Как подготовить зрение детей к школе?

Офтальмология

Тэги: 

К. Чиненова:

В эфире канал Медиадоктор, наша постоянная программа «Взгляд доктора Куренкова» со мной, Ксенией Чиненовой и Вячеславом Владимировичем Куренковым, Здравствуйте. 

В. Куренков:

Добрый день. 

К. Чиненова:

 И сегодня у нас в гостях Ирина Владимировна Лобанова, кандидат медицинских наук, врач-офтальмолог, детский врач-офтальмолог и доцент кафедры офтальмологии. Здравствуйте, Ирина Владимировна. 

И. Лобанова:

Добрый день. 

К. Чиненова:

 И сегодня в связи с тем, что скоро 1 сентября, и все наши дети пойдут в школу, а кто-то только собирается пойти в школу, мы поговорим о том, как подготовить зрение детей к школе, как сохранить его, и как вести таких детей, если есть какие-то проблемы со зрением. 

В. Куренков:

Совершенно верно, потому что без зрения вообще невозможно ни учиться, ни жить нормально в этом мире, ничего ни делать. Давно доказали, что 80 % информации мы получаем благодаря нашей системе зрения. И, соответственно, насколько хорошо и качественно видит ребёнок, от этого будет зависеть успех его обучения и другие все моменты. Но всё закладываются в момент, когда. 

К. Чиненова:

Внутриутробно. 

В. Куренков:

Да, внутриутробно, и один из первых, одной из первых систем кроме мозга закладывается одновременно и орган зрения. Это происходит на второй неделе внутриутробного развития, с этого момента начинается путь развития, становления зрительной системы. 

К. Чиненова:

Да, но для того, чтобы поговорить о том, как подготовить детей к школе, вообще, какое должно быть зрение у детей в школьном возрасте, мы вспомним о том, как вообще развивается зрение у детей с рождения. Ирина Владимировна, напомните нам, с каким зрением ребёнок рождается и как постепенно. 

В. Куренков:

Как он видит вверх ногами. 

К. Чиненова:

Да, как оно развивается к семи годам, и как часто нужно Вас посещать, детских офтальмологов для того, чтобы контролировать нормальное развитие. 

И. Лобанова:

Ну, во-первых, спасибо, что пригласили меня, я думаю, действительно, это очень актуально. И все проблемы, которые мы имеем со зрением во взрослом состоянии, они начинаются, на самом деле, с детства. Ну и вспомним, как правильно развивается, должен правильно развиваться зрительный анализатор у ребёнка. К сожалению, при рождении мы не видим так хорошо, как во взрослом состоянии. И вот Вячеслав Владимирович сказал, что зрительный анализатор развивается, мы при рождении всего видим 1/100 того, ребёнок в норме видит 1/100-ю от того, что видит взрослый человек. 

К. Чиненова:

 То есть 1 %, чтобы понимали наши слушатели. 

И. Лобанова:

1 %. И только к семи-восьми годам его зрение приближается к зрению взрослого человека. 

В. Куренков:

Поэтому не надо от ребёнка требовать невозможного, и давать ему тут же собирать паззлы, в очень маленьком возрасте, заставлять его учить буквы. Всему своё время. 

И. Лобанова:

Совершенно верно. Я просто хотела бы напомнить, что зрительная функция, то есть возможность видеть, просто так, самостоятельно не развивается. Для этого нужна правильная подготовка органа зрения и правильно, чтобы он развивался, чтобы эти все функции, в том числе, и острота зрения была к семи годам сформирована. Для этого, конечно, надо, чтобы правильно фокусировался свет на сетчатку через роговицу, хрусталик. Все, наверное, знают, что это оптически прозрачные среды. Это первое условие. И второе, чтобы сила этих оптических сред была физиологической. Если она, к сожалению, не соответствует возрастной норме, то правильное изображение на сетчатке не получается, и в головной мозг, в зрительную кору отправляется не совсем правильное изображение, в результате формируется неправильный зрительный образ у ребёнка до школы. Для того, чтобы избежать таких проблем, по правилам, это рекомендации Минздрава Российской Федерации, рекомендуется ребёнка обязательно проверять в год, извините, первый осмотр профилактический, это первый месяц жизни, это для выявления. 

В. Куренков:

Да, патронаж приходит. 

И. Лобанова:

Это для выявления таких серьёзных осложнений, как врождённая глаукома, катара, либо каких-то других серьёзных проблем. А именно, если проблема формируется из-за неправильного преломления света в глазу, когда абсолютно здоровый глаз и из-за этого может привести, развиться слабовидение у ребёнка, рекомендуется обязательно проверять ребёнка в год, затем в 3 года, в 6 лет перед школой, и потом уже в 14 лет. 

К. Чиненова:

Это при нормальном развитии. 

И. Лобанова:

Это при нормальном развитии, это обязательные профилактические меры. 

