Компрессионно-ишемические поражения периферических нервов верхних конечностей

Нейрохирургия

Тэги: 

Сергей Ильялов:

Программа «Нейрохирургия с доктором Ильяловым». У нас сегодня в гостях врач-нейрохирург Федяков Артём Григорьевич, кандидат медицинских наук, работающий в нейрохирургическом отделении № 19Б городской клинической больницы имени С.П. Боткина города Москвы.

Тема, которую мы сегодня обозначили для нашей беседы, звучит, наверное, несколько непривычно для слуха не только радиослушателей, но даже многих специалистов. Речь пойдёт о компрессионно-ишемических поражениях периферических нервов. В частности, мы будем говорить про верхние конечности. Расскажите, пожалуйста, о том, что такое периферическая нервная система? 

Артем Федяков:

Периферическая нервная система, это часть нервной системы человека, которая связывает внутренние органы, мышцы, кожу с центральной нервной системой. Это фрагменты нервной ткани, которые передают импульсы в двух направлениях: к центральной нервной системе и, в конечном итоге, к головному мозгу, и к органам, которые осуществляют движение или дают нам ощущение, обеспечивают нам чувствительность. Таким образом, это особые проводники, которые являются связующим звеном нашего организма с основой, с головным мозгом. 

Сергей Ильялов:

По сути, мы можем говорить о том, что периферическая нервная система формируется либо от уровня спинного мозга, если мы говорим про двигательные нервы, либо, наоборот, на периферическом уровне от кожи, ткани, костей и так далее. Далее нервные стволы идут по направлению к спинному мозгу. 

Артем Федяков:

Анатомически нерв представляет собой упорядоченную структуру из волокон, которые и приносят информацию, и дают информацию, например, к мышцам. В одном нервном стволе содержатся некие проводники, они разные. Но, тем не менее, нерв, как единое целое, осуществляет сразу несколько функций – как двигательную, так и чувствительную, вегетативную. Это основные функции периферической нервной системы. 

Сергей Ильялов:

Скажем заранее несколько слов о, так называемой, вегетативной нервной системе. Что это такое?

Артем Федяков:

Вегетативная нервная система относится также к части периферической нервной системы. Это волокна, которые именно регулируют функцию внутренних органов, дыхания, сердцебиения, работу желудочно-кишечного тракта, мочеполовой системы и так далее. Но эта система автономна, сознательно руководить вегетативной нервной системой невозможно. Те нервы, о которых бы я хотел рассказать, именно передают сознательную информацию от головного мозга к органам тела. Именно благодаря периферическим нервным системам возможно создание произведений живописи, искусства, танец, как моменты выдающихся тонких движений, научных трудов в их выражении, может быть, автомобили, изобретения и так далее. По сути, мозг – это генератор информации, а периферические нервы, о которых хочу поговорить сегодня, это структуры, которые переносят эту информацию к тем частям тела, которые способны исполнить её.

Сергей Ильялов:

Исполнить команды, которые выдаёт, формирует головной мозг. 

Артем Федяков:

Да, рождаются в головном мозге. Вообще, само понятие информации тоже очень интересно, хотелось бы немного об этом рассказать. Головной мозг уникален в том, что он может генерировать информацию, которой никогда не было раньше. Это можно назвать ноу-хау, инсайт или ещё что-то. Можно сделать открытие, или головной мозг может посетить какая-то идея, которой не было раньше. Это уникальность. Любая информация, это физическая величина, она имеет определённую энергию. Соответственно, и массу. Проводником этой энергии от уровня идей в воплощение в материальном мире, как раз, является периферическая нервная система. 

Информация имеет энергию и массу, это физическая величина. Её проводником является периферическая нервная система. 

Сергей Ильялов:

Какие виды патологий чаще всего поражают периферические нервные нервы, с чем Вы имеете дело в своей практике?

Артем Федяков:

Заболеваний и поражений периферической нервной системы очень большое количество. Ярким примером, можно сказать, является знаменитый учёный, популяризатор науки, Стивен Хокинг, выдающийся физик, который до сих пор продолжает писать научные работы, исследования и научно-популярные произведения. Этот человек лишён функций периферической нервной системы, у него особое заболевание. Но у него безупречно работает головной мозг. Так уж получилось, это, конечно, исключение из правил, у него есть специальное устройство именно для передачи своей информация из головного мозга во внешний мир. Это редкое заболевание, это, конечно, исключительный случай.

