Аутизм - диагноз или нарушение здорового питания?

Психиатрия

Тэги: 

Дмитрий Еделев:

Сегодня у нас в гостях интереснейший человек, доктор медицинских наук, профессор, Анатолий Викторович Скальный. Мы сегодня поговорим о такой важной теме, как аутизм, аутизм в детском возрасте. Как ставится диагноз, почему он возникает и можно ли при помощи питания, образа жизни как лечить это состояние, так и проводить профилактику, либо препятствовать его развитию.

Если можно, два слова о себе и затем мы перейдём к диалогу. 

Анатолий Скальный:

Я являюсь заведующим кафедрой медицинской патологии российской элементологии Российского университета дружбы народов, также я являюсь вице-президентом Института микроэлементов ЮНЕСКО, который располагается в городе Лионе во Франции. Как врач, занимаюсь приёмом пациентов, страдающих различными нервно-психическими расстройствами и некоторым другим заболеваниями, связанными с нарушениями обмена микро- и макроэлементов. В моей практике в последние годы стало больше встречаться детей, страдающих расстройством аутистического спектра. Я стал интересоваться этой проблематикой. Тем более, что я принимал участие когда-то, в молодости, в лечении и обследовании детей, страдающих различными нервно-психическими расстройствами, страдающими детским церебральным параличом, эпилепсией и другими заболеваниями, алкогольной эмбриофетопатией, её последствиями. Поэтому мне показалось интересным разобраться для себя и, возможно, найти что-то полезное для общества в таком вопросе, как лечение и профилактика аутизма.

К аутизму и микроэлементам особое отношение у публики, у родителей больных детей, у врачей, которые занимаются этой проблемой, просто у интересующихся людей. Одним из первых сообщений о влиянии на проявление аутизма было сообщение о связи аутизма с избыточным накоплением в организме такого токсичного металла, как ртуть. Строя различные гипотезы, учёные исследовали этот вопрос. Действительно, во многих случаях увидели, что в странах, в группах людей, которые употребляют больше ртути, при определённых условиях формируется среда для появления детей, которые чаще болеют аутизмом. Хотя, все не так однозначно.

На сегодняшний день известно, что эпидемия аутизма, в основном, поражает развитые страны. В Соединённых Штатах Америки считают, что чуть ли не 1 ребёнок на 47, на 45 детей страдает аутизмом, хотя, я думаю, что это гипердиагностика. Конечно, мы же лечим своих детей, а не американских, поэтому, мы за них отвечать не будем. Но таких детей становятся больше, а тема приобрела очень большое социальное звучание. Люди опасаются этого заболевания. Необычность и в поведении, некий микст, их называют «детьми дождя», или ещё какими-то вычурными вещами. С одной стороны, у этого ребёнка могут быть признаки особых способностей, с другой стороны, он может отставать в развитии, в том числе психическом. В общем, всё очень сложно. Поэтому придумали такой термин, мне кажется, специалисты-психиатры, как расстройство аутистического спектра, потому что их достаточно много. Я не буду вдаваться в вопросы диагностики, чтобы вырванные из контекста вещи не влияли на гипердиагностику аутизма. Иногда люди посмотрят: мой ребёнок замкнутый, наверное, он аутист. Примитивное отношение к этому вопросу есть.

Диагноз аутизм может ставить только врач-психиатр. Все остальные специалисты могут напутать, накрутить, навертеть и там, где не надо, найти болезнь, а где надо, её пропустить. К сожалению, у нас так сложилось, что к психиатру ребёнок попадает достаточно поздно, поэтому в большинстве случаев в России наблюдается следующая картина. В два года ребёнок не разговаривает или регресс в речевом развитии, говорят: ничего, подождём до трёх. В три года: давайте, попробуем к логопедам сходить. Теряется драгоценное время, когда можно вмешаться в процесс развития мозга.

