Как сохранить здоровье ребенка. Осень

Педиатрия

Тэги: 

А. Плещёва:

Здравствуйте, дорогие друзья. И с вами снова программа "Гормоны под прицелом" и ее ведущая Плещёва Анастасия – врач эндокринолог-диетолог. И у меня сегодня в гостях снова Анна Левадная, мы будем обсуждать, как сохранить здоровье ребенка осенью. Потому что детки пошли в школу, детки пошли в детский сад. В частности, мой ребенок. Поэтому Анну сегодня буду терроризировать. Итак, Анна Левадная – педиатр, неонатолог Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии имени В.И. Кулакова, а также достаточно известный доктор-блоггер под ником annamama, кандидат медицинских наук. Здравствуйте, Анна.

А. Левадная:

Здравствуйте, спасибо, что опять пригласили меня сюда. Мне очень приятно.

А. Плещёва:

Спасибо. Мы Вас будем вас ждать еще и еще, потому что вопросов к педиатрам всегда много. А я, как молодая мама еще маленького совсем ребеночка, просто мечусь между педиатрами, между своими коллегами и постоянно всех терроризирую различными вопросами. На повестке дня у нас риск респираторных заболеваний у наших детишек. Летом болели Коксаки, сейчас у нас энтеровирусы. Ребенок привыкает, ребенок только пошел у меня в садик. Поэтому мне хочется узнать у педиатров, как же обезопасить максимально и как снизить риск заболеваний в детском саду?

А. Левадная:

Да, это основной вопрос, который волнует родителей. И я каждый раз говорю одно и то же. Я говорю основу основ: для того, чтобы понимать, как снизить риск, надо понимать, откуда ребенок может заболеть. Он не заболевает у нас, потому что переохлаждается, вышел без кофты, съел мороженое, выпил напиток из холодильника. Нет, он заболевает в 95% случаев, потому что вдохнул вирус. Их более 300 видов, и пока ребенок не столкнется с большинством из самых распространенных вирусов, которые характерны для его местности, он будет болеть.

Ребенок не заболевает у нас, потому что переохлаждается, вышел без кофты, съел мороженое, выпил напиток из холодильника. Нет, он заболевает в 95% случаев, потому что вдохнул вирус.

А. Плещёва:

Как болели мы с Вами, когда ходили в детский сад.

А. Левадная:

Это нормально. Если он не столкнется с ними в детском саду, будет жить в какой-то капсуле, в вакууме, то он столкнется с ними в тот момент, когда выйдет в социум. Это может быть в школе, в институте. Все зависит от того, как долго Вы его собираетесь ограждать. Вирусов очень много, называются они респираторные вирусы. Почему? Потому что передаются они воздушно-капельным путем. Как выделяются из организма? Болеющий человек выталкивает вирусы через чихание, кашель, насморк, вытирает эти сопли по лицу, обмазывая ими все вокруг.

А. Плещёва:

А сейчас у нас еще детки целуются в детских садах. Это мы целоваться начали в школе, а они в детском саду.

А. Левадная:

Контактный путь тоже существует. Даже официально рекомендовано учить детей не трогать лицо, мыть руки. Это такая мера снижения риска встретить вирус и заразиться вирусом. Надо понимать, что вирусы – это такие штуки, которые живут сами по себе. Они заходят в наш организм для того, чтобы размножиться. Это их жизненное кредо. Это их жизненная функция. Они попали в организм, используют наши клетки для размножения, проникают внутрь, используют структуру нашей клетки для того, чтобы размножиться, и выделяются в окружающую среду, чтобы максимально заразить других людей. Поэтому мы заболеваем.

Это проявляется тем, что у нас повышается температура, вырабатывается слизь в носу, в легких. И все это нужно для того, чтобы эвакуировать вирус, чтобы убрать его. Это защитные клетки, которые вырабатываются нашим организмом. И это нормальная защитная реакция. Я не устану это повторять, что температура – это норма, что кашель – это норма, насморк – это норма, красное горло – тоже норма. Все это нормальная реакция в ответ на попадание в организм вирусов. И лечим мы не красное горло, не чихание, не кашель, а ставим диагноз. В первую очередь, мы должны понять – бактерии вызвали это заболевание или вирус. Бактерии редко, но тоже вызывают респираторно-подобные реакции. Но, тем не менее, такие ситуации есть. При первом осмотре врач должен исключить все бактериальные инфекции и двинуться дальше: облегчить жизнь ребенку, потому что противовирусных препаратов, кроме вируса гриппа, не существует.