Мы же поговорим о поражениях, которые препятствуют передаче информации от головного мозга и остановимся именно на тех заболеваниях, которые требуют хирургического вмешательства. Потому что среди множества, я ещё раз повторюсь, различных видов поражений периферических нервов есть очень большое количество патологий, для которых показано именно хирургическое вмешательство. К ним относятся, так называемые, компрессионные ишемические поражения, тема нашего сегодняшнего разговора; посттравматические, когда нерв разрезается, повреждается, происходит его ушиб, размозжение и так далее, то есть при влиянии механического фактора с высокой энергией; и опухоли периферических нервов. Это наиболее частые поражения периферических нервов, которые требуют хирургической коррекции, хирургического вмешательства. 

Сергей Ильялов:

Из того, что Вы перечислили, с опухолями, вроде, понятно, травма – тоже понятно, может быть и в результате ДТП, и в результате бытовой совершенно травмы, чаще всего нервы повреждаются разбитым стеклом, как известно. Что такое компрессионно-ишемические нейропатии? 

Артем Федяков:

Компрессионно-ишемические нейропатии, это синдромы, которые характеризуются постепенным хроническим сдавлением нерва. В названии содержится суть этого синдрома. Слово “компрессия” означает сдавление. Периферический нерв попадает в неблагоприятную ситуацию, при которой он сдавливается, то есть компримируется. Второе слово, «ишемические», означает недостаток крови или кислорода. Соответственно, в связи с хроническим воздействием путём сдавления в нерве происходят патологические изменения, которые заканчиваются нарушением его функции. Наглядный пример – палец, если его передавить, он посинеет. Примерно то же самое происходит с нервом, только мы его не видим, потому что он под кожей. 

Сергей Ильялов:

Как часто встречается такая патология, насколько она актуальна?

Артем Федяков:

Частота этой патологии крайне велика. Считается, что на острые травмы приходится порядка 54 % случаев повреждения нервов. 42 % из них и есть компрессионно-ишемические. 

Сергей Ильялов:

Какие причины приводят к компрессионно-ишемическим нейропатиям? Это хронические причины или остро возникшие? 

Артем Федяков:

Компрессионно-ишемические поражения выделены в отдельные нозологические группы. Это самостоятельное заболевание, как и любое другое. Конечно, наиболее часто они могут встречаться при сопутствующей патологии, например, артрозах, при сахарном диабете, при ортопедических проблемах и так далее. Но, зачастую, эти заболевания возникают сами по себе. Это генетически обусловленное строение организма, когда нерв располагается в неудачном пространстве. Генетически в данном конкретном организме так сложилось его устройство, что пространство, где располагается нерв, становится узким. С возрастом происходит изменение окружающих тканей, то есть связки, сухожилия, которые окружают нерв, утолщаются, там откладывается кальций, откладывается дополнительная соединительная ткань. Постепенно эти структуры начинают давить на нерв, приводя к нарушению его функции. 

Сергей Ильялов:

Когда мы говорим о возрастных изменениях, складывается некий такой образ бабушки или дедушки. Но, насколько я понимаю, компрессионно-ишемические нейропатии актуальны в значительно более молодом возрасте. В среднем, может быть. Какие причины непосредственно приводят к тому, что изначальные анатомические особенности людей реализуются в виде синдрома компрессионной ишемической нейропатии? 

Артем Федяков:

Наиболее частой, так скажем, доказанной причиной, которая является дополнительной предпосылкой к развитию этих синдромов, являются особые виды труда. Например, для синдромов рук. Это напряжение рук или невыгодное их положение во время работы. Зачастую, не всегда это бывает. При синдроме карпального канала, когда поражаются кисти рук, основной пик заболевания приходится на 40-60 лет, не такие уж пожилые люди. Это средний возраст, именно, это трудоспособный возраст. Поэтому, ещё раз оговорюсь, это генетически обусловленные вещи. Очень часто бывает у мам, потом у дочерей, например, или у сыновей и их пап. 

Сергей Ильялов:

Можем ли мы говорить о наследуемом характере подобной нейропатии? 

Артем Федяков:

Мы можем говорить о предрасположенности. Если есть предрасположенность, то она может выстрелить, а может, и нет. Если дополнительные неблагоприятные факторы, как нагрузки, артрозы, диабет присоединяются у человека, у которого уже есть анатомическая предрасположенность, то есть узкие каналы, где эти нервы проходят, то, вероятнее всего, у него с возрастом возникнет. 