Рекомендуется обязательно проверять ребёнка в год, затем в 3 года, в 6 лет перед школой, и потом уже в 14 лет

В. Куренков:

Я помню, когда проходил курс на кафедре у Ковалевского, тогда еще у профессора Ковалевского, я присутствовал на трехмесячном цикле во время ординатуры. И тогда встал вопрос, точнее, не встал вопрос, а он рассказывал, как же проводится патронаж детей, когда офтальмолог приходит домой, и как он должен посмотреть ребёнка. Он оценивает зрительную систему, показывает крупные яркие шары, смотрит на фиксацию взора, одновременно или нет, смотрит за слежением за этим объектом и за периодом слежения. Когда он устаёт от него, и когда уже отводит глаз. Поэтому Евгений Иванович Ковалевский очень был хорошим, гениальным офтальмологом детским, издал много трудов. И я ему благодарен, благодарны многие офтальмологи, которые учились у него лично, либо по его учебникам. 

К. Чиненова:

И всё-таки, как должен ребёнок видеть в месяц, мы определились, достаточно смутно, как должен ребёнок видеть в год, что является нормальным, и на что должен обратить внимание родитель, если он видит какие-то отклонения. Что является нормальным, что нет?

И. Лобанова:

Ребёнок в норме в год видит приблизительно 25 % того, что видит взрослый человек. Но, к сожалению, если у него небольшие отклонения есть, то чаще всего, в год, если это не грубое отклонение, то родители этого не могут заметить. Чаще всего, они начинают замечать проблему к двум-трём годам, когда начинает появляться косоглазие. То есть вот эта проблема слабовидения, она в итоге проявляется к двум-трём годам. Ни в коем случае, сейчас просто правильно понять, не говорится о слепом ребёнке, а именно отставание развития. Когда в год ребёнок должен 25% видеть, а он 15 только видит процентов. 

К. Чиненова:

Ну понятно, что проверить зрение достаточно проблематично. 

И. Лобанова:

И проверить зрение без специальных методов обследования это невозможно, и родители обычно не замечают, замечают только в случае, если появляется косоглазие. Оно появляется, к счастью, не в 100% случаев, а только в 70% случаев. И если оно появляется, то естественно, родители замечают, и они идут на приём к окулисту. А вот если оно не появляется, но остаётся слабовидение, ребёнок же не знает, как видеть, жалобы дети никогда на снижение зрения не предъявляют. И поэтому очень часто, если ещё ребёнок не посещает детский сад и не приходил к окулисту на осмотр, то именно элемент слабовидения, он выявляется именно перед школой, когда он начинает оформлять карту. 

К. Чиненова:

Что чаще всего является уже не то, чтобы поздно. 

И. Лобанова:

Но да, к сожалению, это уже запоздалое явление. Это состояние называется амблиопия, когда происходит снижение зрения функциональное при отсутствии каких-то органических изменений со стороны самого зрительного нерва анализатора. И самое бывает обидное, когда ребёнок на самом деле мог бы видеть 100%, но в очках. Но, к сожалению, из-за того, что вовремя не был проведён профосмотр, не выявлена эта была патология, развилась амблиопия. 

К. Чиненова:

 С какого зрения сейчас мы рекомендуем одевать на ребёнка очки, если у него есть какая-либо аномалия рефракции. 

И. Лобанова:

Если эта аномалия рефракции выявляется в год или в 3 года, то это только постоянное ношение очков, другого варианта нет. 

В. Куренков:

Мы назначаем очки с этого же возраста. 

И. Лобанова:

Как только выявляется, в этом возрасте, сразу назначается постоянное ношение очков, независимо, кто перед нами, гиперметроп или миоп. 

В. Куренков:

Просто некоторые родители очень часто заблуждаются и дают ребёнку очки только если он, допустим, смотрит телевизор, или читает, или ещё что-то. Никто, точнее, в большинстве случаев, родители думают, что их нужно носить периодически. На самом деле, коррекции для ребёнка назначается постоянная, и он должен одевать очки, когда проснулся и снимать их только перед сном. 

И. Лобанова:

Да, как мы говорим, лёжа на подушке, когда он голову кладёт на подушку, и разрешаем ещё умыться в ванной без очков. 

К. Чиненова:

Это самая большая радость, когда приходит родитель и говорит: мой ребёнок наконец-то стал одевать очки, когда просыпается и снимает их только перед сном. То есть это победа офтальмолога и родителей. 

И. Лобанова:

Я, наверное, я не совсем с Вами соглашусь, потому что если у ребёнка есть какие-то проблемы, и он по каким-то причинам всё-таки снимает очки, если врач говорит, что надо носить, он видит там аномалии рефракции. 

В. Куренков:

Значит, они ему не дают полноценного зрения.

И. Лобанова:

Значит что-то, ещё раз пойти к офтальмологу и перепроверить. Возможно, там немножко нужно дополнительную коррекцию подделать очков, либо технически очки были неправильно изготовлены, такое тоже бывает. 

В. Куренков:

Да, совершенно верно, такое очень часто бывает, потому что мы выписываем очки, учитывая все показатели, и объективные, и субъективные. Мы согласуем это с тем же ребёнком, он нам отвечает, что ему хорошо видно, или он различает оптотип. И когда мы отправляем его с рецептами с родителями в оптику, вполне возможно, что там могут быть какие-то погрешности. Поэтому мы всегда рекомендуем, когда Вы изготовите очки, не пожалейте время, придите к офтальмологу, мы посмотрим, как в этих очках ребёнок видит. 