Температура – это норма, кашель – это норма, насморк – это норма, красное горло – тоже норма. Все это нормальная реакция в ответ на попадание в организм вирусов.

А. Плещёва:

На этом хочется остановиться и развеять сразу мифы по поводу противовирусных препаратов. А дальше перейти, собственно, к способам защиты от вирусов. Когда я готовилась к эфиру, то просто спросила у мам детишек, которые вместе с моей Лизонькой ходят в детский сад: а что бы Вы хотели услышать от Анны, которую все знают? И первый вопрос, который мне задали: Анастасия, спросите, мы оксолинкой привыкли с детства мазаться. И какой сейчас самый крутой противовирусный препарат? То есть мам волнуют вот такие проблемы. Давайте развеем миф этих препаратов, которые хотят получить мамы в свою аптечку, намазать и освободиться, у меня такое ощущение, от ребенка, от обязанности быть мамой, от прогулок и всего остального.

А. Левадная:

Наоборот. Мне кажется, когда ребенок заболевает, это хороший способ для мамы проявить свою любовь. Я вижу, что мама может в повседневной жизни мало уделять внимания ребенку, а когда ребенок болеет, хочется проявить себя максимально героиней. Маме как раз хочется что-то делать. Когда я говорю: проветривайте, увлажняйте, давайте питье, мамы не готовы это воспринимать, потому что им нужно что-то делать, нужно действовать, спасать, нужно геройствовать.

Давайте возьмем аденовирус. Вирус имеет свои точки приложения. Большинство вирусов имеют свои любимые ткани, а некоторые садятся на какие-то ткани, и мы до конца не знаем, почему тот или иной вирус выбирает ту или иную ткань. Но, тем не менее, аденовирус любит глаза, он сопровождается вирусным конъюнктивитом. Отличительная особенность аденовируса в том, что он чаще, чем другие вирусы сопровождается конъюнктивитом, обильным носовым отделяемым слизистым, покраснением горла. Он внедрился в организм, не существует противовирусных препаратов, которые настолько же умные, чтобы могли тоже внедриться в эту же клеточку и уничтожить его. Самая умная структура – это наша иммунная система. И среди всех вирусов только против вируса гриппа мы имеем препараты. И то, вирус гриппа тоже очень умный, регулярно мутирует. К какой-то группе препаратов уже чувствительности нет. В том числе, это обусловлено массовым использованием, зачастую неоправданным.

Самая хорошая новость заключается в том, почему мы не лечим эти вирусы, не делаем от них прививки. Потому что они не опасны. Ребенок в большинстве случаев самостоятельно вырабатывает защитные клетки и убивает этот вирус, который попал в организм. Когда мы говорим про бактерии, если есть бактериальный очаг инфекции, то однозначно есть антибактериальный препарат, который назначается. Его не нужно избегать, потому что мы боимся химии, мы за все натуральное, мы будем выпаивать.

Среди всех вирусов только против вируса гриппа мы имеем препараты. И то, вирус гриппа тоже очень умный, регулярно мутирует.

А. Плещёва:

Как отличить – вирус это или бактерия?

А. Левадная:

Это непросто, начну с этого. Это серьезная задача врача, который должен очень аккуратно раскрутить, как клубок, эту ситуацию.

А. Плещёва:

Главное спрашивать, как все начинается?

А. Левадная:

Как все начиналось, насколько высокая температура. Например, высокая температурная реакция больше характерна для вирусов, чем для бактерий. Для мамы наоборот: у нас 39! Ей кажется, что срочно надо антибиотики. На самом деле, высокая температура больше характерна для вирусов. Это не значит, что бактериальная инфекция не сопровождается высокой температурой, но, тем не менее, это может нам помочь. Острое заболевание, особенно грипп, мама может назвать час, когда ребенок заболел. Для бактериальных инфекций характерно более плавное начало, плавное появление симптомов. Это может растягиваться на полтора дня, например. То, что заболел дома кто-то еще – это приятный бонус для врача, потому что если мама говорит, что заболела я, потом двое детей, то очень высока вероятность, что это вирусная инфекция, а не бактериальная.