Сергей Ильялов:

Мы все те или иные физические нагрузки даём, многие из нас активно занимаются спортом, в любом возрасте. Какие виды нагрузок являются фактором риска для развития подобного рода нейропатий? Приведите несколько наиболее показательных примеров. 

Артем Федяков:

Наверное, строители, если брать мужские строительные профессии. Синдромы называют по профессии, например, синдром пианиста, синдром доярки, также у водителей, которые привыкли класть локоть на дверцу, достаточно даже такого положения для возникновения. Когда интересуешься у пациентов, чем они занимались, что может провоцировать, он даже не может вспомнить. «Кем Вы работаете, чем занимаетесь?» – «Я работаю на компьютере». У него даже нет физической нагрузки. «Как Вы заметили, что у Вас немеет мизинец? Как Вы заметили начало своего заболевания?» – «Я заметил, что я кладу локоть просто на стол, и со временем это положение стало невыгодным, у меня появились неприятные ощущения». Достаточно даже хронического положения локтя на столе, чтобы у людей, у кого есть эта предрасположенность, возникли проблемы. 

Сергей Ильялов:

Фактически, мы можем говорить о том, что фактором риска в развитии подобных нейропатий являются даже не столько физические нагрузки, сколько привычное положение верхних конечностей, фиксированное положение, характерное для пианистов, для доярок, для программистов, предположим, и так далее. Люди этих профессий в группе риска. 

Артем Федяков:

В группе риска, даже и учителя, которые поднимают руки для того, чтобы писать на доске. В нашей практике было несколько учителей, у которых уже потом была затруднённость поднимать руку из-за возникающего онемения и болевого синдрома. 

Сергей Ильялов:

Как часто встречается, именно в клинической практике? Мы все работаем с компьютерами, многие из нас кладут локоть на дверцу автомобиля во время езды или на подлокотник, это, в общем, рутинные вещи. Но не все из нас обращаются с такого рода патологией. Вы говорили о том, что это 40 % от всех видов повреждений периферических нервов. Вообще, в популяции, среди людей как часто встречается? 

Артем Федяков:

Такая статистика больше представлена именно для отдельных заболеваний. Сегодня мы говорим о двух видах наиболее часто встречающихся туннельных синдромов, то есть компрессионно-ишемических. Это карпальный синдром и кубитальный канал. Карпальный синдром, хотелось бы сейчас поподробнее остановиться, это поражение срединного нерва в области запястья, то есть сгиба, где начинается ладонь, между ладонью и предплечьем. По свежим иностранным литературным данным считается, что каждый один человек из пяти ощущает покалывание, онемение, чувство мурашек или какой-то дискомфорт в ладонной поверхности пальцев. Если этому человеку сделать электромиографию или его посмотрит невролог, знающий это заболевание, выявятся начальные признаки этого заболевания. 

Сергей Ильялов:

То есть 20 % популяции людей так или иначе могут испытывать симптомы, связанные с компрессией нервов. Не все требуют, безусловно, хирургического лечения, но встречается очень часто. 

Артем Федяков:

Если же говорить о статистике по населению, то это 276 случаев на 100.000. В пересчёте на население Москвы, возьмём 12 миллионов, получится, что ежегодно это заболевание образуется у 33 000 человек. Конечно, не все 33 тысячи человек, людей должны оперироваться, но начальные признаки образуются. Конечно, какая-то часть из тех, у кого сформировалось заболевание, требует хирургического лечения. 

Сергей Ильялов:

Давайте, перейдём к основным клиническим проявлениям, чтобы непосредственно поговорить о заявленной теме. Какие клинические проявления чаще всего встречаются, что должно людей насторожить в плане того, что у них не всё благополучно?

Артем Федяков:

Самыми ранимыми волокнами являются, всё-таки, чувствительные, чувствительная порция периферических нервов. При синдроме карпального канала присутствует чувство онемения именно ладонной поверхности, там, где ладошка, большого пальца и трёх следующих пальцев, и сама ладонь. То есть чувство онемения. Нужно отметить, что при этом синдроме человеку кажется не только, что он хуже чувствует, ему эти ощущения ещё становятся неприятными. То есть это гиперестезия, гиперпатия. Касаясь чего-то, он как будто ощущает, что его что-то покалывает или колет. Это самые первые признаки, которые уже могут насторожить. Эти симптомы могут увеличиваться при работе, например, при выжимании белья или развешивании штор, когда руки находятся наверху. Поэтому, чувствительные нарушения являются самой первой вешкой для свидетельства о неблагополучии нерва. Другое дело, что, конечно, множество людей просто не обращают на это внимание, с этим можно прекрасно жить. Причём, симптомы не постоянные, они приходят и уходят, и человек к ним привыкает. 

