Прикус

Стоматология

Тэги: 

Юлия Селютина:

Здравствуйте, дорогие друзья! В студии с вами Селютина Юлия. Я – детский врач-стоматолог. И в эфире передача под названием «Детская стоматология с Юлией Селютиной». Сегодня мы с вами поговорим на очень актуальную тему, на мой взгляд. Будем говорить о прикусах. Что такое прикус? Что такое нормальный прикус? Что такое патологический прикус? Как его определить? В каком возрасте начинать этим заниматься? Что влияет на прикус? Какие вредные привычки, от каких вредных привычек лучше избавиться, потому что они могут привести к патологии зубочелюстной системы? И обо всем (и не только об этом) поможет мне рассказать врач-ортодонт Оксана Журавская. Здравствуй, Оксана!

Оксана Журавская:

Здравствуйте!

Юлия Селютина:

Я думаю, что тема очень большая, не узкая, поэтому мы сразу к делу. Давай начнем с того, что наших зрителей, наших слушателей осведомим о том, что вообще такое прикус, потому что не все знают. Я сама знаю, что не все знают, поэтому какие-то определяющие моменты ты, как врач-ортодонт, можешь нам рассказать.

Оксана Журавская:

Это, на самом деле, очень просто. Прикус – это смыкание зубов и челюстей. Прикус – это такое общее понятие, потому что прикус бывает правильный и бывает неправильный. Правильный прикус определяется определенными параметрами. У нас есть ключ окклюзии, ключ смыкания зубов – это первые постоянные зубы (шестые). Мы чаще всего смотрим как раз на расположение зубов в боковой проекции и определяем выраженность патологии, если она есть. Если ее нет, то мы ставим правильный прикус (это положение шестого зуба, положения клыка непосредственно). Что касается неправильного прикуса, то здесь, в общем-то, можно немножечко тему побольше развернуть.

Юлия Селютина:

Но я думаю, что мы чуть позже расскажем более подробно о том, какие бывают патологические прикусы, неправильные прикусы. А вот мне очень хочется поподробнее, во всяком случае, я понимаю, что это достаточно сложно на пальцах объяснить, как выглядит при смыкании правильный прикус. То есть мы имеем перекрытие, верхние зубы в норме должны перекрывать зубы нижней челюсти. Точнее, зубы верхней челюсти должны перекрывать зубы нижней челюсти, и определенная глубина должна быть этого перекрытия. Какая глубина?

Оксана Журавская:

Если мы говорим о боковых зубах, то есть определенный параметр – это передний щечный бугор шестого зуба должен находиться между медиальным и дистальным щечным бугром нижнего шестого зуба. Это слишком сложно, поэтому мы перейдем сразу к переднему отделу. В переднем отделе верхние зубы должны перекрывать нижнюю челюсть где-то на одну треть. Здесь существуют небольшие вариации, но главное, чтобы было плотное смыкание, потому что бывают и аномалии прикуса в переднем отделе (мы чуть попозже об этом поговорим), связанные как раз с перекрытием.

Юлия Селютина:

У меня вопрос встречный. Вот ты проговорила про шестые зубы. Шестые зубы начинают появляться (шестые – это постоянные уже зубы, для тех, кто не знает) в среднем в 6 лет у детей. А можно ли определить тенденции к формированию либо правильного, либо неправильного прикуса до появления этих шестых зубов, когда у нас, допустим, все только молочные зубы (20 молочных зубов)? В каком возрасте можно сказать маме (маме и папе дополнительно), что готовьтесь, что вот сейчас пока не нужно идти к ортодонту, но будьте готовы к тому, что лечение однозначно предстоит, потому что тенденция определенная есть к формированию неправильного прикуса? В 2 года можно это сделать?

Оксана Журавская:

Конечно, можно в 2 года. В 2 года можно посмотреть на прикус малыша и выявить, во-первых, наличие каких-то вредных привычек у ребенка, то есть это уже погрешность со стороны родителей, когда мы оставляем длительно соску, пустышки, грудное вскармливание затягивается, бутылочное вскармливание, тогда и присоединяются вредные привычки в виде сосания пальца, игрушек, как такой дистресс-факт у ребенка.

Юлия Селютина:

А если говорить более подробно про соску, существует же такой миф, я встречалась неоднократно с высказыванием родителей, что мы сосем соску, но мы сосем соску ортодонтическую, а ортодонтическая соска не влияет на прикус. Это неправильно, это заблуждение, это миф?

Оксана Журавская:

Соска необходима ребенку до определенного возраста. Если мы подходим уже к 7-8 месяцам, когда у нас уже есть молочные зубки (прорезываются), то здесь мы должны оценивать степень давления на зубы со стороны соски, потому что когда у нас беззубые челюсти – это одно. Сосательный рефлекс помогает нам развить нижнюю челюсть, выдвинуть ее вперед, поэтому очень важно, когда ребенок на грудном вскармливании, это хорошо. Соска, в общем-то, имитирует вот эти движения нижней челюсти, экскурсию вперед, это развитие. Но когда уже присоединяется формирование молочных зубов, соответственно, это уже нам идет во вред.