Врач, когда смотрит ребенка, должен найти очаг, бактериальную инфекцию, должен поставить диагноз, предположим, стрептококковая ангина, или гнойный отит, или пневмония. То есть врач смотрит ребенка, находит очаг и ставит диагноз. Только после этого можно двигаться дальше и подбирать антибиотик. И длительность антибактериальной терапии будет зависеть от того, какой врач поставил диагноз. Нельзя написать: ОРВИ – сумамед, это некорректно. Мы должны поставить диагноз, объяснить, где очаг. Например, стрептококковая ангина имеет характерные признаки, характерные налеты, характерный возраст – после трех лет. Не сопровождается катаральными явлениями, то есть насморк, кашель, конъюнктивит, ринит – всего этого не будет. Если врач видит клинический очаг, то можно даже не прибегать к тестам, но зачастую дополнительные тесты могут нам помочь. В том числе, есть стрептатест или бакпосев с миндалин. Стрептатест – это экспресс-тест с миндалин, как тест на беременность, можем сразу определить. Это не 100% диагноз, мы должны в совокупности это рассматривать. Есть тест на грипп, например.

А. Плещёва:

Везде есть эти тесты?

А. Левадная:

Сомневаюсь, что в поликлиниках есть экспресс-тесты. Они есть в аптеках, практически во всех лабораториях. Они, конечно, нигде в мире не используются, потому применяется стандартная выжидательная тактика. Но Россия в этом смысле особенная страна, потому что у нас очень много гипертревожных мам, которым кажется, что назначат антибиотик, и все пройдет, и это является профилактикой осложнений. Все же боятся чего? Осложнений. Кажется, что назначение профилактической антибактериальной терапии снижает вероятность осложнений, хотя это не так.

У нас невысокий охват иммунизации, вакцинации. Наиболее частые причины осложнений у детей – это пневмококковые инфекции, гемофильная палочка. Если дети привиты, то меньше вероятность, что они заболеют. И очень высокое количество безрецептурных антибиотиков. Раньше вообще была свободная продажа антибиотиков. Врачи тоже играют роль, потому что они очень часто назначают антибиотик, чтобы перестраховаться. Это обусловлено высочайшей нагрузкой на участкового врача, нет времени разбираться. Риски очень высокие, эмоциональное выгорание, нет возможности много времени посвятить ребенку. Если не ошибаюсь, на осмотр отводится 12 минут. Этого времени недостаточно для того, чтобы хорошо провести осмотр и поставить диагноз.

Дополнительным методом также является анализ крови, который тоже будет нам помощником. Помним, что все дополнительные тесты – это всегда дополнительные тесты. И мы ориентируемся, в первую очередь, на клиническую картину. Но после третьего-четвертого дня мы можем иногда увидеть изменения, характерные для вирусной или для бактериальной инфекции.

Наиболее частые причины осложнений у детей – это пневмококковые инфекции, гемофильная палочка. Если дети привиты, то меньше вероятность, что они заболеют.

А. Плещёва:

Я не очень понимаю историю по поводу вирусной инфекции. Один ребенок в группе заболел, третий, четвертый, и что? Раньше закрывался детский сад. Сейчас этого, насколько я понимаю, не происходит. А эти вирусные инфекции становятся очень разнообразными. Вчера мне друг позвонил и сказал, что с Коксаки увезли ребенка в тяжелом состоянии в больницу. Мне просто интересно: сейчас никакого санэпидемрежима нет?

А. Левадная:

Дело в том, что это неизбежно, что ребенок заболевает в садике.

А. Плещёва:

Я сейчас спрашиваю даже не от лица себя, как мамы, а от лица мам, которые общаются со мной. Все возмущены, как это так: «Анастасия, Вы говорите, что у Вашего ребенка энтеровирус, надо закрыть группу». Я говорю: «Вы понимаете, этот энтеровирус будет у нас с Вами, сколько они будут ходить в детский сад, они все равно рано или поздно все заболеют».