Сергей Ильялов:

Фактически, человек игнорирует симптомы в силу того, что они как легко возникают, так и незаметно проходят в определённом положении руки, при определённой нагрузке. Когда человек с подобными симптомами, всё-таки, должен обратиться к врачу, на какой стадии? Со всеми мурашками в руках к врачу не пойдёшь. 

Артем Федяков:

Основным симптомом, мимо которого нельзя пройти для карпального канала, является боль. Очень жуткая боль, называется каузалгическая, есть медицинское понятие, которое говорит о жгучем, изнуряющем характере боли. Пациенты описывают, что будто руку опустили в кипяток, ошпарили кипятком, и при этом пальцы колет, пальцы раздуваются. Опять же, боль локализована на ладонной поверхности большого и трёх последующих пальцев и становится хронической. Часто она возникает в ночное и утреннее время. Это классическая ситуация. Пациента спрашиваешь: когда? Под утро и на ночь. Пациенты уже знают, что у них будет бессонная ночь, они пытаются выспаться днём, потому что симптомы снижаются, и готовятся к бессонной ночи. 

Сергей Ильялов:

Правильно ли я понимаю, что каузалгическая боль – уже серьёзный симптом, который требует обращения к врачу? 

Артем Федяков:

Конечно. Даже периодически возникающие боли по ночам, именно такого характера, однозначно уже повод для обращения к доктору, чтобы понять причину боли. Дело в том, что при прогрессировании этого синдрома происходит третья стадия, когда происходит усыхание мышц ладони. Ладонь имеет две группы мышц; та, что у большого пальца, называется тенар, а та, что у мизинца – гипотенар. Для синдрома карпального канала, для срединного нерва свойственна гипотрофия, то есть усыхание, уменьшение в размерах именно тенара, основания большого пальца. Человек тоже этого не может сам заметить, но, когда смотришь профессиональным взглядом, уже начальные признаки видно. Когда проявляется, присоединяется уже поражение мышечной порции, это считается уже третьей стадией, заключительной, этого синдрома. 

Карпальный синдром без лечения может привести к усыханию мышц ладони.

Сергей Ильялов:

Какие ещё проявления компрессионно-ишемического поражения срединного нерва Вы могли бы упомянуть, на которые человек должен обратить внимание? 

Артем Федяков:

Этот нерв содержит большое количество вегетативных волокон. Собственно, такой болевой синдром из-за, так называемых, вегетативных проявлений. Пальцы рук начинают очень сильно мёрзнуть даже летом, они становятся либо сухие, либо, наоборот, влажные. Возвращаюсь ещё к характеру болевого синдрома. Очень часто пациенты надевают перчатки, обматывают руки шарфами, привязывают горячие бутылки или грелки. Можно было бы сказать, что вместо обращения к врачу пациенты занимаются самолечением. Но, зачастую, эти пациенты уже были у врачей. Это, к сожалению, не редкость. Выдвигаются разные гипотезы: и остеохондроз, и что это Ваше ревматологическое заболевание, и что это просто возраст. Пациент иногда остаётся один на один со своей проблемой, с этой болью, что, зачастую, они уже стенозируются, возникает астено-невротический синдром. 

Сергей Ильялов:

Итак, подытожим. Основным проявлением синдрома карпального канала являются чувствительные нарушения, это онемение и, так называемые, парестезии в виде покалывания или чувства ползания мурашек в ладонной поверхности поражённой кисти. Это каузалгические боли, мучительные, жгучие, которые преимущественно развиваются утром. Это атрофия, или уменьшение мышечной массы в области тенара. Последнее, на что пациенты могут, наверное, обратить внимание, это повышенная склонность к ощущению, мерзнут руки не по погоде. Фактически, данный набор симптомов должен сложиться в достаточно ясную картину о том, что непорядок с периферическим нервами.