Юлия Селютина:

Все хорошо в меру?

Оксана Журавская:

Конечно, все хорошо в меру. Плюс в этом возрасте (до прорезывания первых постоянных зубов) можно уже посмотреть на какой-то наследственный фактор. Если у мамочки, папочки, бабушки, дедушки есть какие-то челюстные патологии, можем выявить это у ребенка (склонность к ним, по крайней мере). Также тут можно посмотреть на уздечку. В первую очередь, это уздечка языка, которая держит нижнюю челюсть; уздечка верхней губы, которая также мешает сосательному рефлексу.

Юлия Селютина:

Тенденции определить можно еще до начала прорезывания постоянных шестых зубов. Что касается формирования патологий, мы уже очень-очень кратко проговорили про соску, я думаю, что долго останавливаться на этом не будем. Знаешь, про что хотела спросить? Про то, что ребенок может играться и не показывать свой прикус, невозможно выявить его прикус полноценно. То есть он выдвигает челюсть, балуется, как-то ее открывает. Я хочу, чтобы ты это тоже проговорила, существуют такие секреты у врачей-стоматологов, у ортодонтов, в частности, как можно определить истинный прикус ребенка, потому что они зачастую могут баловаться. Вот что это такое?

Оксана Журавская:

Это даже не баловство. Это, наверное, когда ребенок просто не понимает, что от него хотят, и автоматически детки начинают выдвигать нижнюю челюсть, поэтому мы не можем определить истинное смыкание зубных рядов. Поэтому у нас существует такой метод: либо мы просим запрокинуть голову назад, проглотить слюну и вернуться в исходное положение, тогда у нас смыкаются зубы, главное в этот момент руками зафиксировать нижнюю челюсть (естественно, без всяких давлений), тогда ребеночек правильно ее ставит; либо просто в положении сидя ровно держим голову и то же самое проделываем (проглатываем слюнку, и у нас зубки смыкаются в правильное положение). Вот это первое соприкосновение зубов является истинным, это то, как нижняя челюсть стоит правильно. Бывают случаи неправильного прикуса, когда нижняя челюсть гуляет. Здесь, конечно, потруднее будет, здесь нам нужно смотреть, как мышцы и суставы работают, где у нас стираемость. Здесь уже свои нюансы, я думаю, что в это нет смысла углубляться, это уже этап больше диагностики.

Бывают случаи неправильного прикуса, когда нижняя челюсть гуляет. Здесь нам нужно смотреть, как мышцы и суставы работают, где у нас стираемость.

Юлия Селютина:

Раз уж мы про проглатывание слюны проговорили, есть еще такая история, когда ребенок проглатывает слюну и при этом выталкивает зубы языком. Это так называемое инфантильное глотание, и оно тоже приравнивается с определенного возраста к вредным привычкам наравне с соской, пальцем и так далее. Существуют аппараты, которые позволяют с этим справиться. Что это за аппараты, и с какого возраста оптимальнее всего их использовать?

Оксана Журавская:

По поводу инфантильного глотания, в принципе, я бы сюда еще прибавила ротовое дыхание, потому что это все в сумме приводит к тому, что у ребенка формируется открытый прикус, то есть он смыкает боковые зубки, а в переднем отделе остается щель. У всех разные: у кого-то большая, у кого-то маленькая. Сюда может добавиться привычка прокладывать язык, то есть мы добиваем нашу зубочелюстную систему.

Юлия Селютина:

То есть это привычка?

Оксана Журавская:

Конечно, это вредная привычка. До определенного возраста у нас есть также сосание пальца, который может сформировать открытый прикус. После того, как палец нам открыл прикус, у нас присоединяется язык, поэтому многие говорят: «У нас проблема с языком». На самом деле, проблема не с языком, а проблема была ранее. Ребенок, может быть, длительно сосал соску, палец сосал, какие-то игрушки. Соответственно, у нас произошло раскрытие прикуса. И дальше что? Нам удобно язык туда просунуть, нам интересно, и присоединяется вот это прокладывание языка, и усугубляется аномалия. Поэтому здесь вариаций очень много.

И что касается проблем с прокладыванием языка, до определенного возраста это корректируется на миофункциональных аппаратах. Это не лечебный, это больше профилактический аппарат, он называется трейнер. Трейнеры эти имеют стандартную линейку, они отличаются только по возрастам. Они подбираются ортодонтом лично, назначается индивидуальный режим ношения для каждого пациента, и дальше просто режим наблюдения. Это больше профилактика. Есть аппараты лечебные. Это аппараты съемные...

Юлия Селютина:

Индивидуальные?

