МРТ/КТ диагностика в практике семейного врача

Медицинские технологии

Тэги: 

Евгений Ликунов:

Еженедельная передача «Семейная медицина с доктором Ликуновым». Сегодня у нас в гостях специалисты по МРТ/КТ диагностике. Это Елена Фрайтер – главный врач МРТ24, Ирина Савченко – заместитель коммерческого директора МРТ24. Уважаемые коллеги, почему пришла эра МРТ/КТ диагностики в медицине? Елена, расскажите, пожалуйста, у Вас компания МРТ24, Вы давно уже на рынке, какие основные медицинские показания, с чем люди приходят на диагностику?

Елена Фрайтер:

Сама проблема диагностики стояла очень давно, потому что раньше была только рентгенография. А это метод, позволяющий получить суммирующее изображение организма человека и, например, не визуализировать мягкие ткани. КТ и МРТ – это два метода, взаимодополняющих друг друга, которые позволяют диагностировать большинство заболеваний, начиная от головного мозга и заканчивая мелкими суставами стопы. Просто это абсолютно 2 разных метода: в каких-то ситуациях предпочтительно делать КТ, в каких-то ситуациях предпочтительно использовать магнитно-резонансную томографию.

Евгений Ликунов:

Это очень важный момент для клиники, для врачей, для пациентов. В каких моментах нужно делать только КТ?

Елена Фрайтер:

О сути метода. Если компьютерная томография несет лучевую нагрузку на организм, то метод МРТ является практически безопасным, потому что там для диагностики используются радиоволны. Если в компьютерной томографии используется рассеянность рентгеновских лучей, которые регистрируются детекторами и выводится в виде черно-белой картинки, то в МРТ – это магнитное поле, в которое попадает организм человека. И, собственно, наши атомы водорода реагируют на это магнитное поле, на импульсы, которые подаются, меняют некоторую направленность и также испускают сигнал. Этот сигнал ловится катушками, математически обрабатывается и выводится в виде черно-серо-белой картинки.

Если компьютерная томография несет лучевую нагрузку на организм, то метод МРТ является практически безопасным, потому что там для диагностики используются радиоволны.

Какие же показания к КТ, а какие к МРТ? В чем вообще различия, помимо того, что КТ несет лучевую нагрузку, а МРТ не несет. КТ – довольно быстрый метод. Сейчас мультиспиральная компьютерная томография позволяет просканировать весь организм человека буквально за секунду. А в МРТ – это все-таки минимум 20 минут, потому что это основано на том, что получаются разные методы, основанные на мерном подавлении сигнала от жидкости – это один режим, на подавление сигнала от жира – основные наши ткани – это другой режим. Соответственно, разные плоскости сканирования. Поэтому и время увеличивается. Но в МРТ, например, намного выше дифференцировка мягких тканей. То есть мягкие ткани более детально видно при МРТ. Соответственно, головной мозг – это все-таки больше метод выбора МРТ. Но если речь идет о пациентах в бессознательном состоянии, о неотложной медицине или о пациенте, у которого есть проблемы с дыханием, то это, конечно, метод КТ. Если уже потом что-то выявляется на компьютерной томографии, например, при исследовании головного мозга, то потом, когда человек уже получит необходимую помощь, и необходимо будет его дообследование, можно уже дообследовать на МРТ.

Так же, например, легкие. Легкие обследуются на компьютерной томографии, так как содержат большое количество воздуха, мало атомов водорода, которые могут в магнитном поле реагировать. Плюс, что необходимо в МРТ? Как мы сказали, что это магнитное поле, наши же атомы, которые получили сигнал, отдают сигнал, нам необходимо не двигаться. Соответственно, легкие – это область, где находится сердце, которое активно двигается. Легкие сами по себе двигаются, это тоже накладывает сложность диагностики.

При определении травм – это тоже все-таки метод выбора КТ. Это некая ургентная медицина: выявление переломов, поле травмы – это тоже метод КТ. Все остальное: выявление хрящевых структур, оценка мягких тканей, брюшная полость, малый таз – это все метод выбора МРТ. Но, например, в брюшной полости что КТ, что МРТ имеют свои показания. Если необходимо выявить камни в желчном пузыре, они отлично выявляются на КТ – быстро просканировали, выявили. Если уже какие-то более детальные изменения, например, выявление рака прямой кишки, необходимо оценить инвазию в окружающую среду, структуры, ткани, здесь нам больше поможет метод МРТ с контрастированием, когда можно оценить, есть ли рядышком увеличение лимфоузлов, есть ли прорастание в окружающие ткани, метод МРТ нам больше поможет, нежели КТ. То есть это два взаимодополняющих методов.