К. Чиненова:

И всё-таки, напомните нам, какие нарушения зрения, с какими нарушениями зрения Вы сталкиваетесь, как детский офтальмолог на приёме. В среднем, чаще всего, до семи лет. 

И. Лобанова:

До семи лет, конечно, мы чаще встречаемся с гиперметропическими рефракциями, астигматизм, косоглазие, амблиопия, это наиболее часто. Но, к сожалению, в последнее время всё чаще и чаще, особенно, после пяти лет, мы стали принимать пациентов уже с начальной развивающейся близорукостью.

В. Куренков:

Да, раньше близорукость считалось, это школьной проблемой, сейчас уже дошкольной. 

И. Лобанова:

Да, она по классификации Эдуарда Сергеевича Фетисова так и называлась, школьная близорукость. К сожалению, этот вариант из-за развития электронных гаджетов в большом количестве сейчас, когда мы видим эти электронные гаджеты, планшеты у двухлетних, трехлетних детишек, когда родители дают им, чтобы они не плакали. И это приводит к тому, что в 5-6 лет мы уже имеем на приёме пациентов, которых раньше мы имели в возрасте 11-12 лет. 

В. Куренков:

То есть вполовину моложе. 

И. Лобанова:

Да, к сожалению. 

В. Куренков:

Когда ребёнку можно давать гаджеты, с Вашей точки зрения? 

И. Лобанова:

С моей точки зрения, хороший вопрос. 

В. Куренков:

Я думаю, родители этот вопрос поддержат. 

И. Лобанова:

Поддержат, но я считаю, что, если чисто не субъективно опираться, а на анатомическую особенность развития цилиарной мышцы, это мышца вокруг хрусталика, все наверное, знают, ещё в школьном курсе о ней говорят. То вот эта мышца полностью формируется только к восьми-девяти годам. И поэтому уже, по крайней мере, до семи лет гаджетами пользоваться точно нельзя. Можно сейчас, конечно, такое время, и многие покупают телефоны детям, мы рекомендуем кнопочные телефоны для связи с родителями, чтобы родитель мог знать, где ребёнок, мог сообщить, где он находится. 

По крайней мере, до семи лет гаджетами пользоваться точно нельзя

В. Куренков:

Без мультимедийного экрана. 

И. Лобанова:

Без мультимедийного экрана, да, потому что объяснить, конечно, шести- семилетнему ребёнку, почему нельзя, если это интересно. 

В. Куренков:

Но сейчас, порой, очень часто, действительно, видишь, что лежит ребёнок или сидит, играет и у него в руках. 

И. Лобанова:

В коляске.

В. Куренков:

Даже в коляске, и в руках планшет, и он там что-то делает. Да, там можно собирать пазлы, ну допустим, если они отвечают определённым характеристикам, но ни в коем случае на таком маленьком экране не смотреть мультфильмы или прочее видео. Это всё не очень полезно сказывается на развитии зрительных функций у детей. 

К. Чиненова:

Ирина Владимировна, вопрос к гаджетам, в общем-то снят. А вопрос вообще к тому, что современные дети сейчас достаточно активно развиваются, и зрение используется у детей уже и с трёх лет, они начинают достаточно рано читать. Ведь тенденция такая, что сейчас родители достаточно рано развивают своего ребёнка и зрительно, и умственно. Имеется ли здесь тенденция к отрицательной динамике в плане роста близорукости, или это всё-таки миф. 

И. Лобанова:

Отрицательная динамика или, наоборот, больше её, положительная динамика?

К. Чиненова:

 Отрицательная динамика в плане роста близорукости, то есть что. 

В. Куренков:

Её стало больше. 

И. Лобанова:

Да, это, к сожалению, проблема всех цивилизованных стран. То есть во всех хорошо развитых странах с высоким экономическим уровнем количество миопов становится с каждым годом все больше и больше. И наша страна не исключение. К сожалению, если мы раньше говорили, что к 10-му классу 50% школьников уже имеют какие-то проблемы со зрением, в частности, близорукость, то сейчас мы видим, что 2/3 школьников. 

В. Куренков:

До 75%.

И. Лобанова:

Да, а если мы берём какие-то специализированные школы с какими-то уклонами, математическим, физическим, химические школы специализированные, то там до 90 % выпускников имеют ту или иную степень аномалий рефракции. 

В. Куренков:

Ну вот мы коснулись того, что, в принципе, раньше так было и сейчас в первую очередь дошкольный возраст, это гиперметропия или дальнозоркость, школьный возраст, это близорукость. Наверное, родителям будет интересно узнать, какие же нормы или параметры подбора очков, допустим, для дальнозорких детей. Просто все думают, что нужно подобрать меньшую рефракцию, меньшие стёкла для того, чтобы как-то пощадить ребёнка. Но родители в этом заблуждаются. 