Аутизм развивается, возникает потому, что происходит сбой в развитии очень чувствительного, нового органа, самого бурно развивающегося органа у современного человека. Если мы найдём механизм сбоя или хотя бы его звенья, то мы можем вмешаться в них и помочь в лечении заболеваний, и даже предупредить его, и даже вылечить. Сейчас очень популярно так называемое биомедицинское направление исследований аутизма, в лечении аутизма. Широко применяются различные и жирные кислоты, и витамин B12, его метаболиты, и микроэлементы, и детоксикационная терапия – всё правильно, всё даёт какой-то эффект, конечно. Но дело в том, что это не заменяет лечения психотропными препаратами, препаратами, которые назначает психиатр. К сожалению, наши пациенты часто боятся этих препаратов, не принимают их, решают сами, как поступать. Здесь, наверное, вопрос доверия между врачом и пациентом, очень деликатный вопрос, требующий пропаганды этих знаний. Вопрос, требующий проникновения в проблему не только через интернет, через какие-то источники, а, наверное, он требует повышения уровня образования наших врачей, чтобы врачи общей практики, педиатры могли увидеть подозрительного ребёнка, а врачи-неврологи и психиатры могли своевременно назначить лечение, хорошо разбираться в тонкостях этого заболевания. Но, поскольку мы говорим про питание, то я не буду останавливаться на других вопросах.

Мой шестилетний опыт работы с детьми, страдающих расстройством аутистического спектра, показывает следующее. Если мы выявляем отклонения в минеральном обмене, в обмене аминокислот, в обмене витаминов, непереносимость казеина или глютена, выявляем их до 3,5-4 лет, то, как правило, наше вмешательство очень успешное, заметное и врачам, и родителям, заметно и логопедам, и другим специалистам, которые работают с детьми. Если мы этот момент пропускаем, то после 4-5 лет обменных отклонений у детей уже меньше, но и состоялось, видимо, заболевание, патологии сформировалось. Тогда уже расшатать болезнь, вывести человека из новой для него нормы достаточно сложно, хотя можно.

Этими средствами можно лечить не только детей, но и взрослых. Всё можно, только, всё-таки, у меня сердце, как говорится, болит. Я сейчас с приёма, у меня был ребёнок, который страдает расстройством аутистического спектра. Чуть-чуть раньше бы, чуть-чуть бы раньше, хотя бы на год, хотя бы на полгода, это уже имеет большое значение. Потому что детский организм очень пластичный, мозг очень хорошо реагирует на своевременное лечение, причём, на достаточно примитивное. Или цинк назначаем, или препараты рыбьего жира, я не утрирую, просто говорю, витамины и, в общем -то, мы видим достаточно хорошую положительную динамику. 

Дмитрий Еделев:

Я помню, проводились большие исследования, в результате которых было отказано. Помните, раньше говорили «этилированный свинцом бензин»? Вот почему человечество отказалось. 

Анатолий Скальный:

При расстройствах аутистического спектра встречается также избыток свинца. Но, как Вы правильно заметили, производство этилированного бензина прекращено в стране в 2006-м году, и с тех пор мы детей с избытком свинца видим мало. Я сам лично участвовал в программе, ещё в комиссии Черномырдин – Гор, была такая комиссия, которая занималась изучением распространённости избытка свинца среди детей Российской Федерации. По данным именно этого исследования в 1990-х годах было принято решение, что надо сворачивать это производство, потому что было очень большое количество детей агрессивных, детей с нарушениями интеллекта, со снижением IQ, с нарушением памяти, анемии и другими расстройствами развития и поведения при воздействии тяжёлых металлов.