Евгений Ликунов:

Ирина, к Вам вопрос. В МРТ24, если взять статистику, делается больше КТ-исследований или МРТ-исследований, или примерно в одинаковом диапазоне?

Ирина Савченко:

КТ-исследование мы начали проводить в МРТ-компании года 2 назад. Сейчас МРТ более предпочтительный метод неургентного обследования.

Елена Фрайтер:

Это связано с тем, что больше томографов МРТ. Причем мы стараемся охватить всю аудиторию, начиная от детишек и заканчивая клаустрофобами, потому что в МРТ есть такое понятие, как низкопольные томографы, высокопольные томографы. Мы проводим МРТ для клаустрофобов и детей, которые категорически не хотят лежать неподвижно, есть какие-то страхи, под седацией.

Мы проводим МРТ для клаустрофобов и детей, которые категорически не хотят лежать неподвижно, есть какие-то страхи, под седацией.

Евгений Ликунов:

А для детей до года?

Елена Фрайтер:

Детей до года мы стараемся брать только в том случае, когда есть возможность мамы постоять рядышком, ребеночек спит, покушал, можно провести МРТ. Но редко обращаются родители с детишками до года. Они обычно обращаются в специализированные стационарные клиники, где есть на всякий случай реанимация. Тем более, если требуется МРТ, это не просто так. Просто так здорового ребенка не поведут на МРТ. Скорее всего, это какая-то тяжелая патология. Поэтому они зачастую обращаются в стационары, специализированные клиники. Но у нас очень большое количество обращений детишек уже после года, где есть отставание в развитии, задержка, где есть гиперактивность, и очень часто неврологи отправляют на МРТ головного мозга для выявления аномалий развития. Как раз МРТ является методом выбора для выявления таких аномалий. Например, при эпилепсии очень часто ищут причину, это является метод выбора МРТ. Именно дети, начиная от 2-3 лет, когда начинают выявлять какие-то отставания в развитии, и до 7 лет – это основной контингент детишек, которых к нам направляют.

Евгений Ликунов:

Ирина, вот человек шел-шел, упал, подозрение на перелом. Что нужно делать? Все-таки рентген или МРТ?

Ирина Савченко:

КТ надо сделать.

Евгений Ликунов:

Получается, сейчас в острых ситуациях лучше сделать КТ на раннюю травму. А если уже спорные ситуации в онкологиях, опухолях, разных нейроэндокринных заболеваниях ЦНС лучше сделать МРТ? Вот такой клинический вопрос мне часто задают пациенты: болит спина. Пациенту 45 лет, что ему делать, куда обращаться? Просто сделать МРТ поясницы?

Елена Фрайтер:

Могут быть очень много вариантов, почему она возникла. Самые известные боли – это межпозвонковая грыжа, это может быть поясница, грудной отдел. Надо, во-первых, выяснить, была травма или не было, то есть могут быть и компрессионные переломы, опухоли спинного мозга или находящиеся в позвоночном канале, вне самого спинного мозга, так называемые, интрадуральные опухоли. Это могут быть сосудистые мальформации, такие, которые редко выявляются, скрытые, и их может выявить только МРТ. Наверное, стоит сначала сходить на прием к неврологу.

Евгений Ликунов:

Начинать нужно с узкого специалиста или терапевта?

Елена Фрайтер:

Да. Конечно же, сейчас очень много у нас грамотных людей, которые знают об этих методиках. И иногда они сами решают, какую область они хотят исследовать, и приходят сами на МРТ для того, чтобы исключить какие-то вещи. Всем известны наши медиаличности, у которых были выявлены опухоли головного мозга. Сейчас людям страшно от этих диагнозов, и очень многие идут на МРТ головного мозга, чтобы такие вещи исключить. Так же и с болью в спине – для того, чтобы исключить какую-либо патологию.