Оксана Журавская:

Индивидуальные, съемные, пластиночные, и они имеют в своей конструкции заслонку для языка. Либо это съемный аппарат. Если у нас совсем проблема с ношением съемного аппарата, мы подключаем уже такую тяжелую артиллерию на зубы нижней челюсти, мы из композитного материала наклеиваем небольшие шипики. Когда язык стремится просунуться между зубами, он сразу одергивает назад. Это не какой-то там гестаповский метод, это нормальный, обычный, стандартный способ лечения открытого прикуса, потому что если мы не убираем вот эту гиперфункцию языка, у нас потом будут большие проблемы в будущем, если сформируется уже постоянный прикус. Поэтому мы всеми правдами и неправдами должны избавиться от этой вредной привычки.

Юлия Селютина:

В твоей практике с какого возраста реально провести такое лечение?

Оксана Журавская:

Лечение это нужно проводить тогда, когда у нас начинают прорезываться постоянные центральные резцы.

Юлия Селютина:

То есть это уже достаточно взрослый молодой человек?

Оксана Журавская:

Нет, 7 лет. Почему? Потому что если дальше мы это запустили, у нас проблема из альвеолярной превращается в проблему челюстную, то есть у нас не просто зубки принимают неправильное положение, у нас уже меняется структура кости. Если у нас меняется структура костей, здесь у нас речь уже пойдет не только об ортодонтическом лечении, здесь пойдет речь о хирургическом лечении, к сожалению, то есть операция на челюсти совместно уже с работой ортодонта.

Юлия Селютина:

Все будет усложняться?

Оксана Журавская:

Конечно.

Юлия Селютина:

Я думаю, что настало время немножко углубиться в разновидности неправильных прикусов. Мне очень хочется, чтобы мы с тобой их перечислили и максимально полезную и подробную информацию дали о каждом из них. Начнем с так называемого дистального прикуса. Дистальный прикус – это…?

Оксана Журавская:

Дистальный прикус – это аномалия прикуса, связанная с сагиттальной плоскостью.

Юлия Селютина:

Проще говоря, нижняя челюсть задвинута назад.

Оксана Журавская:

Это прикус, когда нижняя челюсть занимает заднее положение. Опять же, здесь могут быть всякие нюансы. У нас может быть истинный дистальный прикус, когда причина именно в недоразвитии нижней челюсти, когда причина проблемы в суставе, и, опять же, нижняя челюсть занимает заднее положение.

Юлия Селютина:

То есть это генетическая предрасположенность?

Оксана Журавская:

Да, если у нас недоразвитие нижней челюсти, это может быть либо генетика, это может быть короткая уздечка языка, которая не дает развиваться, расти нижней челюсти, это может быть сужение верхней челюсти – куча причин. Бывает ретропозиция нижней челюсти, заднее ее положение, но размеры нормальные. Здесь достаточно просто на специальных аппаратах выдвинуть нижнюю челюсть вперед, поставить в правильное положение и восстановить правильное смыкание зубов. И бывает причина, когда у нас чрезмерное развитие верхней челюсти, то есть большая верхняя челюсть, нижняя челюсть нормального размера. И сочетание, опять же, аномалий – большая верхняя челюсть, маленькая нижняя. Поэтому здесь уже вот этот клубочек: индивидуально у каждого пациента своя проблема. Опять же, индивидуально каждой проблеме свое лечение.

Юлия Селютина:

А вот что касается именно дистального прикуса, какие вредные привычки могут спровоцировать формирование дистального прикуса?

Оксана Журавская:

Начнем с нашей любимой – это сосание соски, сосание пальца, это аденоиды, ротовое дыхание…

Юлия Селютина:

И часто риниты…

Оксана Журавская:

Конечно, риниты, аллергические особенно, когда родители не поддерживают, постоянная ремиссия.

Юлия Селютина:

А еще мы не проговорили – мне кажется, это очень важно, об этом мало кто знает, из родителей, во всяком случае – это такая вредная привычка – прикусывание нижней губы. Вот я стараюсь сейчас очень активно это внедрять, чтобы родители об этом знали. Потому что про соску, про палец практически все знают, что это вредно, а вот что касается нижней губы, это не все знают. Это же тоже приравнивается?

Оксана Журавская:

Это больше как следствие. Объясню, почему. Потому что когда ребенок сосет палец, он себе деформирует верхнюю челюсть, вытягивая ее вперед. Нижняя челюсть имеет уплощенный вид, то есть мы пальчиком задвигаем нижнюю челюсть. При этом что у нас получается? У нас верхние зубки выдвигаются вперед, и нам, естественно, очень удобно нижнюю губу начинать прикусывать. Здесь появляется давление мышц губы, то есть круговая мышца рта, она начинает у нас действовать на верхние зубы и еще больше выталкивать вперед.

Когда ребенок сосет палец, он себе деформирует верхнюю челюсть, вытягивая ее вперед.

Юлия Селютина:

Как рычаг…

Оксана Журавская:

Конечно. Здесь это уже присоединяется так же, как язык, то есть сначала мы получаем открытый прикус, а дальше мы добиваем еще языком. Поэтому как дополнение такой бонус.