О чем речь идёт, когда мы говорим о поражении локтевого нерва, о каких симптомах? 

Артем Федяков:

Локтевой нерв занимает второе место по поражению. Если пересчитать на Москву, то только хирургические случаи, не общие заболевания, должно осуществляться 2500 хирургических случаев в год. Огромное количество. Эта цифра взята из американских данных по изучению синдрома кубитального канала. Они отмечают, что за последнее время хирургическая активность по поводу лечения этого синдрома у них увеличилась на 47 %.

Что представляет собой синдром кубитального канала? Это поражение локтевого нерва, его сжатие, компрессия в области локтевого сустава. Этот синдром очень коварен, потому что он, в основном, проявляется лишь чувствительными нарушениями. Возникает онемение в области мизинца и половинки безымянного пальца, который прилежит к мизинцу. Собственно, и всё. Чувство онемения чаще так же по утрам, днём оно уменьшается. Часто люди думают, что, может быть, они, когда спят, руки неправильно кладут или положение шеи не то.

Симптом онемения особо не мешает качеству жизни человека, сопутствует его жизни. Он так же работает, выполняет все физические нагрузки и т.д., ведёт привычный образ жизни, только с онемением, много лет. Проблема в том, что подспудно происходит атрофия мышц кисти. Локтевой нерв иннервирует, даёт иннервацию всем мышцам кисти, кроме тенара, который управляется срединным нервом. Это мышцы возвышения мизинца, мышцы между пястными костями, откуда пальцы растут, пястья. Очень характерный симптом – образуется провал в первом промежутке между большим пальцем и указательным, но на тыле ладони. Немеет мизинец, а мышечный провал, который очень часто видно, образуется именно на тыльной стороне. Ещё раз повторюсь, это состояние, когда мышца усыхает, в конечном итоге, приводит к контрактуре, которая называется «когтистая лапа». Это тяжёлое состояние, когда мужчины, например, не могут побриться, женщины не могут вязать, шить, даже пуговицы застегнуть. В этом коварство симптома: только онемение, боли, как правило, нет, либо совершенно умеренная. 

Синдром кубитального канала, поражения локтевого нерва коварен отсутствием боли.

Сергей Ильялов:

Что самое интересное, я думаю, что многие из наших слушателей в жизни хотя бы раз сталкивались с симптомом поражения локтевого нерва при неудачном ударе конечностью о тупой предмет. При этом в кисти возникает резкое чувство онемения, покалывания. Оно, как раз, и говорит о поражении локтевого нерва. 

Артем Федяков:

Только без болевого синдрома, здесь этот нюанс. Когда его острое поражение – боль чувствуется, а когда происходит подспудно, хронически, длительное время, болевой синдром не возникает. Но, первым, именно ведущим симптомом является чувство онемения. 

Сергей Ильялов:

Локтевой нерв в проекции локтевого сустава лежит достаточно поверхностно. За счёт привычного, фиксированного положения рук и формируется его постепенное компрессионно-ишемическое поражение. 

Артем Федяков:

Да, одна из анатомических предпосылок для формирования этого синдрома. В метро или в автобусе, когда люди держится за поручни, можно увидеть, что у некоторых есть провалы в первом промежутке. У них уже запущенный синдром локтевого нерва. 

Сергей Ильялов:

Интересное замечание. Я думаю, что часть наших слушателей, наверное, будет обращать внимание на своих соседей по метро. 

Артем Федяков:

Или у родственников они замечают: папа или мама, что это у тебя с рукой, почему здесь, как они говорят, дырка, провал. 

Сергей Ильялов:

По большому счёту, мы говорим о достаточно простых симптомах. Специалисты, в первую очередь, неврологи должны эти симптомы уметь связать в единое целое и диагностировать только на основании клинической картины. С чем связана недостаточная диагностика на раннем этапе?

Артем Федяков:

Тема патологии периферических нервов не так широко освещена, как многие другие. Второй момент, сами пациенты об этом очень мало знают. Тема не освещена не только среди докторов первичного звена, неврологов в поликлиниках, травматологов, к которым они обращаются, сами люди в этом мало, кто знает. 

Сергей Ильялов:

Пациенты мало обращают на это внимания, не придают значения и достаточно редко обращаются к первичным специалистам. Только те, для кого уже, действительно, имеет влияние на качество жизни, только те доходят до докторов. 