И. Лобанова:

Это очень, на самом деле, сложный вопрос, и я думаю, что правильный подбор очков, какими очками, более сильными, более слабыми будет пользоваться ребёнок, давайте мы оставим всё-таки для офтальмологов. Потому что однозначно тут очень сложно сказать. Если немножко обобщить проблему, то как человек, который почти 27 лет занимается проблемами формирования зрительных функций у детей и подростков, то я хотела бы заметить, что полностью зрительный анализатор заканчивает формироваться функционально в 20-21 год. И поэтому все вот эти проблемы, они могут сказаться на какой-то степени формирования не только центральной, центральное зрение, да, у школьников уже все, оно сформировано, он идёт со сформированным центральным зрением, то есть острота зрения. Я имею в виду бинокулярное зрение и стерео-зрение. Поэтому только полная коррекция может дать полноценное формирование всех функций, это от нас не зависит. Но иногда бывают просто ситуации, когда по каким-то особенностям, в частности, слабости цилиарной мышцы, работоспособности ее, мы не сразу не сразу, я хотела заметить, не сразу можем дать полную коррекцию. Но при правильном ведении пациента мы должны прийти к полной коррекции. 

В. Куренков:

Да совершенно верно. Поэтому для родителей норма одна, надо внимать всем рекомендациям офтальмолога и носить ту коррекцию, которую он выписал. Если Вы не уверены, что очки были подобраны правильно, обратитесь ещё в одно офтальмологическое учреждение и перепроверьте рецепт. Но коррекцию для ребёнка действительно нужно носить ежедневно, и с утра до позднего вечера, пока ребёнок не ложится спать. Ни в коем случае не снимать очки, не переключать зрение без очков на какие-то объекты, потому что всё это влияет на функции те, которые мы пытаемся восстановить у этих детей.

Для родителей норма одна - надо внимать всем рекомендациям офтальмолога, и заставлять ребёнка носить ту коррекцию, которую выписал офтальмолог

И. Лобанова:

И развить, в первую очередь, развить. Дело в том, что бинокулярное зрение полностью заканчивает формироваться только к 14-15 годам, а стерео-зрение к 20-21 году. И поэтому для этих функций тоже нужна правильная фокусировка света на сетчатку, и если Ваш ребёнок не пользуется коррекцией, размытое изображение на сетчатке не ведёт к развитию этих функций. Жалоб никогда ребёнок не предъявляет вот на такие вещи то, что я плохо вижу.

В. Куренков:

У него ещё просто нет эталона. 

И. Лобанова:

Так как у ребёнка не было бинокулярного зрения, не было стерео-зрения, он не может заметить, что эти функции у него нарушены. Хотя человек взрослый, у которого эти функции хорошо сформированы, если по каким-то причинам в результате каких-то заболеваний  происходит потеря этих функций, все наши пациенты очень чувствуют это и страдают. Даже при том, что у них может оставаться высокая острота зрения. 

К. Чиненова:

 Не надо откладывать использование коррекции, тем более, если Вам выписал офтальмолог уже рецепт. Дело в том, что действительно, бинокулярные функции, если не начать ими заниматься до пяти лет, максимум до шести, они могут не развиться вообще уже у этого ребёнка.

И. Лобанова:

К сожалению, мы сейчас имеем группы уже детей, у миопов, у которых рано появилась близорукость, до школы, либо в 1-2 классе. И когда не было постоянной коррекции, то есть когда очки используется только для просмотра телевизора, только посмотреть на доску, в 14-15 лет мы получили детей без бинокулярного зрения и без стерео-зрения. Это очень серьёзная проблема, потому что это и социальная реабилитация в выборе профессии, ну и просто элементарно, даже если не водить машину, просто перейти дорогу, это уже сложности определённые будут у человека. 

В. Куренков:

Поэтому думайте о будущем детей, используйте ту коррекцию, которую назначают офтальмологи, она назначается не просто так, мы назначаем её не только, чтобы пациент или ребёнок видел, а для того, чтобы действительно развились либо восстановились те функции, которые необходимы ему на протяжении всей жизни. И в том числе, бинокулярное зрение, которое очень важно в современном мире во всех практически уже специальностях. 

К. Чиненова:

 Давайте вернёмся к возрасту детей дошкольного возраста. Если правильный, грамотный родитель привёл своего ребёнка к офтальмологу, выявлено довольно рано какое-либо нарушение, надеты очки, назначено корректное лечение, может быть, в виде аппаратного лечения, сейчас Вы нам расскажете поподробнее, что это. Как вести таких детей, есть ли какие-то специализированные учреждения до школы для того, чтобы к школе ребёнок был готов к повышению зрительной информации. Расскажите про то, как сейчас происходит всё в нашей стране. Понятно, что в советские годы всё было развито гораздо лучше, и кабинеты охраны зрения детей были, в общем-то, популярны. 

В. Куренков:

Да, детские сады были. 

К. Чиненова:

 Как сейчас?