Ирина Савченко:

Что касается головного мозга, тут нужно обязательно прийти на прием к специалисту, так как очень много режимов сканирования головного мозга: сосудистые, контрастные, бесконтрастные. Это определяет только специалист, потому что Вы можете сделать исследование, которое будет попросту не информативно.

Евгений Ликунов:

То есть пациент не может знать нюансов МРТ-диагностики, и для этого доктор после осмотра должен подсказать, в каком режиме нужно работать?

Елена Фрайтер:

Конечно же, узкий специалист сможет по клинике предположить какая проблема: сосудистая, проблема с венозными синусами головного мозга, может быть проблема с сосудами шеи, может быть это вообще межпозвонковая грыжа в области шейного отдела позвоночника. Поэтому мы стараемся вводить для диагностики наших пациентов комплекс услуг для того, чтобы они могли сразу после основного пройти обследование всех областей, которые могут стать причиной их патологии, чтобы уже достоверно выявить, а не каждый раз приходить и снова делать новое исследование. Но, конечно, узкие специалисты посоветуют, какую область лучше сделать и в каком объеме.

Мы стараемся вводить для диагностики наших пациентов комплекс услуг для того, чтобы они могли сразу после основного пройти обследование всех областей, которые могут стать причиной их патологии, чтобы уже достоверно выявить, а не каждый раз приходить и снова делать новое исследование.

Евгений Ликунов:

Последние лет 10 есть такое веяние – МРТ всего организма. Можете прокомментировать?

Елена Фрайтер:

МРТ всего организма, на самом деле, двоякая вещь, потому что есть МРТ всего организма, которое действительно можно пройти за 40 минут. Сканируется в томографе все тело человека, но очень толстыми срезами в определенных режимах. Мы чаще всего предлагаем такое сканирование на онкопоиск пациенту, у которого уже первично была выявлена какая-то опухоль в какой-то области. И необходимо найти, есть или нет вторичное поражение в организме. Соответственно, мы делаем это толстыми срезами, видим какую-то подозрительную область, ее дообследуем. Либо наоборот, пациенту делали поясничный отдел позвоночника и выявили метастазы в телах позвонков. Нужно найти первичный очаг. Например, для мужчин это чаще всего предстательная железа. Но сейчас есть МРТ всего тела, которое проводится в течение порядка 6 часов. Там уже более конкретно мы предлагаем пациентам проводить у нас время в центре. Чаще всего, это ночью, чтобы пациент мог поспать, тогда уже более детально обследуются сосуды, головной мозг, позвоночник, брюшная полость, малый таз, суставы.

Ирина Савченко:

И какая толщина срезов в таком исследовании?

Елена Фрайтер:

В таком исследовании толщина срезов от 3 до 5 миллиметров.

Евгений Ликунов:

Очень важный вопрос в плане оборудования, в плане аппарата МРТ. Есть 1,5-тесловые аппараты, есть с большим разрешением. Поподробнее прокомментируйте, пожалуйста.

Елена Фрайтер:

Это к тому вопросу, что есть низкопольные, высокопольные томографы. Как раз высокопольный томограф – это томограф, мощность магнитного поля которого не менее 1 Тесла. Вот на таких аппаратах чаще всего обследуют детей и клаустрофобов, и, наверное, еще беременных женщин, потому что они по параметрам не могут пройти исследования на высокопольных томографах. Это так называемые томографы открытого типа. Они ограничивают пространство только сверху и снизу. Томографы, которые от 1 Тесла и выше, считаются высокопольными томографами и имеют некую трубу, которая ограничивает со всех сторон, а открытые пространства только с двух концов этой трубы.

1,5 Тесла и 3 Тесла сейчас очень распространены. Вообще золотым стандартом являются томографы в 1,5 Тесла, потому что они имеют хорошее соотношение сигнал-шум, получают довольно хорошее качество отображаемых томограмм и позволяют выявить любую патологию. 3 Тесла, конечно, больше используют в научных целях, потому что там есть небольшая специфика: если происходят какие-то изменения параметров, то резко сдвигается отношение сигнал-шум, и картинки очень сильно искажаются. Тут необходимы хорошие специалисты, которые могли бы все эти вещи контролировать, и, наверное, не требуется такой аппарат 3 Тесла для выявления патологий, 1,5 Тесла достаточно. В научных целях надо использовать 3 Тесла, может быть, набирать какие-то статистические исследования.