В принципе, любой тяжёлый металл, мы их перечислить можем много, чаще его избыток встретится у детей с расстройствами аутистического спектра, чем у такого же ребёнка, живущего в таких же условиях без этого заболевания. Всё-таки, на первом месте внимание приковано к ртути. Например, даже до того сейчас дошло, встал вопрос, что в Соединённых Штатах Америки беременным не рекомендуют употреблять много рыбы или вообще редко употреблять рыбу во время беременности, во время кормления грудью. Именно потому, что в рыбе, особенно в рыбе крупных видов, тунец, акула, меч-рыбы, в общем, крупные, долгоживущие рыбы аккумулируют большое количество ртути. По моей практике скажу, мне очень легко отвечать на этот вопрос, потому что у нас все пациенты проходят обследование, мы можем это увидеть: люди, которые употребляют крупную взрослую рыбу регулярно, чаще одного-двух раз в неделю, рыбу в ресторанах, имеют содержание ртути в волосах, может быть в моче и в крови. Чаще всего, конечно, волосах, накопление происходит в 2-3 раза выше, чем в среднем в популяции. Это показатель накопления ртути. Пескаря никто не ест в ресторане, барабулька – это, скорее, ассортимент кафе. Может быть, именно поэтому в странах, где пошла мода на употребление большого количества рыбы, в тех же Соединённых Штатах Америки, для снижения холестерина, для улучшения питания, отказ от мяса, переход на рыбу – может быть, он тоже отрицательно повлиял на частоту аутизма. Поэтому, во всяком случае, беременным и тем, кто готовится становиться матерью, надо быть аккуратными с рыбой, помнить о разумном количестве употребления рыбы людям в тех регионах, где рыбу потребляют относительно редко.

Второе, конечно же, ртуть, очень много мы об этом не говорим, появляется в результате неправильной утилизации продуктов горения мусоросжигательных заводов. Горение лесов, лесные пожары; сейчас это не только в России, но и в Калифорнии, где угодно, в разных странах, и в Греции, и Португалии. Эмиссия ртути из природных источников при пожарах, при различных выбросах, из техногенных источников достаточно большая. Я, как участник конгресса по ртути, есть Всемирный конгресс по изучению биологических эффектов ртути, хочу сказать, что это проблема, наверное, одна из самых важных. Один из способов избежать аутизма, это, конечно, следить за экологией.

Почему экология важна? Мы видим сейчас Челябинск, Красноярск, промышленные города, люди обеспокоены. Они обеспокоены правильно, потому что загрязнение окружающей среды может давать отрицательный эффект. Один из главных источников, путей поступления тяжёлых металлов – это продукты, поэтому надо следить за собой, следить за своим питанием. Продукты – это пищевая безопасность, это не только накормить страну, но и накормить страну качественно. Без пестицидов, гербицидов, без тех же тяжёлых металлов. Кстати, та же ртуть применяется при обработке зерна. Источников попадания ртути в организм, казалось бы, не много, но достаточно. В моей практике наблюдается прямая связь. Состоятельные люди употребляют много рыбы. Вроде бы, всё делают с хорошими намерениями, а могут иметь такое последствие. Значит, надо проверять рыбу, которая поступает на рынок. Это первый вопрос, чтобы до потребителя она не доходила с избытком ртути. Такая связь, всё-таки, имеется. 

Эмиссия ртути из природных источников при пожарах, из техногенных источников достаточно большая.

Дмитрий Еделев:

Анатолий Викторович, Вы переворачиваете вообще отношение к питанию, и здоровому питанию.

Мы коснулись ртути. Насколько хорошо ртуть усваивается организмом? Имеет ли она тенденцию к накоплению? Существуют ли механизмы выведения ртути из организма, либо можно за счёт правильного питания, чтобы ртуть попала в конкурентное взаимодействие с иными веществами, добиться того, чтобы она, если не меньше поступает, то быстрее выводится? 

Избыток ртути в организме можно компенсировать повышенным содержанием селена.

Анатолий Скальный:

Начну с самого конца, чтобы не упустить главное. Принята конвенция Минамата, которая говорит о том, что избыток ртути можно компенсировать повышенным содержанием селена, который поступает с пищевыми источниками. В дальневосточных странах, странах Юго-Восточной Азии люди очень много потребляют рыбы, у них повышенное содержание ртути. У нас есть филиал на Тайване, 60% точно людей имеют повышенное содержание ртути в волосах. Какой ртути? Метилртути в волосах, мы имеем именно ту опасную метилртуть, органически связанную. Но, на Тайване частота дефицита селена не более 5-7% в различных слоях населения. Мы провели огромное исследование в стране, элементный статус населения России изучали, пятитомник издали, атлас. У нас в стране от 20% до 40% в различных регионах. 5% и 20%-40%, очень большая разница.