И. Лобанова:

Да вот эту как раз структуру развил очень хорошо, и хотелось бы отдать дань ему, профессору, Евгению Игнатьевичу Ковалевскому, о котором сегодня говорили. Он вообще, создатель первой кафедры детской офтальмологии в нашей стране, он очень много приложил усилий для развития профилактики слабовидения в нашей стране. Но, на самом деле, эти приказы никто не отменял, другое дело, что не всегда, так скажем, качественно они выполняются. Но если у ребёнка, дошкольника выявляется именно только аномалия рефракции, не какая-то органическая патология, у него нет дистрофии сетчатки, атрофии зрительного нерва, глаукомы, либо каких-то серьёзных каких-то других заболеваний, а именно идёт снижение зрения только за счёт того, что неправильно фокусируется свет на сетчатке. У гипермитропа, миопа, таким детям рекомендуется посещать специализированные глазные детские сады по той причине, что помимо того, что они все там носят очки, нет психологических комплексов, им проводят плеоптическое лечение. Вероятно, многие видели, когда один глаз заклеивается у ребёнка. И когда, конечно, ребёнок посещает обычный детский сад, есть вероятность дополнительной травматизации, обычно в таких садах, специализированных, конечно, с этим очень строго. И потом, там дети все одинаковы, все с заклеенным глазом.

В. Куренков:

Там никто дразниться не будет. 

И. Лобанова:

Да, там дразниться не будет, и никто друг друга обижать не будет из этого. Но помимо психологического момента, почему мы рекомендуем посещение таких садов, потому что у них вся программа развития, даже обычная, направлена на то, что уже, на повышение остроты зрения. То есть все игры, все какие-то развивающие композиции, они там делают, например, бисер собирают, но и различные другие игры направлены на развитие зрительного анализатора. Помимо этого, параллельно им проводится аппаратное плеоптическое лечение. Это направленное лечение на повышение остроты зрения. А если есть, уже выявлено нарушение слияния изображения правого и левого глаза, то им дополнительно проводится так называемое ортоптическое лечение, которое даёт возможность даже при наличии косоглазия, то есть косоглазие является условием, когда невозможно слить изображение правого и левого глаза.

К. Чиненова:

 Даже при правильной коррекции.

И. Лобанова:

Даже при правильной коррекции, наличие отклонений одного одной из оптических осей от совместной точки фиксации, уже автоматически приводит к тому, что слить изображение нельзя. При использовании аппаратного лечения, так называемого ортоптического лечения, я хотела бы ещё раз подчеркнуть, что это аппаратное лечение, а не физиотерапевтическое. Некоторые иногда путают, это не физиотерапевтическое лечение, это аппаратное лечение в виде игр, в искусственных условиях создают состояние, когда в зрительной коре происходит слияние изображения правого, левого глаза и таким образом идёт подготовка. Либо в итоге самостоятельно глаза принимают правильное положение при аккомодационном сходящемся косоглазии. Если же они самостоятельно не принимают правильное положение в результате аппаратного лечения, то это очень хорошая подготовка для хирургического лечения. Это - залог того, что после хирургического лечения не произойдёт рецидива. Поэтому если такие проблемы есть, мы всё-таки настоятельно рекомендуем посещать спец. сады. Если у кого-то нет таких возможностей, то, пожалуйста, по месту жительства уточните, где находится кабинет охраны зрения. И регулярно посещайте кабинет охраны зрения. Но здесь сложнее уже для родителей, чисто организационно, это дополнительное время. А если ребёнок посещает спец сад ребёнок находится в то время, когда родители на работе, параллельно он, как любой ребёнок, который находится в детском саду, занят, там не только программы на развитие зрения, там и на развитие интеллектуальной, туда принимаются дети с нормальным интеллектом, никаких. Это где есть проблемы с интеллектом, это другие детские сады. 

К. Чиненова:

А много по Москве их, я не в количестве, но в принципе, они же сократились? 

В. Куренков:

Раньше была норма на район, сейчас, к сожалению, их стало значительно меньше, мы, будучи ординаторами, посещали эти центры охраны зрения и специальные детские сады, мы смотрели, как построена там работа. И, кстати, в своей практике я многое взяла оттуда, у нас тоже в клинике есть различные методы аппаратного лечения разных ситуаций. И, к сожалению, это происходит только со стороны родителей, мы наблюдаем, что наплыв происходит только во время каникул. Допустим, сейчас у нас сильный приток, все забито, но это не совсем правильно. Нужно, чтобы дети посещали, во-первых, это не один раз. 

И. Лобанова:

Это регулярно должно быть. 

В. Куренков:

Регулярно, и по назначению офтальмолога. 

К. Чиненова:

 Скажите, пожалуйста, Ирина Владимировна, вот мы говорили об ортоптическом лечении, вот это слово, плеоптическое лечение, для нас оно, для офтальмологов, понятно. Дл родителей, всё-таки, какая цель заклейки глаза, потому что часто пугаются родители. 

И. Лобанова:

Плеоптическое лечение, это лечение, направленное на повышение остроты зрения. Ортоптическое лечение, это лечение, направленное на слияние изображения правого и левого глаза. 

К. Чиненова:

 И вот такой метод, как пенализация, нам известна. 