Евгений Ликунов:

При редких заболеваниях?

Елена Фрайтер:

На самом деле, на 1,5 Тесла все заболевания можно выявить. Зачастую даже приходят пациенты, которым выявляешь такие заболевания, которые буквально в последние десятилетия имели место быть, такие как синдром CLIPPERS, поражение моста головного мозга. Когда такие пациенты приходят, это очень интересно. Мы стараемся такие случаи рассказывать, доносить до наших направляющих врачей, чтобы они могли тоже это знать.

Евгений Ликунов:

Вот такой клинический случай: человек кашляет, у него есть подозрение на пневмонию или туберкулез. Что нужно сделать: рентгенограмму или КТ?

Елена Фрайтер:

КТ. Лично мое мнение такое, что когда есть проблема с легкими, то прямой метод обследования – это компьютерная томография, потому что она не суммирована, как на обычной рентгенографии выявляют, мы видим тени, которые накладываются друг на друга. Мы видим послойные срезы легких и можем достоверно выявить и пневмонию, и туберкулез. Если пациенты сами решат проходить компьютерную томографию, то не надо пользоваться ею очень часто, потому что она все-таки несет лучевую нагрузку. Если это действительно необходимо, то можно проходить столько раз, сколько нужно. Если это все-таки свое решение, что я кашляю каждый раз, каждый месяц я буду ходить на КТ, это, конечно, сомнительно.

Когда есть проблема с легкими, то прямой метод обследования – это компьютерная томография.

Евгений Ликунов:

Что касается ЛОР-патологии: подозрение на гайморит, на какие-то образования носоглотки, в пазухах. КТ – достаточно достоверно?

Елена Фрайтер:

В этой ситуации КТ и МРТ являются взаимодополняющими методами. Почему? Расскажу. Потому что тканевая дифференцировка МРТ гораздо выше и позволяет достаточно достоверно отличить полипы, кисты, когда есть опухоли, просто разрастание слизистой. А на КТ очень хорошо оцениваются все ходы, все именно костные комплексы. Тут не мешает множество мелкотканных структур. И вот инвазия, костная структура очень хорошо оценивается на компьютерной томографии. Поэтому смотря что хочет выяснить отоларинголог. Если это патология височных костей и среднего уха, то это компьютерная томография, которая позволяет выявить аномалии слуховых косточек и достоверно оценить, есть ли разрушение костных тканей, например, в височных костях при подозрении на мастоидит. Если вопрос стоит просто оценить размеры кисты и структуру кисты в верхнечелюстной пазухе носа, тут достаточно МРТ, на КТ можно не отправлять.

Евгений Ликунов:

Ирина, разница в цене между компьютерной томограммой и МРТ ощутимая?

Ирина Савченко:

Несмотря на то, что магнитно-резонансная томография – наиболее сложный метод исследования и используется на более дорогостоящей аппаратуре, на данный момент цена не существенно различается на компьютерную томографию и на МРТ. Надо здесь тоже учесть вопрос сколько срезовый томограф используется. Вот в этом случае разница может быть значительная. Мы говорили, что КТ – это послойный рентген. Соответственно, если это 8 срезов, считайте, что это всего 8 плоскостей. В Москве можно найти и 128-срезовые томографы.

Елена Фрайтер:

И даже 512-срезовые томографы.

Ирина Савченко:

Будут примерно одинаковые с МРТ.

Евгений Ликунов:

Такой клинический случай: частые головные боли, что делать?

Елена Фрайтер:

В нашей компании существует даже комплекс обследований, который называется цефалгический синдром. Туда входит обычное МРТ головного мозга для того, чтобы оценить структуру вещества головного мозга на предмет выявления аномалий развития, различных сосудистых мальформаций, опухоли могут быть, демиелинизирующие заболевания, дисциркуляторная энцефалопатия. Также проводится магнитно-резонансная ангиография артерий головного мозга, венозных синусов головного мозга. Проводится МРТ шейного отдела позвоночника на предмет выявления межпозвонковых грыж, обследуются сосуды шеи. То есть комплексный подход, чтобы действительно со всех сторон можно было эту головную боль разобрать.