Что ещё интереснее, мы издали на этот счёт несколько статей за рубежом. В издательстве Springer вышла книга с нашей огромной главой, как влияет соотношении селена и ртути на здоровье человека. Если содержание селена в регионе повышено, то в этом регионе содержание ртути у населения меньше. Всё-таки, антагонизм между этими элементами существует, поэтому не зря конгресс по ртути принял решение, конвенцию Минамата, что надо защищать население путём потребления продуктов, богатых селеном. Что это за продукты? Чёрный хлеб, чеснок, достаточно простые продукты, жиры, практически, любые. И животные жиры, и растительные. Чемпионами по содержанию селена являются некоторые простейшие растения, грибы, на первом месте бразильский орех. Очень многие орехи, кешью, кокосовые орехи. Если съедать один кокос в неделю, дефицита селена не будет. Из наших продуктов – чеснок, чёрный хлеб с отрубями, без вопросов. Чёрный хлеб, кусочек сала, чесночок, подсолнечное масло. Каждый может заменить на жир своей конфессии или своего отношения к жизни. Но, во всяком случае, тренд на снижение количества жиров тоже, может быть, и привел к тому, что во многих странах развивается дефицит селена.

Кстати, где дефицит селена распространён? Европа, северо-запад России, некоторое области центральной России, Оренбургская область, Забайкалье. Есть некие локусы, где селена встречается мало. А где селена много? Есть регионы, это Северный Кавказ, это Черноземье – в общем, можно и догадаться, что житница содержит много. Кроме того, селена много в Якутии, в Южной Якутии. Всё-таки, селен очень чётко завязан на геохимии. Это элемент, его у населения больше, если в среде его больше, в воде и так далее.

Следующий вопрос, где накапливается ртуть? Ртуть накапливается в почках и в центральной нервной системе, у нее два депо, в том-то и вся опасность. Идёт спор по поводу вакцинации и ртути – да, в вакцинах, действительно, есть соединения. Я хочу сказать, что нельзя говорить о суперпрямой связи, но ассоциации есть, статьи есть на эту тему. Во всяком случае, этот вопрос надо изучать. Но то, что там ртуть есть, это факт; не во всех, естественно, вакцинах, используется в качестве стабилизаторов, консерванта. Вопрос другой: как мы к этому относимся? Дело в том, что металлы могут вызывать не только прямое токсическое действие, но и по типу аллергии, когда вызывается некое повреждение.

Ещё вверну, у нас сейчас мода на курение проходит, я надеюсь, у нас люди стали жить здоровее. Так вот, одним из провоцирующих элементов, всё-таки, аутизм связан с токсикантами, которые чаще встречаются при аутизме. Не хочу сказать, что токсиканты вызывают аутизм. Аутизм – это нарушение развития, но тяжёлые металлы являются дизрапторами, они разрывают естественные метаболические пути, и поэтому вмешиваются в процессы. Если женщина курит шесть лет, кадмий, проницаемость, у ребёнка чаще будет гипоксия, кадмий легко проникает через плаценту и так далее. Это показано 100 раз, 1000 раз. Это лишние риски, моё мнение.