В. Куренков:

Очень часто детям мы назначаем такие способы лечения, и родители прибегают и жалуются, говорят: Вы не тот глаз заклеили. Я говорю: почему не тот? У нас же он хорошо видит, Вы должны заклеить тот, кто плохо видит. Наоборот, это лечение назначено, развитие определённых функций у того глаза, у которого эти функции значительно снижены по сравнению с другими. 

И. Лобанова:

Да, совершенно верно, потому, что если будут два глаза открыты, приоритет всегда будет на лучший глаз. 

В. Куренков:

Да, есть доминирующий глаз, и он формируется из-за этого, в том числе. А если два глаза одинаково видят, слабовидение на оба глаза, например, 05, 0,5 острота зрения, то заклеивается по очереди, один день один глаз, другой день другой, это по той причине, что одним глазом смотреть достаточно сложнее, чем двумя. Амблиопия на русский язык переводится «ленивый глаз», глаз не научился видеть в связи с тем, что ему правильно не сформировали зрительный образ на сетчатке. 

К. Чиненова:

 Ну что ж мы прервемся. 

И. Лобанова:

В связи с этим я хотела сказать, чтобы обязательно в год проверяли всегда у окулиста детей, независимо от того, что замечают родители какие-то проблемы или нет. В 90 % случаев родители их не замечают в год, когда они замечают, бывает поздно.

К. Чиненова:

К сожалению. 

В. Куренков:

Посещайте офтальмолога. 

К. Чиненова:

Ирина Владимировна, ещё раз напомните для тех, кто, может быть, к нам только присоединился, как часто посещать офтальмолога, в каком периоде то семилетнего возраста в норме?

И. Лобанова:

В норме обязательно посещение офтальмолога в первый месяц жизни, в год жизни, в 3 года жизни и перед школой, в 6-6,5 лет. 

В. Куренков:

Детальное обследование пациента должно быть. А вообще, нужно лучше после трёхлетнего возраста особенно ежегодное посещение. 

И. Лобанова:

Да, с учётом развития, очень бурного развития электронных носителей информационных, которыми пользуются дети в наше время, мы рекомендуем раз в год уже обязательно проверять. 

В. Куренков:

Это у тех детей, у которых всё хорошо со зрением. Что касается тех маленьких пациентов, которые имеют какие-либо проблемы, то время посещения и очерёдность посещения, и количество, это уже определяет офтальмолог, который ведёт ребёнка. Какими же средствами коррекции должен пользоваться ребёнок, или какие можно ему назначить средства коррекции, если выявлена одна из аномалий рефракции. 

И. Лобанова:

Первым средством, традиционным, является очковая коррекция, её никто не отменял, и мы всегда ратуем за этот вид коррекции. 

В. Куренков:

Но это даже коррекция, мы говорим о том, что традиционная коррекция, если Вы даже пользуетесь другими любыми средствами коррекции, эта коррекция всё равно должна у Вас быть. 

И. Лобанова:

Обязательно, она обязательна. Но если есть какие-то дополнительные проблемы, есть проблема, к сожалению, когда не всегда очковая коррекция может отдать возможность использования её полноценно. Ну, у маленьких детей, это, конечно, строгие медицинские показания, рефракция больше 10 диоптрий, потому что и у гипермитропа, и миопа, к сожалению, очковые линзы не дают возможности правильного формирования функции из-за того, что они дают большие искажения. Степень анизотропии, это разница в рефракции, сила стёкол в очках, если она превышает три диоптрии, это считается строгие медицинские показания к назначению контактной коррекции. 

В. Куренков:

С какого возраста мы можем применить контактную коррекцию?

И. Лобанова:

С любого, как только это потребуется. Потому что если, например, у ребёнка врождённая была катаракта и удалили хирургическим путём эту катаракту, её удаляют в 2, в 3, в 4 месяца жизни, то это состояние без хрусталика является медицинским показанием для ношения контактных линз. Но это такие экстремальные ситуации, если у обычного ребёнка гиперметропия 2-3 диоптрии на оба глаза, мы рекомендуем всё-таки пользоваться очками. А если уже рефракции достаточно высокие, или ребёнок по мере роста он уже начинает посещать спортивные какие-то секции, независимо, кто, гипермитроп, миоп, с астигматизмом, без астигматизма, то конечно, очки ему очень сильно мешают. И найти случаи мы уже рекомендуем пользоваться контактными линзами.

К. Чиненова:

Скажите, контактные линзы какие-то отдельные для детей, или это те же, которые покупают пациенты взрослые. Это просто частые вопросы родителей, поэтому хочется, просто чтобы озвучить.