Юлия Селютина:

Что касается, опять же, дистального прикуса, причина, я думаю, ясна. А генетический фактор проговорила?

Оксана Журавская:

Генетический фактор сказали. Конечно, вредные привычки. Ребенок спит постоянно на спине (тоже может быть в период формирования).

Юлия Селютина:

Я, кстати, об этом не знала.

Оксана Журавская:

Бывает такое. Я бы не сказала, что это прямо такая первопричина, это, наверное, тоже как следствие, как дополнение. Обращаю внимание на аденоиды, обязательно обращаю внимание на вредные привычки – это прямо вот бич такой.

Юлия Селютина:

И самое главное, что с этим делать и когда?

Оксана Журавская:

Начинать лечение, чем раньше, тем лучше. Опять же, повторюсь, на ранних этапах, от 2 до 5-6 лет, у нас существует больше профилактическая процедура – это ношение аппарата миофункциональный трейнер. Дальше у нас уже идет тяжелая артиллерия. Нам нужно выдвинуть нижнюю челюсть, нам нужно перестроить мышцы, нам нужно перестроить сустав, и здесь нам очень хорошо помогает аппарат Твин Блок. Это трудная конструкция, пластиночные аппараты на верхнюю, на нижнюю челюсть, который имеет в своем составе такие окклюзионные накладки, они выдвигают нижнюю челюсть и не дают ей встать в заднее положение. Таким образом у нас происходит прорезывание зубов в определенном положении, у нас происходит перестраивание сустава, и по-новому начинают работать мышцы.

Юлия Селютина:

Это в каком возрасте?

Оксана Журавская:

Можно начинать в 7-8 лет, если у нас тяжелый случай. Оптимальный возраст где-то 8-9 лет. И чаще всего, конечно, мы используем в 12-13 лет у детишек перед ортодонтическим лечением либо совместно с брекет-системой. Здесь уже все индивидуально. Если у нас есть возможность вытянуть нижнюю челюсть до брекетов и постараться избежать лечения на брекет-системе, почему бы нет.

Юлия Селютина:

То есть реально вполне, что в перспективе не придется лечиться на брекет-системе?

Оксана Журавская:

Конечно. Либо, как я и люблю, то есть мы взяли пациента (ребенка), одели ему один аппарат, прошли курс лечения на нем и оставили его в покое. Все, мы больше его не беспокоим. Если уже какие-то дальше нужны корректировки, мы их применяем уже на несъемной аппаратуре. Иначе просто происходит вот это выгорание…

Юлия Селютина:

Ребенка?

Оксана Журавская:

Конечно. Уже никакого желания лечиться нет.

Юлия Селютина:

Мне кажется, про дистальный прикус уже достаточно. Все понятно, что это нижняя челюсть назад, и что с этим делать. Теперь, я думаю, логично на противоположную сторону перейти. Это так называемый мезиальный прикус. Это совсем то же самое, только наоборот. Это когда нижняя челюсть у нас выдвигается вперед.

Оксана Журавская:

Это уже посерьезнее аномалия, потому что если мы имеем дело с наследственным фактором, то, скорее всего, это закончится все хирургическим вмешательством. Если это какая-то вредная привычка, если это проблема в дыхательной системе (чаще всего к этому приводят аденоиды или ринит хронический), то здесь уже немножечко попроще, потому что бывает хирургическая скелетная форма, бывает зубоальвеолярная. Смотря с какой формой мы имеем дело.

Юлия Селютина:

А вот ранняя потеря центральной группы зубов верхней челюсти влияет на формирование прикуса?

Оксана Журавская:

Конечно. У нас здесь идет уже изменение сустава. Чаще всего это клыки либо центральные резцы. Когда идет раннее удаление, и родители отказываются от изготовления пластиночных протезов, тогда нижняя челюсть выскакивает вперед, у нее нет блока в виде верхних зубов. Если нет клыков, то нижняя челюсть старается влево-вправо начать гулять. Если присоединяются заболевания дыхательных органов, у нас получается еще сильное сужение верхней челюсти, а нижняя вообще у нас занимает вольготное положение, она перекрывает верхнюю челюсть, убегает вперед. И тут у нас зрительно уже ребенок как раз приобретает черты лица мезиала, то есть массивная нижняя челюсть, массивный подбородок и уменьшение средней трети лица.

Когда идет раннее удаление, и родители отказываются от изготовления пластиночных протезов, тогда нижняя челюсть выскакивает вперед, у нее нет блока в виде верхних зубов. Если нет клыков, то нижняя челюсть старается влево-вправо начать гулять.

Юлия Селютина:

Вот лишний повод лечить молочные зубы, потому что это не просто так, это не просто какой-то временный орган, который выпадет когда-нибудь и ладно. Это лишнее доказательство того, что…

Оксана Журавская:

Конечно. Мы боремся с хирургами, потому что хирурги у нас пользуются принципом «то, чего нет, болеть не может», поэтому удаляют все что можно и все что нельзя. Мы максимально стараемся сохранить зубы.