Артем Федяков:

Да, и нужно отметить, что не так много существует учреждений в рамках городского здравоохранения, где выполняются, например, хирургические вмешательства. 

Сергей Ильялов:

Но прежде, чем пациент «созреет» до хирургического вмешательства, он должен пройти, наверное, ещё целый ряд этапов, в первую очередь, диагностических, с тем, чтобы так или иначе подтвердить предположения на основе клинических симптомов. О каких объективных методах диагностики мы могли бы говорить в первую очередь?

Артем Федяков:

Ваше замечание абсолютно верно. Если мы говорим о возможной хирургии, здесь должно быть всё, как в математике, как в цифрах. Чтобы подтвердить диагноз объективно, нужно сделать два обследования. Первое обследование называется электронейромиография. Данное обследование показывает, как нервный импульс проходит по нерву. Если импульс где-то задерживается или снижается, значит, это место поражено. Нам говорят в цифрах снижение количества импульса, и двигательного могут сказать, и чувствительного. 

Сергей Ильялов:

К кому должен обратиться пациент с тем, чтобы получить результат такого обследования? Первый шаг пациента. 

Артем Федяков:

Этим занимаются доктора, которые называются функциональными диагностами. Пациент может, самостоятельно проявив своё желание, обратиться к этому специалисту или быть направлен неврологом, либо другим доктором, который заподозрил это заболевание. 

Сергей Ильялов:

Все ли врачи функциональной диагностики владеют подобного рода методиками электромиографии, электронейрографии и т.д.?

Артем Федяков:

Нет, это отдельная специальность, которая так и называется, электронейромиография. Это не такая большая редкость по Москве, и вообще, поликлиниках. 

Сергей Ильялов:

Это обследование оплачивается по системе ОМС?

Артем Федяков:

Там, где она существует, да. 

Сергей Ильялов:

Сколько в Москве диагностических центров, оснащённых подобным оборудованием?

Артем Федяков:

Я не готов ответить на этот вопрос. 

Сергей Ильялов:

Понятно. Но в клинической больнице имени Боткина, в которой Вы работаете, подобные возможности присутствуют? 

Артем Федяков:

Как ни парадоксально, но сейчас, пока в настоящее время у нас возможности данной диагностики нет. Считается, что к нам пациенты должны прийти уже обследованными, уже непосредственно к узкому специалисту, к хирургу, который на основании имеющихся обследований принимает решение о хирургии. Вот такая преемственность от простого к сложному. 

Сергей Ильялов:

Кто к Вам непосредственно направляет подобных пациентов? Наверное, консультативно-диагностическая поликлиника при самой больнице? Откуда ещё приходят?

Артем Федяков:

Эти пациенты поступают к нам из поликлиник от разных специальностей. Чаще неврологи, могут и травматологи-ортопеды к нам направлять, и ревматологии. 

Сергей Ильялов:

Может пациент напрямую обратиться к Вам в больницу, в Ваше отделение?

Артем Федяков:

Напрямую он сможет обратиться в нашу поликлинику. Там есть определённая сортировка, он может быть направлен в наше отделение получить консультацию по данному вопросу. 

Сергей Ильялов:

Артём Григорьевич, говоря о хирургических методах лечения подобных нейропатий, мы имеем в виду уже запущенные случаи. В чём заключается суть подобных операций?

Артем Федяков:

Сущность всех этих операций заключается в освобождении нерва от того блока, в котором он страдает. В случае карпального синдрома это рассечение карпальной связки, нерв освобождается. В случае кубитального канала это рассечение крыши кубитального канала, или мембраны Осборна. Это ещё одно анатомическое образование, которое может оказывать тонированную компрессию, это уже хирургические нюансы. Операция имеет задачу не только осуществить клинический эффект, уменьшить онемение или снять болевой синдром. После операции при карпальном канале болевой синдром, буквально, в первые сутки снижается, и человек высыпается. 

Сергей Ильялов:

Каузалгические мучительные боли, мучившие пациента длительное время, проходят в первые сутки после операции. Это высокоэффективный метод лечения. 

Артем Федяков:

Да, пациенты очень рады на утреннем обходе говорить о ночи, которую они провели после операции. Здесь нужно понимать ещё один момент. Если нерв сжат этой связкой, то операция несёт и профилактическое значение, чтобы усыхание мышц или нарастание чувствительных нарушений и других симптомов, о которых мы говорили, не прогрессировали. Принципиально, когда эти симптомы уже возникли, способа освободить нервов от его сжатия, кроме хирургического, по своей сути, нет. 