И. Лобанова:

У школьников после семи лет чаще всего это можно использовать обычные производственные линзы, которые предлагают фирмы-производители. На сегодняшний день материалы, которые используют производители, имеют очень высокий коэффициент кислородопроницаемости, хорошие характеристики влагосодержания, и поэтому конструкции линзы таковы, что они относительно безопасны, конечно, безопасных линз, сразу могу сказать, нет, но если соблюдать все правила режима, ношения, замены, ухода, то линзы становятся абсолютно безопасными. Но они не являются никогда, контактные линзы, единственным видом коррекции. К ним всегда дополнительно должны быть очки. Потому что бывают ситуации, когда линзы действительно нельзя носить. Например, если ребёнок болеет ОРВИ, или у ребёнка детская инфекция, в этот момент ребёнок должен находиться только в очках если у него имеются. Поэтому если соблюдаются все вот эти рекомендации, которые даются фирмами-производителями, то есть по режиму ношения в течение дня, по режиму замены, сколько линзы можно носить, один день, две недели, одну пару линз, месяц. Другие линзы, так называемые традиционные, которые можно использовать полгода и больше, мы только в особенных случаях используем. Только когда идёт какое-то индивидуальное изготовление линз. Но у детей до семи лет, это более немножко сложная проблема. Но, в принципе... 

К. Чиненова:

За счёт чего, узкой глазной щели или трудности надевания?

И. Лобанова:

Там есть особенность того, что у маленьких детей не всегда происходит смыкание верхнего и нижнего века. У маленьких детей мы линзы оставляем на дневной сон, и несмыкание век может привести к подсыханию. Но это уже особенность, поэтому, конечно, по косметическим показаниям детям до семи лет никто не назначает контактные линзы. 

В. Куренков:

Ну конечно. 

И. Лобанова:

Единственное, я сказала, что пяти, шестилетним детям, если они уже занимаются спортом, можно на период занятия спортом этими линзами пользоваться.

К. Чиненова:

Таких пациентов очень большое количество и хочется оговорить, что это мягкие контактные линзы, те линзы, которые надеваются сутра и снимаются вечером. 

И. Лобанова:

Да, речь идёт о классических контактных линзах, которые утром надеваются, вечером снимаются. У школьников, к сожалению, особенно у младших школьников, проблема того, что, когда ребёнок начинает носить очки, психологическая со своими сверстниками, его немножко начинают дразнить, и ребёнок отказывается от ношения очков. В таком случае, причём опять же, независимо от того, кто это, гипермитроп или миоп, мы расцениваем это состояние, как медицинские показания к ношению контактных линз. Потому что он должен находиться обязательно с коррекцией, а конечно, когда он придёт из школы, он снимет контактные линзы, и дома будет находиться в очках. 

В. Куренков:

Да и в детском, и во взрослом состоянии мы всем людям, которые используют контактные линзы, рекомендуем, если Вы используете в течение недели, снимая только на ночь, в праздничные дни дома, пожалуйста, переходите на очки, это даёт возможность немножко глазу восстановиться. Потому что там немножко другой уже способ питания при ношении контактных линз, и это даёт возможность удлинить время использования контактных линз в будущем. 

И. Лобанова:

Я хотела бы добавить только, чтобы правильно меня поняли, детям на ночь линзы классические мы не разрешаем использовать, даже те, которые взрослым пациентам разрешается оставлять на ночь. Мы их разрешаем только на дневной сон оставлять. 

В. Куренков:

Но и во взрослом состоянии мы тоже рекомендуем этого избегать. 

И. Лобанова:

Да, я знаю, но детям мы просто категорически это запрещаем, иногда разрешаем подросткам, которые ходят в походы. Вот если ребёнок, подросток пошёл в поход, то, конечно. 

В. Куренков:

Там условия не совсем санитарные. 

И. Лобанова:

Да, поэтому раз в год на несколько дней можем разрешить линзы, которые имеют сертификацию на нахождение нескольких суток, такие линзы подростку можем назначить. Детям никогда, не при каких условиях в таком режиме мы не разрешаем использование контактных линз. 

В. Куренков:

Вообще, лучше, конечно, на ночь не использовать. 

И. Лобанова:

А ещё лучше, что у нас на рынке контактной коррекции много однодневных линз, это проще. 

В. Куренков:

Это замечательно, вообще. 

И. Лобанова:

Это всегда гарантия того, что идеально чистая линза на следующий день будет одета ребёнку, это гарантия того, что никогда не будет нарушение режима ношения и замены линзы. Но это, конечно... 

В. Куренков:

Намного сокращает инфекционные осложнения. Дело в том, что, когда я был в ординатуре, у меня, я вел всегда гнойную палату, у меня попала пациентка, которая прибежала без линзы уже на одном глазу уже с язвой роговицы. И на другом глазу у неё оставлена была линза, я смотрю, а она вся, как мухомор в белковых отложениях. Но тогда линзы ещё кипятили, это были чешские контактные линзы. 

И. Лобанова:

А срок годности какой был, это не однодневная и не месячная. 

В. Куренков:

Это был 91-й год. 

И. Лобанова:

Это на год разрешали тогда носить линзы.

В. Куренков:

Да. И, к сожалению, у этой пациентки закончилось не очень хорошо, у неё было прободение роговицы, потому что она долгое время сидела дома, ждала, пока глаз пройдёт и, к сожалению, осложнения бывают вплоть до таких. Поэтому если Вы используете контактные линзы, если Вы чувствуете что-то там с глазом не то, он покраснел, лучше проконсультироваться с офтальмологом. 

И. Лобанова:

Причём сразу. 