Евгений Ликунов:

Вопрос к Вам, Елена. У пациента прихватило спину, он не может разогнуться, не может доехать. Можно ли в МРТ24 комплексно помочь этому пациенту и как?

Елена Фрайтер:

У нас не только МРТ24, в нашем холдинге есть клиника «Сесиль», в которой могут обезболить. Если у пациента есть желание пройти диагностику, мы можем обезболить, тогда он может спокойно, в удобном положении пройти обследование, диагностику и выявить причину этой боли.

Евгений Ликунов:

А как доставить пациента?

Елена Фрайтер:

Если возникает такая ситуация, то мы можем организовать доставку пациента. Просто бывают разные случаи, когда родственники сами настаивают на том, чтобы привести в удобное для них время. Конечно же, мы для таких пациентов можем выделить окно, потому что это неотложное состояние, когда необходимо выявление причин. Тогда мы выделяем некое окно для того, чтобы пациенты могли пройти обследование. Если необходимо, даже можем выделить транспорт и доставить. У нас были такие случаи, когда наши специалисты ездили за пациентами, привозили их в центр, они проходили обследование, так же мы их доставляли обратно.

Евгений Ликунов:

Я понимаю, что кроме диагностических методов есть еще клинические методы, когда компания МРТ24 в условиях стационара может сделать полный цикл для пациента?

Елена Фрайтер:

В условиях стационара нет. Это редкий случай, когда это требуется.

Евгений Ликунов:

Ургентный?

Елена Фрайтер:

Да, это не так широко распространено, что каждый пациент звонит и говорит: «Приезжайте за мной, пожалуйста, заберите меня». Это действительно какие-то ургентные случаи. Когда к нам обращаются за такой помощью, мы можем найти специалистов, мы можем помочь, но стационара у нас нет.

Евгений Ликунов:

Ирина, Вы не планируете в своей компании какие-то дополнительные, кроме МРТ и КТ, исследования? Лучевая терапия, позитронно-эмиссионная томография?

Ирина Савченко:

Нет, пока в нашей МРТ24 такое не планируется.

Евгений Ликунов:

У меня часто приходят такие пациенты, которые считают, что если раз в год делать МРТ головы с контрастом, то они таким образом снизят риск рака опухоли головы. Так ли это в плане облучения?

Елена Фрайтер:

В плане снизить риск – это тоже вопрос относительный. Что значит снизить риск? Если у человека заложена эта генетическая мутация, то сколько бы раз в году он не проходил МРТ с контрастированием головного мозга, он все равно от этого никуда не уйдет. Единственное, он может проконтролировать и на ранней стадии выявить это заболевание.

Если у человека заложена эта генетическая мутация, то сколько бы раз в году он не проходил МРТ с контрастированием головного мозга, он все равно от этого никуда не уйдет. Единственное, он может проконтролировать и на ранней стадии выявить это заболевание.

Что касается МРТ, это является практически безопасным методом, потому что просто магнитное поле, там нет никакой лучевой нагрузки на организм. Что касается контрастирования, если сравнивать контрастированное МРТ и КТ, то этот контраст в МРТ является одним из самых безопасных, потому что он не содержит аллергенных веществ. Все равно любое контрастное вещество является чужеродным для нашего организма, некий вред оно несет. Но, как говорится, из всех зол мы выбираем меньшее. Все контрастные препараты в МРТ, основанные на гадолиний содержащих веществ, – это парамагнетик, который необходим для того, чтобы накапливаться в определенной патологической зоне и повышать сигнал в определенном режиме. Никакого вреда это нести не будет, если он будет проходить МРТ головного мозга раз в год с контрастом, это даже будет лучше только в том случае, что человек не уйдет от риска, но он сможет своевременно выявить, чтобы ему своевременно назначили адекватную терапию на ранней стадии, а не приводящей к тому, когда уже придет вторичное поражение организма. В Москве люди очень грамотные, все знают МРТ, КТ, и все приходят, все обследуются. А вот это проблема периферии. Просто у нас есть один центр в городе Пушкино, и там пациенты с нормой не приходят. Приходят обычно пациенты, которые выжидали, у которых уже клиника просто налицо. И у них уже надо подтвердить диагноз, они приходят к нам на МРТ и у них уже выявление на более поздних стадиях.