Сергей Ильялов:

Как не доводить до операции? Предположим, пациент ощущает те или иные симптомы в тех или иных проявлениях, первые симптомы. Может быть, даже ещё и симптомов нет вообще. Какие методы профилактики возникновения подобных нейропатий существуют с тем, чтобы не попасть на операционный стол? 

Артем Федяков:

Действительно, это может быть осуществлено, если пациент обращается с первичными изменениями. Конечно, не всех мы оперируем, а проводим следующую методику в плане стандартизации действий с этим пациентом. Пациент приходит с умеренными нарушением по данным электромиографии. Невролог или мы назначаем ему курс консервативной терапии. Это комплексная терапия, сосудистые препараты, витамины группы B, метаболические препараты, лечебная гимнастика, массаж, исключение патологических, вредных факторов, которые могут воздействовать на данный нерв. Пациент, прислушиваясь к нашим рекомендациям, пролечивается и делается контроль электромиографии через полтора-два месяца. Если показатели становится лучше, значит, человек проходит эти курсы. Если показатели становятся хуже, он кандидат на хирургическое лечение. 

Сергей Ильялов:

Суть консервативного метода лечения заключается в том, что путем использования тех или иных лекарственных препаратов мы восстанавливаем проводимость по нервам, улучшаем его функциональное состояние, кровоток в нём. Этого может быть достаточно для того, чтобы избавить пациента от симптомов, с которыми он обратился. Если этого лечения недостаточно, и симптоматика прогрессирует, то такой пациент – кандидат на хирургическое лечение. 

Всё-таки, я хотел бы вернуться к вопросу о профилактике. Что бы Вы могли порекомендовать нашим слушателям, какими методами пользоваться? Может быть, гимнастика особенная, может быть, будут другие методы профилактики. Как вообще избежать появления таких нейропатий или снизить риск, скажем так? 

Артем Федяков:

К сожалению, это навряд ли возможно, потому что уже человек родился анатомически предрасположенным к заболеванию. У него каналы, где проходят нервы, они уже узки. 

Сергей Ильялов:

Надо ли так понимать, что рано или поздно это обязательно разовьется в подобную нейропатию? Или разумным режимом, разумными упражнениями и прочими методами профилактики можно избежать? 

Артем Федяков:

Я думаю, что профилактикой этих заболеваний является то, что мы называем здоровый образ жизни. Умеренная физическая активность, избегание микротравм и, самое главное, сидячего образа жизни. Не только спина страдает от того, что человек сидит, но и локти, запястья и т.д. Выполнять гимнастику, контрастный душ, прогулки по вечерам, иметь хорошее настроение. 

Сергей Ильялов:

Замечательные совершенно советы. В заключение передачи я бы хотел подвести некоторый итог. Мы говорили сегодня о компрессионно-ишемических нейропатиях, которые могут встречаться до 20 % от всех поражений периферических нервов, даже чаще. Мы говорили об основных предрасполагающих факторах к развитию подобных нейропатий. Мы достаточно подробно остановились на клинических симптомах, которые подразумевают под собой, в первую очередь, нарушение чувствительности в виде онемения, парестезий, покалывания, болевой синдром является характерным для поражения срединного нерва, вегетативные нарушения и так далее. Мы говорили, в целом, о методах диагностики и лечения.

Что бы ещё Вы хотели добавить для наших слушателей? Может быть, рекомендации по раннему обращению, рекомендации по профилактике, о чём мы не успели сказать. 

Артем Федяков:

Я бы хотел порекомендовать людям, которые, когда испытывают первые признаки любого заболевания, не только нейропатии, а любых заболеваний или непорядка в организме, всё-таки, обращаться за медицинской помощью, а не просто не обращать внимания на эти симптомы, продолжая свою жизнь в угоду работе, семье и прочему. Если человек заболеет, то работать становится намного сложнее. Это касается как нашей темы, полинейропатии, так и других всех заболеваний. Если чувствуете, непорядок в организме, лучше обратитесь к докторам, они разберутся, так это или нет. 

Сергей Ильялов:

Артём Григорьевич, спасибо огромное Вам за то, что пришли, подняли сегодня такую необычную, на самом деле, тему даже среди нейрохирургов!  

Артем Федяков:

Спасибо!