В. Куренков:

Да, нежели ждать исхода ситуации и, порой, он может быть не в лучшую сторону. У меня ещё один вопрос про контактные линзы. Как Вы относитесь к ортоптическим контактом линзам?

И. Лобанова:

Ортокератологическим контактным линзам, здесь очень большая проблема как раз то, что линза остается на ночь. Это увеличивает количество инфекционных осложнений в 4 раза по сравнению с обычными контактными линзами. Но это не мои, это ВОЗ публикует официальную статистику. 

В. Куренков:

Но это действительно так. 

И. Лобанова:

Нахождение в контактных линзах ночью увеличивает количество инфекционных осложнений в 4 раза. Поэтому классические линзы мы запрещаем носить, использовать ночью детям. Поэтому эта методика достаточно сложная и, на мой взгляд, она требует очень высокой подготовки специалиста, который работает с ортокератологическими линзами. Если врач берет на себя такую ответственность, очень надо тщательно обследовать пациента на выявление хронических заболеваний, очень жёстко, на мой взгляд, надо, очень требовательно общаться с родителями, чтобы они понимали, как надо правильно ухаживать за контактными линзами. И вот эти линзы, они, конечно, ещё более требовательны к вниманию и самого пациента, и родителей, и врача. И малейшее, прямо совсем чуть-чуть какое-то изменение, сразу же большая просьба обращаться к врачу, не ждать точно ничего. 

В. Куренков:

Вы часто назначаете такие линзы?

И. Лобанова:

Я не назначаю их никогда. 

В. Куренков:

Я думаю, это ответ на вопрос. 

К. Чиненова:

Да, потому что и коррекция не стопроцентная. 

В. Куренков:

Несмотря на то, что методу, по-моему, более 50 лет, что-то такое. 

И. Лобанова:

Методика очень сложная не потому, что я не разбираюсь в этой, может быть, как раз из-за того, что я очень хорошо разбираюсь в этой методике, я не гарантирую своим пациентам, что через 15-20 лет их роговицей всё будет в порядке. 

В. Куренков:

Мы очень часто сталкиваемся с этой проблемой. Дело в том, что к нам тут пациенты, которые вынуждены или не хотят больше использовать эти линзы и мы производим обратную ситуацию. Мы заставляем глаз от них отказаться и возвращаем его в исходное состояние. Самое длительное, это у нас был пациент, которого мы наблюдали до того, как мы смогли сделать рефракционную операцию, около двух лет. 

И. Лобанова:

Восстановление формы роговицы. 

В. Куренков:

То есть около двух лет восстановление формы роговицы происходило, и это, конечно, очень долго, неудобно, потому что пациент вынужден был менять очки, потому что нельзя уже было носить никакие контактные линзы. Там есть свои особенности, мы отправляли пациентку и на биомикроскопию электронную роговицы для того, чтобы посмотреть структуру клеток. Естественно, отправляли уже после того, как всё вернулось на круги своя. 

И. Лобанова:

К сожалению, я тоже была свидетелем неоднократно очень серьёзных осложнений после использования контактных линз ночью. Так как я работаю, кафедра нашf находится на территории детской Морозовской больницы, и по скорой к нам поступали дети с очень серьёзными изменениями со стороны роговицы. Слава богу, ни у кого прободения не было, но серьёзные, очень серьёзные проблемы возникли с госпитализацией. И, к сожалению, не всегда хорошим качеством зрения после того, как мы вылечили этих пациентов. 

В. Куренков:

К сожалению, мы не успели разобрать ещё более одну актуальную тему школьного, проблему с глазами школьного возраста. Я думаю, мы продолжим это в одной из следующих передач. Ну а сейчас...

К. Чиненова:

 На сегодняшний день хочется сказать о том, что, если врач-офтальмолог назначил Вашему ребёнку очки или любую другую коррекцию, её должно срок строго соблюдать. Если есть рекомендации по определённому сидению на первой, скажем, второй парте центрально ряда, врач-офтальмолог всегда напишет справку, если есть необходимость в таком случае, если это означает офтальмолог, а не просят родители. То есть это тоже нужно оговорить. Если есть показания к более частому посещению офтальмологу детскому, пожалуйста, приводите своих детей. Ирина Владимировна, напоследок что Вы хотите сказать нашим слушателям, буквально, пару слов по совету именно детского офтальмолога. 

И. Лобанова:

Внимательно следите за своими детьми, обязательно соблюдайте, пусть они соблюдают режим зрительных нагрузок, смотрите, как они сидят за столом, правильная осанка, это тоже имеет значение. И не забывайте, что дети должны регулярно посещать улицу, гулять, потому что. 

К. Чиненова:

А не только офтальмолога. 

В. Куренков:

И не только гулять в сети. 

И. Лобанова:

Не только гулять сети, а именно на улице, потому что ультрафиолет, который они получают, так необходим для выработки витамина D, который необходим для того, чтобы кальций хорошо усваивался. А значит, тургор склеры будет хороший и близорукость будет прогрессировать меньше. 

К. Чиненова:

Но об этом в следующих наших эфирах. Оставайтесь с нами, спасибо, что пришли, будьте здоровы. 

В. Куренков:

До свидания.