А. Левадная:

Здесь вопрос психологии. Например, я знаю, что я живу в социуме. Мне никуда не убежать из этого социума. Для меня это не повод не ходить в бассейн, в театр, на детские развивающие занятия, на детские дни рождения, в гости, где есть сопливящий ребенок. Знаете, многие родители не ходят в гости, если у нас сопли, они ограждают ребенка. Это выбор родителей. Может быть, кому-то психологически легче сидеть на даче и не болеть. Но, например, мне легче пойти в театр и рискнуть, потому что я знаю, что даже Коксаки не очень опасен.

У моих детей был аденовирус, я сняла, как они выглядят, в stories попала картинка. Это выглядит ужасно: красные глаза, отекшее лицо, такие две сопливящие хрюшки. В директ посыпались вопросы: какой ужас, как же их лечить? Честно, я вообще не напряглась. Аденовирус? Прекрасно, хорошо, какая мне разница, какой вирус, мне это абсолютно неважно. Почему? Потому что противовирусных не существует. Все равно они имеют благоприятный прогноз. И каждый раз я об этом пишу. Если ангина вирусная – это хорошо, это благоприятный прогноз. Даже менингит вирусный лучше, чем бактериальные менингиты. Всегда вирусные – это ситуация более простая. Конечно, есть тяжелые случаи течения. Нужно понимать, что от тяжелых болезней мы защищаемся прививкой, вакцинацией.

А. Плещёва:

Вот об этом действительно стоит серьезно поговорить.

А. Левадная:

Ветрянка, полиомиелит, хотя он не так актуален в детском садике, от всех страшных инфекций мои дети защищены. Единственное, я переживаю о менингитах группы В. Английские дети уже его получили, а в России он еще не зарегистрирован. А все остальное, в принципе, это ерунда.

А. Плещёва:

Я еще переживаю за то, что кто-то делает прививки, а кто-то не делает. А они рано или поздно все оказываются в одной группе.

А. Левадная:

Это неважно, потому что в настоящее время уровень детей, которые привиты, несмотря на массовую истерию, все равно выше. И это приводит к тому, что уровень заболеваемости падает. Это защищает даже тех детей, родители которых по каким-то причинам принимают решение не прививать детей или не могут привить, потому что есть дети с объективными противопоказаниями к вакцинации. И мы, кто вакцинируется, имеем социальную ответственность. Но в общем и целом, мы не можем привиться от тех 200 вирусов. И это нам не нужно, потому что в большинстве случаев дети сами вырабатывают иммунитет.

Мы не можем привиться от тех 200 вирусов. И это нам не нужно, потому что в большинстве случаев дети сами вырабатывают иммунитет.

А. Плещёва:

Хотела затронуть живую вакцину от полиомиелита. Как все происходит? В группе есть дети, которые вообще не привиты. И тут вдруг пришла живая вакцина. Как это все происходит? Идет расформирование группы?

А. Левадная:

Смотрите теорию. С точки зрения медицины, есть оральная полиомиелитная вакцина. Ее, кстати, скоро не будет.

А. Плещёва:

Но ее делают, ее предлагают.

А. Левадная:

Сейчас да. В 2019-м году мы перейдем на неживые вакцины, потому что Россия будет производить свою неживую вакцину. Но, тем не менее, ребенок, который получил в кишечник живую вакцину, может выделять ее с калом. И выделяя ее с калом, он, чисто теоретически, может руками потрогать горшок, а потом залезть к невакцинированному ребенку в рот. Вероятность минимальна, но, тем не менее, вакциноассоциированные полиомиелиты существуют. Есть стертые формы вакциноассоциированных полиомиелитов. Я разговаривала с неврологами, и они говорят, что такие дети поступают к ним. Например, за прошлый год в России не было ни одного случая полиомиелита. Был только один поствакцинальный вакциноассоциированный полиомиелит, и то он были даны живые капли ребенку, первично привитому, это нарушение правил. В принципе, сейчас уже никто так не получает: вначале все равно идут 2 дозы неживой вакцины. То есть риск очень-очень маленький.