Есть же генетические воззрения, или не генетические, есть воззрения наши общие, что, если женщина в возрасте, то риск различных патологий у её ребёнка возрастает, в том числе и потому, что она больше принимала токсинов, лекарств. Не только потому, что женщина старше, есть женщины, которые умеют себя держать, ведут здоровый образ жизни, и это не мешает. Но, если прокалькулировать разные факторы, суммировать их вместе, сказать про кумуляцию, то да. Тяжёлые металлы, период полувыведения свинца из организма 8-10 лет, кадмия 25 лет. Попал – не выйдет, надо помогать. А помогать можно как? Вот программы, различные программы детокса. Была мода – я говорю «была», потому что научно эта мода отвергается – мода на хелирование. Хелирование - выведение тяжёлых металлов у детей с аутизмом. Она проходит, почему, потому что нет устойчивого эффекта. Да, выводятся тяжёлые металлы, кратковременный эффект хороший, а отдалённые эффекты не доказаны, ни у нас, ни в США. Я специально поднял литературу из различных источников, не видно. А мягкая защита, которая, как раз, через питание и происходит, с помощью обогащения рациона селеном, цинком, медью, марганцем, элементами, которые влияют на развитие нервной системы, которые критичны для развития нервной системы, и которые являются антагонистами тяжёлых металлов – это именно то, что нам нужно. 

Дмитрий Еделев:

Анатолий Викторович, подскажите, пожалуйста. Вы коснулись отказа от курения в период перед беременностью или беременности. Некоторые женщины, узнав, говорят: я отказалась от сигарет и перехожу на бездымные сигареты. Можно ли это делать?

Анатолий Скальный:

Я хочу сказать, что всё новое ещё недостаточно хорошо изучено. Именно по технологии изготовления этих сигарет можно сказать, что, может быть, это и не курение, но это тоже не безобидная вещь. Надо помнить не только о прямом токсическом влиянии никотина, но и о тех веществах, которые добавляются в эти изделия, как действует это изделие (в данном случае мы говорим «изделие»). Если ты слаб и не можешь себе отказать в удовольствии травить себя – вини себя, не медицину. Я занимался много лет алкогольным синдромом плода, есть такое заболевание. Вырастают детки, всё, потом почему-то не могут учиться, потом одно, другое. Оказалось, что синдром дефицита цинка и алкогольная эмбриофетопатия одинаково выглядят в дальнейшей жизни. Дети, которые подвергаются воздействию алкоголя, кадмия из-за того же курения (кадмий - антагонист цинка) – это дети очень часто с дефицитом цинка, которые хуже метаболизируют токсины, у которых хуже идёт развитие.

Я никак не могу понять, если люди ответственные, если они любят себя, если они любят своего партнёра, если они любят своё будущее, зачем они играют в рулетку? Я вот это понять не могу. Они знают, что проблемы будут и у тебя, и у ребёнка. Я беседую, всё, что я говорю перед публикой, Вы можете найти, открыть в PubMed, в ReSurge Guide, где угодно, найти наши публикации в хороших зарубежных журналах. В последнее время приходится печататься, в основном, за рубежом, потому что то, что мы печатаем в низкорейтинговых журналах, мало, кто читает. К сожалению, это не придает нам веса в научном мире, а пишешь то ты одинаково для любого журнала.

Мы проводим, участвуем в проведении огромного исследования 600 беременных женщин. Безвредные, неинвазивные исследования, чтобы посмотреть потом на дефицит или избыток элементов, есть ли он, и как он может отразиться на развитии. Так вот, факт опубликованный, показанный, доказанный, что женщины, которые не могут забеременеть естественным образом, отличаются от женщин, беременеющих естественным образом тем, что у них по 6 из 11 жизненно важных элементов дефициты. Накопление мышьяка, токсических веществ, ещё кое-чего. Мышьяк достоверно, остальных – тренды. Это говорит о чём? Что природой так устроено, я буду популярно объяснять, что, если есть неблагоприятная среда для будущего плода, то она препятствует зачатию. Мы это знаем, можно на эту тему говорить много. Я буду говорить одно: прегравидарная, то есть дородовая, до беременности подготовка женщин - чрезвычайно важная вещь.