Юлия Селютина:

А что касается исправления, когда начинать? Та же тактика, что и при дистальном прикусе?

Оксана Журавская:

В 8-9 лет актуально исправлять на несъемной аппаратуре. Вы писали об этом, это аппарат Хааса для расширения верхней челюсти, для разрыва небного шва. Этот аппарат, по крайне мере, я считаю, для многих больная тема. Он расширяет дыхательные верхние пути, это очень эффективно при аденоидах, при проблемах с носовым дыханием. Расширяет дыхательные пути, ребенку проще отучиться от ротового дыхания и проще адаптироваться к носовому дыханию. Расширяя верхнюю челюсть, мы нормализуем соотношение челюстей. Конечно, чаще всего при мезиальной окклюзии (мезиальном прикусе) корректировка доходит до брекет-системы. Начинать можно с трейнеров. Существуют различные миофункциональные аппараты, адаптированные под этот мезиальный тип смыкания челюстей. Это, опять же, до 6 лет. А дальше аппарат Хааса либо функциональные аппараты по типу Твин Блока. Есть разные аппараты Френкеля, но это более тяжелые для ношения аппараты, но, в общем-то, если ребенок их носит, это очень эффективно.

Юлия Селютина:

Короче говоря, тоже можно не дожидаться полной смены зубов?

Оксана Журавская:

Конечно, нет.

Юлия Селютина:

Надеяться на то, что брекеты нам помогут?

Оксана Журавская:

Конечно.

Юлия Селютина:

Так, с медиальным (с мезиальным) понятно. Следующий прикус – открытый прикус. Давай вначале про причины еще раз проговорим, мы тоже вскользь упомянули в самом начале, но хочется еще раз все точки над «i» поставить относительно конкретно этого неправильного прикуса. Открытый прикус…

Оксана Журавская:

Открытый прикус мы уже проговорили, это у нас, в первую очередь, ротовой тип дыхания, это соска, сосание пальца и игрушек, как следствие потом прокладывание языка. Это чаще всего пациенты, которые занимаются в музыкальных школах – это игра на духовых инструментах.

Юлия Селютина:

Я, кстати, тоже не знала об этом…

Оксана Журавская:

Просто какая-то война идет ортодонтов и преподавателей.

Юлия Селютина:

Ортодонты против духовых инструментов?

Оксана Журавская:

К сожалению, здесь нужно уже выбирать, что нам важнее, то есть здоровая зубочелюстная система либо камера, потому что духовые инструменты – это сразу мы нижнюю челюсть ставим в заднее положение, мы формируем открытый прикус.

Духовые инструменты – это сразу мы нижнюю челюсть ставим в заднее положение, мы формируем открытый прикус.

Юлия Селютина:

Даже если мы начали заниматься?

Оксана Журавская:

Даже если мы проводим лечение. Во-первых, аппарат снимается, потому что с ним невозможно играть. Во-вторых, если ребенок одевает, то есть мы исправляем, как только возвращается вот эта вредная привычка (это как вредная привычка, инородный предмет), мы возвращаемся к рецидиву.

Юлия Селютина:

Генетической предрасположенности к формированию нет?

Оксана Журавская:

Бывают уже такие серьезные челюстные аномалии – это расщелины, мы их не берем, потому что это работа с детскими челюстно-лицевыми хирургами. Если будет интересно, можем отдельно потом эту тему обсудить.

Юлия Селютина:

Да, про расщелины, я думаю, интересно будет.

Оксана Журавская:

Такие пациенты наблюдаются совместно – либо только в стационарах, либо в стационарах (хирург и ортодонт).

Юлия Селютина:

И теперь самое интересное и важное для всех родителей – как это исправить? Потому что много кто страдает вредными привычками, которые мы перечислили, это прямо бич какой-то, поэтому для многих актуально, как это исправлять? И можно ли это исправить и когда?

Оксана Журавская:

Больная тема – убираем соску. Убираем соску к году и даже раньше. Стараемся это сделать даже не постепенно, а стараемся это сделать резко, чтобы ребенок уже больше никогда к этому не возвращался. Кто-то говорит, что прямо жуткие истерики, мне проще давать соску, но просто надо взвешивать риск и то, с чем мы потом можем столкнуться.

Юлия Селютина:

Перво-наперво убрать вредную привычку.

Оксана Журавская:

Мы убираем вредные привычки. Если мы избавляемся от вредной привычки, соску убираем – сосание пальца. Часто говорят и пишут родители в социальных сетях о том, что ребенок сосет палец. В 3-3,5 года, в принципе, это норма, потому что у ребенка есть стрессовое состояние. Он входит во взрослую жизнь, он адаптируется в садике, он адаптируется с друзьями, на площадке, какие-то переживания внутри семьи. И, соответственно, что нас успокаивает – этот сосательный рефлекс, который еще не угасает, он должен уйти к 3-м, максимум к 4-м годам. Если это происходит, если нам удается убрать это, то у нас происходит нормализация, самокоррекция. Если этого не происходит, к сожалению, мы дальше получаем уже такой хороший открытый прикус, который нужно будет лечить. А так, в принципе, 3,5 года – давайте так остановимся, к 4-м и дальше не пойдем.