А. Плещёва:

Но важно о нем помнить. Речь идет о своей социальной ответственности. Мамы, предупреждайте, если Вы ребенку делаете третью вакцину от полиомиелита, скорее всего, Вам предлагают живую. Конечно, мамы на нее соглашаются. Соответственно, обязательно нужно предупредить об этом, потому что некоторые вспоминают об этом через неделю, когда уже ребенок ходил в сад. Мы не знаем, кто у нас в группе: дети разные, родители разные. Бывают абсолютно разные истории. Мы можем нанести риск этому ребеночку.

А. Левадная:

Да, но риск очень маленький.

А. Плещёва:

Я бы хотела спать очень спокойно.

А. Левадная:

Превитый ходит в группу спокойно, а непривитого переводят просто в другую группу на 60 дней.

А. Плещёва:

Давайте перейдем к способам защиты, которые мы уже немножечко затронули.

А. Левадная:

Как я уже сказала, самый простой способ – убрать вирус из воздуха. Просто взять и убрать этот воздух, в который покашлял или почихал человек. Чем меньше помещение, и чем оно больше замкнуто, и чем оно более населено, густо населено, тем больше вероятность, что кто-то вдохнет вирус.

Ребенок пришел. У него дома мама, папа, бабушка, как минимум двое взрослых. И таких 25 детей. Они с утра контактировали с двумя взрослыми, на самом деле, контактов очень много. Это такое дерево контактов. Почему заболевают дети, если даже все здоровы? Потому что есть инкубационный период. И кто-то может выделять вирус, клинически внешне он еще не будет болеть.

А. Плещёва:

Даже мама может не знать. Сейчас обсудим, когда же возвращать ребенка в сад.

А. Левадная:

Самый простой способ – это убрать вирус из воздуха. Наверное, сложно осуществить в садике, но Вы можете это сделать в комнате – проветрить. Вероятность того, что у Вас получится это сделать, сводится к нулю. Почему? Потому что это какой-то безумный страх сквозняков. Я говорю моим подругам: мы не заболеем от этого. И все равно: нет, закройте окно, дует по ногам. Это у нас на слуху, на подкорке у русских людей записан страх ветра. Поэтому проветривать – самый простой способ. В садике можно открывать окно, убрать вирус из носа и изо рта.

А. Плещёва:

Как убирать вирус?

А. Левадная:

Единственное, что мы можем сделать, – это побрызгать физраствором в нос. Я сама этого не делаю, для меня это издевательство над ребенком. Это очень агрессивная профилактика, но многим мамам необходимо что-то сделать, они так сильно переживают.

А. Плещёва:

Переживают так, что не моют ребенка вечером, потому что он же заболел, у него же сопли потекли, и не пойти в этот день гулять.

А. Левадная:

Да, вся цепочка событий не совсем корректная.

А. Плещёва:

Она должна быть обратной.

А. Левадная:

Есть смысл увлажнить слизистые, чтобы смыть вирусы, которые теоретически находятся на ней, но еще не успели проникнуть в организм. Если Вы отправляете ребенка в сад, то не больше, чем 2-3 часа будет его защищать.

А. Плещёва:

А оксолинка как же?

А. Левадная:

Оксолинка наоборот, склеивает реснички в носу и мешает работе мерцательного эпителия, и к нему прилипают и аллергены, и вирусы, и пыль. Есть сейчас иммуноблокеры – это такие бейджики, которые носят родители, вешают на шею чеснок, маски надевают на здоровых детей. Маска – это тоже издевательство. Если чеснок повесил, ладно, пусть висит, но надо реально понимать, что если ребенок встретился с вирусом, то хоть ты чесноком обвешайся, обмажься всем, чем угодно, блокеров хоть 5 штук повесь, они не доказали своей эффективности при борьбе с вирусами.

Оксолинка склеивает реснички в носу и мешает работе мерцательного эпителия, и к нему прилипают и аллергены, и вирусы, и пыль.

А. Плещёва:

То есть гулять с ребенком можно?

А. Левадная:

Но мы сейчас говорим про здоровых детей, про профилактику. Мыть и купать здоровых детей можно. Но у Вас хорошее дополнение, что больного ребенка можно. Купание – это дополнительное увлажнение слизистых, а прогулки – это всегда психосоматика. Ребенок переключается, ему вообще не выгодно болеть и сидеть дома. Ему хочется побыстрее выйти, он забывает про болезнь. Активное движение – это форсированный вдох. Дети не умеют кашлять, у них недостаточно сил для того, чтобы сделать хороший кашлевой толчок. И когда они идут на прогулку, то начинают активно двигаться и могут сделать кашлевой толчок.