Мы научились оплодотворять в пробирке, выращивать в кювезах с техническими всякими приспособлениями, вытягивать этих детей, но не научились кормить будущую маму и учить её самозащите, защите себя и своего будущего. Понимаете, какие расходы? Один ребёнок-аутист обходится бюджету США в 2,7 миллиона долларов только госрасходов, потому что ему нужна специальная учеба и т.д. Я говорю об аутистах, как о ярком примере, который привлекает внимание. Я говорю, вообще, о нервно-психической патологии, которая, конечно же, бывает чаще. Сейчас ко мне начали обращаться психологи, они говорят, что с детьми после ЭКО труднее работать. Я не могу сказать, что ужасная статистика, я так говорить не буду, она не моя. Я могу сказать о том, за что я отвечаю.

Я считаю, что мы упускаем простейшую вещь, чтобы остановить эпидемию аутизма и других заболеваний: накормите беременную или не беременную, даже до беременности, подготовьте маму прежде, чем заниматься экстракорпоральным оплодотворением. Накормите её правильно. Изучите её пищевой статус, научите её питаться правильно. Мы сейчас живём в отрыве от своих родителей, мы уезжаем в большие города, у нас нет общения, наши жёны не всегда могут иметь опыт для того, чтобы растить детей. Мы не имеем опыта, у нас нет времени, очень много издержек современного мира потом отражается на благополучии семьи и здоровье детей.

Есть дефицит цинка, меди, магния наиболее часто встречается у женщин, которые отличаются от таких же, с такими же диагнозами, с таким же состоянием, с таким же возрастом из другой, контрольной группы, которые, всё-таки, забеременели естественно. Они отличаются дефицитами. По сути, они голодные, у них микронутриентная недостаточность. С другой стороны, у них, я не назвал бы это интоксикацией, но перекос в сторону накопления токсикантов. Тут надо разбираться. Мышьяк откуда? Рис, вино, сигареты – извините, всё это известно, только признаться в этом каждый не хочет.

Мы все думаем, что можно купить здоровье, можно купить ребёнка, можно купить... Лучше бы покушать, понимаете, лучше бы разобраться, лучше бы индивидуально оценить свои недостатки, и тебе будет лучше и легче, и ребёнку будет проще, и семья будет крепче, и вообще, в стране будет лучше. Всем хорошо. То есть, мы возвращаемся к вопросу натурального ликбеза. Ликбеза, особенно, для будущих родителей, особенно для кормящих, особенно для беременных, как элемент культуры. Если страна северная, если есть дефициты, если город экологически загрязнённый – что, всё бросать? Это не выход, куда убежишь? Надо уметь адаптироваться к среде, а питание является одним из простых, доступных и относительно недорогих средств для того, чтобы быть здоровым. 

Питание является одним из простых, доступных и относительно недорогих средств, чтобы быть здоровым

Дмитрий Еделев:

Уважаемый Анатолий Викторович, есть помикроэлементное картирование нашей территории. Скажите, где лучше всего посмотреть, существует ли в публичном доступе это картирование, чтобы люди могли посмотреть, сказать: да, наша территория богата селеном, поэтому я буду есть наши местные яблочки, наш местный хлебушек, и мне не потребуется дополнительная селенизация. Либо: моя провинция бедная, поэтому я должен добавить этот микроэлемент, по возможности, обследоваться. 

Анатолий Скальный:

К сожалению, то, что было издано, как всегда, умные книжки издаются маленькими тиражами. Считают, что это не для всех. Но я думаю, что в следующем году мы приступим к переизданию, тем более, прошло уже достаточное количество лет, накоплено больше данных.