Юлия Селютина:

Можно надеяться на то, что само пройдет?

Оксана Журавская:

Конечно, самокоррекция. Задача родителей в этот период – заниматься побольше с ребенком, обратить внимание на то, что его может беспокоить, стрессовые ситуации в семье, появление, например, нового члена семьи, новый ребенок (детки очень тяжело это переносят), какие-то внутрисемейные проблемы, в саду что-то происходит, на площадке обидели, отобрали… В это нужно вникать. Если мы не можем справиться самостоятельно, мы должны обратиться к детскому психологу. Это не значит, что ребенок сразу пойдет становиться на учет в ПНД. Нет, абсолютно. Психолог – это немножечко не тот специалист, психолог, наоборот, помогает разобраться, потому что зачастую мама не в состоянии иногда одна справиться. Достаточно трудно, когда наваливается куча проблем, и иногда проще пойти с психологу вместе с ребеночком, поговорить спокойно, что-то нарисовать, выяснить причину. Может быть, какой-то стороннему человеку проще направить нас на путь истинный, чем самим. Конечно, третье лицо всегда…

Юлия Селютина:

…более авторитетно.

Оксана Журавская:

Да, более авторитетно. Это касается вредных привычек. Что касается дальнейшего лечения, мы уже говорили о том, что это съемные пластиночные аппараты, заслонка для языка, это специальные аппараты на нижнюю челюсть с шипиками, либо это изготовление из композитных материалов тоже таких накладок на зубы, чтобы язык натыкался на них и сразу убегал назад.

Во взрослом возрасте открытый прикус корректируется на брекет-системе, мы сейчас активно используем лечение по технике многопетлевых дуг. Очень хорошо происходит коррекция открытого прикуса, поэтому проблем нет, в общем-то, можно обойтись даже без хирургического вмешательства. Но бывает такое, что, к сожалению, мы не можем все решить только на брекетах и пластинах, поэтому, конечно, иногда приходится прибегать к помощи хирургов.

Во взрослом возрасте открытый прикус корректируется на брекет-системе, мы сейчас активно используем лечение по технике многопетлевых дуг.

Юлия Селютина:

В каком возрасте это будет понятно?

Оксана Журавская:

При формировании постоянного прикуса есть определенные диагностические критерии, которые нам позволяют оценить сможем мы пройти лечение без помощи хирургического вмешательства или не сможем (об этом мы в прошлый раз говорили, о диагностике).

Юлия Селютина:

Я думаю, с открытым уже все проговорили. Следующий прикус, который является патологическим прикусом, неправильным прикусом – глубокий прикус. Что это такое?

Оксана Журавская:

Глубокий прикус – это аномалия прикуса в переднем отделе, так же, как и открытый. Кстати, открытый может быть и в боковом отделе тоже, тут все действие языка, ручки…

Юлия Селютина:

То есть центральная группа зубов смыкается, а жевательная группа зубов не смыкается?

Оксана Журавская:

Да, бывает и такое. Опять же, это только вредные привычки.

Юлия Селютина:

А какая вредная привычка может к этому привести?

Оксана Журавская:

Прокладывание языка сбоку, какие-то ручки грызет, карандаши. Что касается глубокого прикуса, это может быть самостоятельная аномалия развития…

Юлия Селютина:

Генетическая предрасположенность?

Оксана Журавская:

Да, когда мы имеем правильное смыкание в боковом отделе и чрезмерное прорезывание передней группы зубов. Также это может быть (что чаще всего и происходит) сочетанная аномалия с дистальной окклюзией, то есть с дистальным прикусом, когда у нас идет заднее положение нижней челюсти, нижние зубы бьют в небо, а верхние зубы (стопора у них нет) прорезываются, в общем-то, вниз, как им удобно. Поэтому у нас получается чрезмерное прорезывание передней группы зубов, в боковом отделе у нас получается укорочение зубной высоты. И, в общем-то, мы получаем либо травматический прикус, когда у нас бьются нижние резцы в небо (упираются), либо у нас идет смыкание резец в резец, но, опять же, все равно чрезмерное прорезывание фронтальной группы.

Здесь нужно смотреть в чем причина. Либо это недопрорезывание боковых зубов, либо это сверхпрорезывание фронтальной группы, передней группы зубов. Тут нужно смотреть в чем проблема, и отсюда будет уже вытекать лечение. Лечение на съемной аппаратуре, на несъемной. Съемная аппаратура – это пластиночные аппараты только на верхнюю челюсть. Таким образом мы сможем скорректировать глубокий прикус. Избавляемся от вредных привычек. Если это сочетание с дистальной окклюзией, мы используем аппарат Твин Блок.