Дети не умеют кашлять, у них недостаточно сил для того, чтобы сделать хороший кашлевой толчок. И когда они идут на прогулку, то начинают активно двигаться и могут сделать кашлевой толчок.

А. Плещёва:

А есть у Вас в блоге упражнения для дыхательной гимнастики?

А. Левадная:

Да, конечно, у меня есть отдельный тэг annamama­_кашель, там дыхательная гимнастика. Мои дети пузыри пробулькивают, и все это делают.

А. Плещёва:

Итак, хочется вернуться к вопросу, с которого начали. Когда ребенка можно приводить в детски сад, если он все-таки заболел?

А. Левадная:

Здесь же дело не только в социальной ответственности по отношению к другим детям, а дело в том, что еще мама – человек. Если мама высиживает 2 недели после болезни, то я не знаю, когда она будет работать и вообще будет жить полноценной жизнью. То есть мы не забываем про маму, которая должна быть спокойной, счастливой и здоровой.

Вирус внедряется в организм, ему надо 1-2 дня для того, чтобы проникнуть внутрь клетки. Примерно 3 дня вырабатываются защитные антитела у организма. И в эти 3 дня, когда он вырабатывает защитные антитела, мы видим повышение температуры. Температура повышается – это значит, что организм активно убивает вирус. Это сопровождается слабостью, появлением тех симптомов, которые сопровождают ОРВИ: насморком, кашлем, чиханием. Ребенок болеет. В принципе, в тот момент, когда температура уже пошла на спад, мы можем считать, что вирус уже уничтожен организмом. Температура не повышается потому, что вирус уже убит нашим организмом.

В тот момент, когда температура уже пошла на спад, мы можем считать, что вирус уже уничтожен организмом.

А. Плещёва:

А если температуры не было, на что можно ссылаться?

А. Левадная:

К этому моменту можно условно прибавить 1-2 дня. И получится, что заразность от первого дня до того момента, когда ребенок не выделяет ничего из организма, будет примерно 6-7 дней. Есть вирусы, которые выделяются дольше, например, аденовирус. Он до двух недель может выделяться. Большинство вирусов – неделю. Уже через 7 дней, то есть через 1-2 дня, как температура спала, ребенок ничего не выделяет. И ему все равно, где реабилитироваться. Если он социально активен, если он может принимать участие в тех мероприятиях, которые в саду делают все дети, и не нуждается в особом уходе, то есть не лежит, то он может идти в сад. Ему необязательно для этого сидеть 2 недели дома, чтобы восстановить иммунитет. Это тема российская – восстанавливаем иммунитет. Пошли гулять на улицу, пошли играть, в общем, активная быстрая реабилитация. Если нет температуры, ребенок социально активен. Но здесь еще надо подумать, откуда ребенок принес этот вирус. Если вирус к нам пришел из сада, то вопрос, чего его туда не водить, если все равно все этот вирус вдохнули, подышали, и уже распространилось. То есть если в группе уже был этот вирус, то бессмысленно сидеть дома. Никакой социальной ответственности мы не несем.

А. Плещёва:

Я сняла с себя социальную ответственность, завтра Лиза пойдет в детский сад.

А. Левадная:

Но если у Вас заболел папа – это другая ситуация. Некорректно заражать других детей. Но очень многие дети имеют длительный период остаточных явлений.

А. Плещёва:

Восстановления.

А. Левадная:

Не восстановления. Восстановятся они быстро. А у них много остаточных явлений, например, длительный кашель. До 8 недель может держаться кашель после ОРВИ и это норма. И в этом кашле нет вируса. В этом кашле есть остатки иммунных тел, которые выработались на слизистой. Насморк может держаться до двух недель, может быть зеленый насморк. Ничего страшного, все равно это нормальная микрофлора, размножение микрофлоры, вируса там уже нет. Даже температура остаточная может еще какое-то время держаться. Мы должны следить за положительной динамикой, гной становится реже, не такой выраженный, это значит, что ребенок идет на поправку. Такой кашель для окружающих точно не опасен.