Евгений Ликунов:

Это связано с недостатком аппаратов для диагностики в регионах или с безграмотностью?

Елена Фрайтер:

Связано и с недостатком аппаратов, и с недостатком квалифицированного персонала, и с недостатком финансовых средств. Все это вкупе, потому что в наших государственных структурах, в поликлиниках сейчас очень массово стали ставить томографы, но не всегда там есть квалифицированный персонал. Если даже есть квалифицированный персонал, очереди там очень большие, люди записываются за месяц. А если у человека ситуация срочная, конечно же, он пойдет в частную медицину, а не в государственную.

Евгений Ликунов:

То есть здесь моменты больше технические и финансовые, чем медицинские особенности России?

Елена Фрайтер:

Да

Евгений Ликунов:

Как Вы думаете, в будущем будет какая-то модернизация, апгрейды КТ и МРТ диагностики, новое оборудование?

Елена Фрайтер:

Конечно, я могу сказать даже больше: у нас постоянно совершенствуется аппаратура. Всем известно, что МРТ – это очень шумный метод. И сейчас появляются такие программы, такие режимы, которые практически бесшумны, что намного облегчает прохождение этого обследования. Потому что если у пациента болит голова, ему тяжело пролежать с шумом, даже если используются наушники с музыкой. Для детей появились такие режимы, которые уменьшают артефакты от движения. Если ребенок даже немного двигается, эти артефакты не мешают.

Что касается МКТ: что такое срезы? Срезы – это количество детекторов, которые тоже двигаются, воспринимают рассеянность рентгеновского излучения. Чем их больше, тем быстрее скорость прохождения исследования, соответственно, времени меньше и выше качество. И, например, сейчас наблюдают даже некоторые физиологические процессы, насколько быстро они проходят на 512-срезовом компьютерном томографе. Медицина шагает вперед, технологии медицинские шагают вперед и позволяют все более мелкие детали при патологии, какие-то физиологические процессы видеть уже с помощью оборудования.

Всем известно, что МРТ – это очень шумный метод. И сейчас появляются такие программы, такие режимы, которые практически бесшумны, что намного облегчает прохождение этого обследования.

Евгений Ликунов:

В медицине есть понятие диагностической манипуляции под контролем УЗИ. Есть ли такое понятие в КТ, МРТ?

Елена Фрайтер:

Да, конечно. Например, такие терапевтические процедуры, как удаление опухоли с помощью излучения под контролем компьютерной терапии и магнитно-резонансной томографии. В наших центрах проводится такое обследование, как навигация, которая позволяет в дальнейшем врачу-радиологу на основании исследования построить сетку и найти точное место локализации опухоли, куда будет «бить» это излучение. Действительно, такие методы существуют.

Евгений Ликунов:

Это ближе к гамма-ножу, нейрохирургам, нейрорадиологам?

Ирина Савченко:

И к онкологам. Под КТ контролем делают пункции новообразований.

Евгений Ликунов:

Насколько увеличивается диагностическая ценность МРТ, если вводится контраст?

Елена Фрайтер:

Контраст – это такая палочка-выручалочка в тех случаях, например, что касается опухолей головного мозга. Зачастую опухоль – это не просто узел, который видно, а это включает в себя как саму опухоль, которая может диффузно расти, включает отек головного мозга, и отличить, насколько действительно большой узел позволяет контрастирование. То есть накоплением контраста является непосредственно та область, которая содержит опухолевые клетки, а отек не копит контраст в головном мозге. Также при выявлении онкологии в другой любой области позволяет оценить распространенность процесса на окружающую структуру. То есть везде, где клетки опухоли проникли, там контраст будет накапливаться. Это будет очень хорошо видно.

Например, что касается предстательной железы. Очень хорошо контраст помогает выявлять очаги раннего накопления, контрастные препараты помогают выявить именно очаг аденокарциномы. Бывают случаи, что при демиелинизирующих заболеваний помогает выявить активность процесса, потому что известно, что очаги в острой стадии, в активной стадии накапливают контраст. Очаги в хронической стадии не накапливают контраст. Мы можем выявить с помощью введения контрастного препарата активность процесса.