Юлия Селютина:

Я знаю (правда это или это какой-то миф), что дети, которые являются мягкоежками, не жуют твердую пищу, а в рационе преобладает блендированная еда, тоже в группе риска находятся относительно формирования именно глубокого прикуса.

Оксана Журавская:

Конечно. Не только глубокий прикус, а вообще недоразвитие зубочелюстной системы происходит, потому что у нас сейчас идет деградация зубочелюстной системы. У нас уже нет необходимости пережевывать жесткую пищу, у детей в рационе преобладают углеводы. Заставить кушать что-то жесткое (фрукты, овощи) сейчас основную массу детей проблематично. У нас не работает сустав, у нас не работают мышцы должным образом, отсюда у нас вытекает моя любимая тема – это место для зубов мудрости. Как раз перестройка зубочелюстной системы приводит к тому, что сейчас уже для них нет места просто в челюсти. Если они начинают прорезываться, они просто приводят в скученное положение все остальные зубы, они выводят из строя сустав. И мы получаем, в общем-то, тяжелое в дальнейшем лечение на брекет-системе, более усложненное, чем оно могло бы быть.

Недоразвитие зубочелюстной системы происходит, потому что у нас сейчас идет деградация зубочелюстной системы. У нас уже нет необходимости пережевывать жесткую пищу, у детей в рационе преобладают углеводы.

Поэтому, что касается зубов мудрости, я всегда говорю: «От них нужно избавляться, им в зубочелюстной системе места нет». Это 99% снимков как раз показывают то, что дефицит стопроцентный.

Юлия Селютина:

Про глубокий, я думаю, что тоже более чем достаточно информации. Теперь очень интересный прикус, который называется перекрестный – это когда нижняя челюсть смещается относительно верхней либо в правую, либо в левую сторону. Правильно, доктор?

Оксана Журавская:

Правильно и не совсем. Это не единственная причина, бывает много причин. Самая основная, как ни странно, это сужение верхней челюсти. Чаще всего, если мы имеем дело с двусторонним сужением верхней челюсти, это общие какие-то соматические заболевания (возвращаемся к аденоидам, к проблемам с дыхательной системой). Двустороннее сужение верхней челюсти, мы получаем как раз с двух сторон перекрестный прикус, когда у нас нижняя челюсть – внутри зубки, а верхние, наоборот, их накрывают. То есть все у нас наоборот.

Что касается односторонних проблем, это чаще всего (опять же, 90%), когда у нас ребенок любит сидеть, подложив руку под щеку. Когда спрашиваешь у родителей, в принципе, ребенок быстрее даже отвечает: «Да, вот я люблю». Иногда бывает, что даже спим, ладошки подкладывая под щечку, и тоже идет смещение. Тут больше даже давление оказывается на верхнюю челюсть, чем на нижнюю, просто при одностороннем сужении верхней челюсти у нас автоматически смещается нижняя челюсть в удобное для нее положение. Наша задача – расширить верхнюю челюсть, и тогда нижняя автоматически пойдет и встанет на свое место.

Юлия Селютина:

Что касается подкладывания ладошек под щечку, это, на самом деле, достаточно широкая проблема в детском саду.

Оксана Журавская:

С детства.

Юлия Селютина:

Во-первых, с детства, а во-вторых, в детском саду воспитатели, которые не знают о причинах формирования неправильного прикуса, укладывают детей, это я прямо из своего личного опыта, мой ребенок трехлетний мне рассказывал: «Детки, ложитесь, кладите ладошки под щечку и засыпайте». И эта тема очень распространенная, мне мои подписчики тоже многократно об этом писали. Как с этим бороться? Воспитателей просвещать о том, чтобы так не делали. Я своему ребенку благополучно эту историю рассказала, он уже более-менее смышленый, и теперь, когда ему так говорят во время тихого часа, когда их укладывают спать, он говорит: «Так делать нельзя, мама-стоматолог не разрешает, будет неправильный прикус». И теперь все в группе в курсе о том, что так делать не нужно. Это такое небольшое отступление.

Очень важный вопрос, на мой взгляд, у большинства родителей возникает: «Зачем вообще нам это все? Ну, неправильный прикус. Ну, вот у меня неправильный прикус», – я сейчас не про себя, а цитирую пациентов, точнее, их взрослых родителей. – «Вот у меня неправильный прикус, живу себе спокойненько, мне не исправляли, и я своему ребенку исправлять не буду». Это очень важно знать, к чему в перспективе может привести неисправленный вовремя неправильный прикус? Прямо тезисно нам надо это все проговорить, потому что это, на мой взгляд, очень важно. Во-первых, это перегрузка височно-нижнечелюстного сустава. Правильно? Или это не во-первых?