А. Плещёва:

Хочется вернуться к вопросу питания и витаминов. Что мы можем сделать в осенний период, как максимально здесь проявить себя маме? Что интересного Вы нам можете рассказать?

А. Левадная:

Есть несколько исследований, которые отмечают взаимосвязь дефицита некоторых микроэлементов с более высокой частотой респираторных инфекций. В первую очередь, это железо, цинк, витамин Д. Некоторые исследования находят такую связь с фолатами, с витаминами группы В. Что здесь важно понимать? Бессмысленно ходить в Макдоналдс и давать ребенку дополнительные витамины. Иммунитет может улучшить только рациональное питание. Здоровый образ жизни, активный образ жизни, спорт и здоровое питание.

Все ждут от меня обычно: какие же витамины попить осенью? Если ребенок с хорошо сформированным пищевым интересом, Вы можете ему организовать нормальный рацион питания. Что такое нормальный рацион? Минимум одна треть – это свежие овощи и фрукты. Треть злаки, треть фрукты-овощи и треть белок. То ему будет достаточно витаминов. Многие исследования опровергли эту взаимосвязь и говорят, что только очень серьезный дефицит витаминов может приводить к реальным рискам респираторных инфекций. Здесь речь не в том, заболеем мы или не заболеем, а в том, как мы будем болеть, и реабилитируемся мы за 7 дней или за 2 недели.

Что касается понятия "иммунодефицит", то надо понимать, что большинство детей здоровы. Даже если они болеют 12 раз в год, то есть каждый месяц ребенок болеет, это норма, и ребенок здоров. Если он болеет не тяжело. Но если он болеет больше 2-4 раз в год тяжелыми инфекциями, например, пневмония у него была 3 раза, это повод обследоваться, пойти к иммунологу и искать какие-то иммунодефицитные состояния, первичные или вторичные. Но 12 раз в год дети имеют право болеть.

Бессмысленно ходить в Макдоналдс и давать ребенку дополнительные витамины. Иммунитет может улучшить только рациональное питание.

А. Плещёва:

На какие витамины следует обращать внимание? И хочется все-таки остановиться на витамине Д. Надо ли давать ребенку витамин Д, если он не совсем маленький? Потому что педиатры говорят принимать до года витамин Д, а потом как будто все забывают.

А. Левадная:

Витамин Д исследован лучше других. И сейчас много исследований, подтверждающих, что он сейчас нужен даже не просто подросшим детям, но и взрослым. Например, я принимаю витамин Д.

А. Плещёва:

У Вас какой уровень витамина Д в крови?

А. Левадная:

Не измеряла. Если мы полноценно питаемся, то есть как минимум 2 раза в неделю рыба, как естественный источник витамина Д, если мы пребываем на солнце, если у нас ультрафиолет есть хотя бы раз в год, то рутинный скрининг на витамин Д не проводится.

А. Плещёва:

Мы об этом не говорим, стоит достаточно дорого. Иногда я уговариваю своих пациентов принимать витамин Д.

А. Левадная:

Мамы многие принципиально не делают. Я говорю: давайте хотя бы проконтролируем, что все в норме. И они после этого получают низкий, 15-20, и уже начинают принимать.

Я читала, что в Европе есть экспресс-тест, который продается в аптеке, как измерение глюкозы. Скоро будет доступно измерение витамина Д.

Мое мнение, что его нужно принимать независимо от возраста. Вопрос дозировки. Дозировка после 2 лет, после 36 месяцев – тысяча международных единиц. Она немножко снижается: до 36 месяцев полторы, а потом уже тысяча. Но нужно корректировать относительно рациона, каких-то клинических проявлений. То есть здесь мы подходим индивидуально.

А. Плещёва:

Потому что, к сожалению, наше питание и питание наших детишек не европейское, не обогащено витамином Д, если не касаться детского питания. У нас осталось совсем чуть-чуть времени на йод. Сколько нужно в граммах и нужно ли вообще?

