологии, что привозите скорее к нам, мы сами решим, что делать. Там даже, по-моему, наш Николай Дроздов, уважаемый ведущий, при укусе гадюкой в зоопарке проходил лечение, хотя это детская больница. Кстати, вот парадоксально, нигде нет прививок от укуса змеи. Это исторически так.

 

Юлия Титова: А, почему?

Ренат Латыпов: Вот на этот вопрос я не могу ответить. Это исторически так. Так было и в советское время. Две сыворотки «антигюрза» были, по-моему, в клинической инфекционной больнице в 60-ые годы, и то просроченные. Сейчас нет нигде.

 

Юлия Титова: И что же делать?

Ренат Латыпов: Токсикологи наши спасают – Склифосовский и вот Филатовская больница. Я такого ни разу не встречал, чтобы кто-то с укусом змеи ко мне обращался. Слава господу, он есть, и он за нас. На этом хотелось бы завершить, если мы уже подходим к концу.

 

Юлия Титова: Ренат, так не хочется Вас перебивать, Вы так интересно рассказываете, на самом деле. И, я думаю, что детки – очень благодарные пациенты, они действительно очень искренне и по-доброму относятся к врачам.

Ренат Латыпов: Конечно. Школьники более мужественные, чем подростки, они доверяют. Я не знаю, чем я им внушаю доверие.

 

Юлия Титова: Психология общения с родственниками – это вообще отдельная тема. Я думаю, что мы обязательно ещё с вами встретимся в этой студии.

Ренат Латыпов: Да, есть ещё, что сказать. Есть такая особенность татарской что ли нации: мои жены говорили, что когда я общаюсь с мамой, хотя я не знаю своего языка, они не понимают, что Вы говорите. Вы так быстро говорите. Я надеюсь, что мой быстрый темп речи усваивается.

 

Юлия Титова: Дорогие друзья, в гостях у нас был замечательный врач Ренат Латыпов – детский врач травматолог-ортопед. Спасибо вам большое, очень насыщенно, очень интересно и очень важно.

В эфире была программа «Онлайн прием» и я, Юлия Титова. Следите за здоровьем своих детей и за своим собственным здоровьем. Всего вам доброго!