Но я могу привести в пример финнов, у которых есть дефицит селена. Они стали закупать продукты, пшеницу в регионах, где избыток селена. В США, кстати, гиперселеноз, практически, весь запад, житница США, вся с избытком селена. У нас есть регионы, где есть избыток селена. Они стали закупать продукты, вносить микроудобрения в почву и выпускать препараты, БАДы с селеном, препараты селена для людей, которые в группе риска или после 40 лет. Как поступают наши братья-китайцы? В провинции Хубэй есть уезд Эньши. Уезд Эньши, это уезд, где селенотоксикоз, слишком много селена, поэтому чай из Эньши содержит в 10 раз больше селена. Китайцы что делают? Они направляют чай в регионы, где есть дефицит селена – в Маньчжурию, в Сиань, в другие регионы. У них очень много селенодефицитных и селеноизбыточных регионов, они распределяют эти продукты внутри страны, это раз. Травы, чай – какая тебе разница, купил чай тот и другой, чай, как чай. Но в том чае в 10, в 20 раз больше селена.

У нас в стране, что, нет таких регионов? Конечно, есть! Мы говорим, что должна быть информация программа, приложение, надо это продумать. В принципе, я могу создать приложение для смартфона: смотрите, как у Вас в регионе, что можно подобрать, какие есть производители. Это очень интересно, тянет на хорошую межрегиональную программу. Это просто, это доступно. Конечно, моя высшая цель, которую я бы хотел сделать, паспортизировать продукты на территориях страны. Это не так дорого, при современном развитии, это не так сложно ни логистически, ни технически. Не просто, но не невозможно, не в космос летать. Чтобы мы знали пользу от продуктов или вред. Очень много тяжёлых металлов поступает к нам из загрязнённых территорий. Я думаю, что в ближайшие 10-20 лет мы должны сделать паспортизацию основных продуктов, особенно для контингентов, беременных женщин, для тех, для кого это особенно опасно, группы риска.

Второе, это ввести, может быть, локальные губернские программы, республиканские, которые направлены на развитие таких отраслей. Как китайцы, которые стимулируют развитие производства продукции из провинций, где много селена, для всего Китая. Разумно. У нас есть такие территории с избытками, мы их знаем, значит, надо там работать с местными властями, получить поддержку губернаторов, руководителей. Конечно, это им нужно, они же будут производить, они будут экспортировать. Так что, я думаю, что мы недооцениваем питание. Мы за счёт питания можем превентировать, предупредить, профилактировать очень многие заболевания, увеличивать силу нашего населения. Управлять этим процессом через регуляторные механизмы – это задача, конечно, государства. Но, грамотный потребитель подтолкнет государство к правильной регуляции. Поэтому, мы должны образовывать людей, образовывать специалистов, и таким образом не допускать появления таких заболеваний, как аутизм. Я думаю, что намного меньше должно стать детей с этими проблемами, если мы устраним дефекты, которые способствуют развитию этих заболеваний. 

Дмитрий Еделев:

Есть определённые микроэлементы, которые жизненно необходимы для развития мозга. Давайте, коснёмся необходимых микроэлементов в питании мамы, чтобы мозг ребёнка развивался нормально, и, всё-таки, уйти от риска, уменьшить риск развития будущего аутизма. Если можно, немножко о витаминах, которые необходимо получать для развития мозга. 

Анатолий Скальный:

Я бы сказал не аутизм, а нервно-психическое развитие детей. Из макроэлементов, это магний, из микроэлементов, это железо, цинк, медь, марганец, селен. Из витаминов, это B12, фолиевая кислота, несколько аминокислот; в общем-то, зависит от характера питания. Не так уж и много, если разобраться, веществ должны быть обязательно в рационе ребёнка, чтобы в десятки раз, я не побоюсь сказать этого слова, уменьшить пресс негативных воздействий. Не только металлы, есть же и органические загрязнители. С другой стороны, конечно, надо сделать так, чтобы в организм людей поступало как можно меньше токсикантов с пищевыми продуктами, с атмосферным воздухом, с питьевой водой. История успешных стран, где продолжительность жизни выше, это история стран, где мало дефицитов, мало интоксикаций. Поэтому, я думаю, нам тоже надо пройти этот путь, в основном, через культуру. У нас очень мало людей, если взять все население, по сравнению с Западом, по сравнению со многими странами Азии. Мало обращают внимания на культуру питания, на особенности питания, на натуральные способы лечения и так далее. Во Франции аптека – это гомеопатия, это ароматерапия, это травы, это всевозможные витамины, микроэлементы, в первую очередь. За антибиотиком пойди, выпиши у врача, постой в очереди, и так далее, прежде, чем ты получишь тяжёлую артиллерию. Почему-то они живут дольше, хотя доступ к тяжелым лекарствам у них затруднён. Я считаю, что правильный подход населения и понимание важности вопроса органического питания, экологического питания, наверное, играет значительную роль в увеличении продолжительности жизни, производительности труда, в улучшении состояния населения в целом. 