Также контрастный препарат очень хорошо помогает нам в динамических наблюдениях. Когда есть какие-то изменения, мы можем оценить до и после с помощью введения контрастного препарата. Бывают случаи, когда какие-то мелкие изменения, это касательно метастазов. Мелкие метастазы можно легко пропустить, которые только начинают расти и порядка двух миллиметров. Но они обязательно накопят контрастный препарат, и мы их выявим.

Мелкие метастазы можно легко пропустить, которые только начинают расти и порядка двух миллиметров. Но они обязательно накопят контрастный препарат, и мы их выявим.

Ирина Савченко:

Расскажите, пожалуйста, про динамическое контрастирование, когда оно нужно и что это такое?

Елена Фрайтер:

Существует в МРТ три вида контрастирования: срочное, динамическое и обычное контрастирование. Обычное контрастирование, когда провели нативное обследование без контраста, ввели контраст и еще раз просканировали. Отсроченное необходимо для демиелинизирующих заболеваний, потому что известно, что очаги демиелинизации накапливают контраст от 20 до 40 минут после введения контрастного препарата. Динамическое необходимо тогда, когда в норме уже ткань копит контраст. А у нас не копит контраст в норме только головной мозг, потому что у нас гематоэнцефалический барьер. Все остальные структуры, такие как гипофиз, который тоже находится в области черепной коробки головного мозга, но он вынесен за гематоэнцефалический барьер. Брюшная полость – все органы копят контраст. Малый таз – все органы копят контраст. Так вот, динамическое контрастирование, когда непосредственно во время сканирования через катетер контрастный препарат попадает в организм, и мы видим в определенной фазе, в артериальной венозной паренхиматозно, как зона патологических изменений накапливает контраст. Именно это позволяет нам дифференцировать, например, в печени обычную кисту от гемангиомы, от фокальной узловой гиперплазии, потому что они все по-разному накапливают контраст. А вот если в случае, когда орган в норме и так копит контраст, провести обычное контрастирование, то мы не увидим никаких изменений.

Евгений Ликунов:

В общем, будем считать, что контрастирование в правильных режимах увеличивает диагностическую ценность исследования в разы. Это очень важно при дифференциальной диагностике доброкачественных образований, в лечении онкологических заболеваний, этапов метастазирования, постановки стадий опухолевого роста. К сожалению, наше время эфира заканчивается. Я бы хотел резюмировать. Какие все-таки четкие показания для компьютерной томограммы, для МРТ и для МРТ с контрастированием?

Елена Фрайтер:

Для компьютерной томографии это желудочно-кишечный тракт – виртуальная колоноскопия. Это легкие, это патология и травма костей и любые ургентные состояния, когда человек не может пройти МРТ, что головной мозг, что брюшная полость, любые ургентные состояния, когда есть проблема с дыханием. А для МРТ – это все остальное, все любые другие области, начиная от головного мозга и заканчивая мелкими суставами, потому что отлично диагностируют любую патологию суставов на МРТ.

Евгений Ликунов:

В травматологии и ортопедии если не острая ситуация, что предпочтительнее?

Елена Фрайтер:

МРТ. Потому что, например, что касается костных структур, то КТ хорошо оценивает трабекулярную структуру костной ткани, а МРТ видит такие изменения, как асептический некроз, то есть отек костного мозга, изменения при артритах очень хорошо выявляется, что КТ не видит, к сожалению. То есть любые хрящевые структуры, связочный аппарат, мягкие ткани, которые окружают этот сустав – это только МРТ.

Евгений Ликунов:

То есть для спортсменов более диагностическим методом и более информативным является именно МРТ?

Ирина Савченко:

А у детей, Елена Владимировна? У них же тоже другое строение костной ткани.

Елена Фрайтер:

Да, для них предпочтительно МРТ, потому что все-таки не несет лучевую нагрузку. А вот КТ необходимо, когда травма у детей, нужно оценить патологию легких. Во всех остальных случаях МРТ.

Евгений Ликунов:

Спасибо большое, коллеги. Очень рад, у нас сегодня был очень интересный эфир. Надеюсь, мы с вами еще встретимся и более прицельно поговорим по каким-то нозологиям, по конкретным клиническим случаям. А сегодня у нас в студии были представители компании МРТ24, и мы говорили сегодня о выборе МРТ и КТ диагностики в терапии и педиатрии. Всем спасибо за эфир.