А. Левадная:

Это очень важный вопрос, очень болезненная тема. С экранов все же призывают давать йод, чтобы умненькие были. Мне пишут: «Я не даю, у меня дурачок что ли будет?» Россия сейчас не относится к дефицитной зоне по йоду, то есть она относится к зоне, где умеренный йод. Препараты йода профилактически мы не даем детям, только в тех зонах, где есть умеренный и тяжелый дефицит. Это надо смотреть по карте. Москва к таким не относится. В Москве обязательно надо покупать йодированную соль. Этого будет достаточно. Суши немножко решают эту проблему, потому что все едят морскую капусту, она тоже богата йодом. Но йодированная соль решит этот вопрос.

А. Плещёва:

Обращайте на это внимание, потому что у нас до сих пор не вся соль на прилавках йодированная.

А. Левадная:

Поэтому мы смотрим в магазине: одна синенькая упаковка, другая красненькая. Выбираем красненькую.

А. Плещёва:

Очень хочется чуть-чуть остановиться на социальной адаптации ребенка в детском саду. Какие советы? Как сделать рацион оптимальным, потому что ребенок привык дома вставать в это время, ложиться в это время, есть в это время. И когда нужно готовиться к детскому саду?

А. Левадная:

Сначала психологически, а потом про рацион. Честно говоря, в детском саду достаточно хороший режим. Можно всю жизнь жить по этому рациону. Но летом мы, конечно, сбиваемся. Все дети поздно просыпаются, поздно встают. Поэтому как минимум за несколько недель до начала детского сада нужно будить его раньше, укладывать раньше и стараться, чтобы дневной сон был примерно такой же, как в детском саду. Хотя бы в час ребенка укладывать. В большинстве случаев приемы пищи совпадают с приемами в саду. Можно узнать, в какое это время будет.

А. Плещёва:

Не все живут по режиму детского сада.

А. Левадная:

Известно, что ребенка надо укладывать до 8-30 до 9. У нас есть окно сна, когда уровень мелатонина – гормона сна максимально высокий, и в этот период лучше уложить ребенка для того, чтобы он полноценно провел ночь и смог проснуться уже к детскому садику.

А. Плещёва:

Секрет от Анны: как уложить в такое время ребенка?

А. Левадная:

Это большая тема. Нам не хватит эфирного времени. Расскажу про психологические аспекты. К сепарации, в большинстве случаев, сейчас не готовы в 3 года. Все-таки ближе к четырем они могут сепарироваться. Но, тем не менее, декрет у нас заканчивается в три. Что мы можем сделать? Проговаривать, максимально обнимать: я здесь, я тут, мы с тобой, мы на связи. Максимально усилить тактильный контакт в этот период. Прочитать книжку, купить книжку о том, как зайка идет в детский сад. Честно скажу, удобно не вести ребенка в детский сад с сентября, потому что в сентябре там все будут рыдать. Если у Вас есть возможность отвести ребенка в апреле или даже в октябре, это будет лучше. За месяц, примерно, все перестанут рыдать. Прямо первого сентября – это будет просто катастрофа.

Что еще можно сделать? Нужно постепенно приводить ребенка. Привели на полчаса. Надо найти контакт с воспитателем. Однозначно, нужно не агрессировать сразу.

А. Плещёва:

Подружиться с воспитателями.

А. Левадная:

Может быть, некоторые дети их отдирают от себя. Лично мне этот метод не нравится. Как делала я? Мы сидели сначала в коридоре, на коленочках у меня сидел ребенок. Потом ему становится любопытно, что это там все детки играют. Он встает у тебя с коленочек, идет туда. Я здесь, я на связи, я в коридоре, все хорошо. На 5 минут ушел, на 10 минут ушел. Потом мама говорит: ну вот, ты играешь, я пойду. И за 2 недели получается мягко адаптировать ребенка. Можно приводить на прогулку, если не разрешают в коридоре сидеть, очень часто в садиках не разрешают. Можно привести на прогулку, постоять за стеночкой, за оградкой, чтобы ребенок эту связь понял, потому что для детей когда мама исчезает из поля зрения, для них она исчезает совсем. То есть постепенно-постепенно адаптироваться, без жестких мер.

А. Плещёва:

И все будет хорошо. Спасибо, Анна, что были с нами. Я жду еще и еще. Наверное, в следующую тему надо охватить все-таки сон и мелатонин, потому что это очень важно. И самое ужасное, что проблем со сном очень много, хочется помочь. Поэтому жду. Спасибо большое, до новых встреч.

А. Левадная:

Спасибо большое.