Присутствие в рационе ребёнка обязательных микроэлементов в десятки раз снижает пресс негативных воздействий.

Дмитрий Еделев:

Мы с Вами коснулись периода, когда ребёнок ещё не родился. Но, рождается ребёнок, микроэлементы, доставшиеся от мамы, у него постепенно исчезают, уходят. Что порекомендуете, какие нужны продукты питания, какие вещества, чтобы ребёнок вовремя начал говорить, хорошо общаться со своими сверстниками, был социален. 

Анатолий Скальный:

Все жизненно важные микронутриенты и макаронутриенты. Например, при том же аутизме, если возвращаться к теме, проблема не только в том, что когда-то что-то было, а проблема в том, что при аутизме у ребёнка уменьшается спектр потребляемой пищи. Очень часто у детей с аутизмом непереносимость многих продуктов, они не могут их употреблять, они сужают свой рацион. Большинство из них страдают расстройствами со стороны желудочно-кишечного тракта, запорами так далее. Кстати, даже если ребёнок заболел, можно с этим справиться, особенно, я говорю, если возраст до 3,5-4 лет. Эти все, казалось бы, простые вещи, конечно, в сочетании, если нужно, с терапией, которую назначают психиатры, неврологи – почему нет? Нельзя относиться средневеково к вещам, надо доверять врачам; врачи должны любить своих пациентов, пациенты должны любить своих врачей. Но я говорю, как раз, по поводу питания. Мы это недавно это обобщили, и выйдет статья, мы уже получили эти результаты. Мы видим, что у очень многих пациентов начинается уменьшение проявлений расстройства аутистического спектра. Оно сочетается с нормализацией стула, с улучшением банальных показателей крови, с улучшением сна у ребенка, с большей его концентрацией внимания. Он становится более управляемый, ему больше нравится контактировать. Всё начинается с банальных вещей – со стула, с аппетита, с видимых, осязаемых вещей, пищевых поведений, других видов поведения. Ребёнок меняется, хотя он принимал только препараты микроэлементов, витаминов и более ничего. 

Дмитрий Еделев:

Лекарства должны сочетаться с поступлением микроэлементов, витаминов, биологически активных веществ, аминокислот. 

Анатолий Скальный:

Конечно, одно другое не заменяет, но одно без другого не обходится. Если мы стимулируем какую-то функцию, а она поддерживается, например, цинком, как катализатором, а цинка нет, то что мы стимулируем, что мы получим? 

Дмитрий Еделев:

Лекарство как входит, так и выходит. 

Анатолий Скальный:

Оно будет малоэффективным, эффективность снижается. Наоборот, некоторые препараты мы назначаем и снижаем эффективность лекарств. В этом надо разбираться.

В общем, я чем бы хотел подытожить. Конечно, в XXI-м веке техника достигла таких возможностей, что персонализация питания и лечения стала возможной и доступной. Поскольку человек не сильно меняется в течение жизни, то можно создавать и корректировать свой пищевой паспорт, придерживаясь его, избежать очень многих проблем – и у себя, и у своего потомства, в том числе, и с нервно-психическими заболеваниями. 

Дмитрий Еделев:

Спасибо большое, уважаемый Анатолий Викторович!

У нас в эфире был Анатолий Викторович Скальный, доктор медицинских наук, профессор и, наверное, самый большой специалист в стране по микроэлементам и нутриентам. Спасибо большое!