Оксана Журавская:

Из личного опыта, чаще всего, когда пациент приходит, и у него нет прямых жалоб на хруст, щелчки, боли в суставе, и когда ты начинаешь об этом говорить, пациент смотрит и не понимает, о чем вообще? Поэтому, в первую очередь, какие могут быть проблемы? Самое минимальное – это кровоточивость десен (вследствие скученности зубов, вследствие перегрузки). Кровоточивость десен сама по себе не проходит. Мы можем поддерживать в стадии ремиссии, бесконечно использовать зубные пасты, ходить на профгигиену…

Юлия Селютина:

Но первопричина не устранена…

Оксана Журавская:

Конечно, первопричину мы не убрали, поэтому дальше у нас проблема опускается ниже – это пародонтит, это уже деструктивные процессы (воспалительно-деструктивные) в костной ткани за счет постоянного-постоянного воспаления в области десны. То есть со временем мы видим у пациента, во-первых, усугубление ситуации в полости рта с десной; дальше – это оголение шеек зубов, потому что идет перегрузка отдельных зубов. Чаще, конечно, пациенты на это внимания не обращают до тех пор, пока не появляется чувствительность зубов. Пьем горячее, холодное, кислое – все больно. Мы идем что? Мы идем ставить пломбы. Пломба через какое-то время выпадает. Выпадают они потому, что все равно перегрузка, она остается, и у нас все это дело продолжает разрушаться. Это минимально. То есть о чем мы говорим? Проблемы с десной, проблемы с отдельными зубами, перегрузка, рецессии десны, оголение шейки, сколы терапевтических конструкций (это пломбы), сколы ортопедических конструкций…

Юлия Селютина:

Поставили дорогущие виниры, и все скололось…

Оксана Журавская:

Если у пациента проблемы с суставом, то если ортопед подходит к этому грамотно, он никогда не пойдет на поводу у пациента, никогда не поставит виниры, потому что пациент с перегрузкой обязательно их сколет, и потом очень трудно будет обратить внимание на то, что это действительно проблема в суставе. Это бесконечный ком…

Юлия Селютина:

Круговорот зубов...

Оксана Журавская:

Да, круговорот зубов, врачей и пациентов. Перегрузка сустава, перегрузка зубов – это, в общем-то, такое вот в сумме. Дальше мы, наверное, больше подойдем к эстетике лица, потому что проблемы с прикусом отражаются на профиле лица. Если мы говорим про дистальную окклюзию, мы говорили в прошлый раз то, что зрительно у нас сразу отражается на лице: у нас выражена подбородочная складка (я называю это бабушкин тип лица); второй подбородок с возрастом появляется; складка между подбородком и нижней губой, что, опять же, зрительно внешний вид делает более старым; это выраженные носогубные складки; быстрее у нас опускаются мягкие ткани лица; у нас идет снижение высоты прикуса, это тоже зрительно все связано с внешностью.

Если мы будем смотреть на женский профиль до лечения и после, в общем-то, разница есть колоссальная, когда мы работаем с прикусом. Это и уголки рта, которые у нас опускаются с возрастом, появление быстрее морщин (я не говорю про мимические, а именно морщины, которые связаны с проблемами с прикусом); это эстетические проблемы, как раз касающиеся резцов, когда мы при улыбке в 40-летнем возрасте видим просто черные какие-то полоски непонятные (мы не видим резцов). Если мы восстановим правильную форму зубов, если мы правильно выставим прикус, у нас женщина сразу лет на 10 молодеет, это доказано уже, то есть у нас лицо приобретает более молодой возраст.

Мы всегда работаем на будущее, мы всегда смотрим на то, что у нас не через год-два будет, а то, что у нас будет, в принципе, через несколько лет (10-15 лет), как у нас должна выглядеть зубочелюстная система. Это черные треугольники при улыбке (когда мы улыбаемся, у нас зрительно очень видно сужение челюстей именно при улыбке, и у нас появляются в уголках рта черные треугольники), если мы правильно работаем с прикусом, их не должно быть. Мы тогда получаем дугу улыбки, мы получаем красивую экспозицию резцов. Это и мужчинам нравится, когда у мужчины такая улыбка, когда у женщины такая улыбка. Мы делаем это и подросткам, потому что с возрастом все равно они у нас становятся взрослыми, и работа идет на будущее, как эстетически, так и функционально. Поэтому ортодонтия – это не только работа с кривыми зубами, это восстановление функции, потому что это сустав, он должен функционировать так же, как все органы, как все суставы в организме.

Юлия Селютина:

Еще в комплексе добавляется мигрень, головокружение, головная боль бесконечная…

Оксана Журавская:

Конечно, это как бонус: защемление шейного отдела, неправильная осанка… То есть если мы говорим про серьезные аномалии прикуса, мы работаем еще с остеопатами, если пациент соглашается. И это очень важно, потому что нужно не только выставить красиво зубы, надо еще проработать полностью мышечный аппарат, суставы, кости.

Юлия Селютина:

Спасибо большое, Оксана! Мне было безумно интересно! И я уверена, что абсолютному большинству было тоже интересно послушать столь важную, столь насущную тему. Спасибо большое вам за внимание! Спасибо большое еще раз, Оксана!

Оксана Журавская:

Спасибо!

Юлия Селютина:

Всего вам доброго!

Оксана Журавская:

До свидания!