"Мама, у меня болит голова!"

Педиатрия

Тэги: 

Юлия Каленичина:

В эфире программа «Точка приложения» и с вами мы, её ведущие, Оксана Михайлова и Юлия Каленичина. «Головные боли у детей» ― тема сегодняшнего эфира. Гость нашей программы Щедеркина Инна Олеговна, врач-невролог, кандидат медицинских наук, руководитель Центра детского инсульта Морозовской ДГКБ.

Инна Олеговна, первый вопрос: какие наиболее частые причины головных болей у детей, и вообще, что такое головная боль у детей?

Инна Щедеркина:

Головные боли – действительно одна из больших проблем в педиатрической практике, потому что головная боль входит в десятку наиболее частых причин обращений к любому специалисту и наиболее распространённых жалоб. Сами по себе головные боли, это, прежде всего, любые ощущения, которые возникают в области головы и шеи, от бровей до затылка. Это считается цефалгией. Любые неприятные ощущения пациенты трактуют, как головную боль, с ней они приходят чаще всего к неврологу, с неё начинается дальнейший путь по поиску причины и по поиску ответов на вопросы, как помочь нашему пациенту. Распространённость их достаточно высокая, причём, она меняется с возрастом. 90 % головных болей ― головные боли напряжения. По распространённости среди маленьких детишек от 5 до 5 лет статистики нет. От 5 лет, наверное, процентов 10-15, а у подростков от 12 лет практически 60-80 % головных болей. 

Юлия Каленичина:

С чем может быть связана головная боль напряжения?

Инна Щедеркина:

У головной боли напряжения факторов слишком много. Само по себе название говорит: «напряжение», то есть ощущение давления, ощущение шлема на голове. Оно может быть связана с психоэмоциональным напряжением, и с чисто статическим напряжением – сдавление шлема, сдавление мышц, апоневроза, который покрывает нашу голову, возникает неприятное ощущение. Комплексная боль, потому что проходят сосуды. Отсюда идёт головная боль напряжения ― стрессорный фактор постоянного напряжения, стрессорной фактор статического напряжения, гиподинамический, недостаточное кровоснабжение, потому что через апоневрозы мышцы проходят сосуды, которые точно так же ограничивают движение крови, как артериальной, так и венозной. Такая комплексность приводит к тяжёлому состоянию, потому что головная боль, в отличие от острых головных болей, длится достаточно долго, от 12 часов до 7 суток. Она может особо не влиять на обычную активность, чем она и отличается, допустим, от мигрени. Ребёнок ходит в школу, продолжает в чем-то заниматься, но качество учёбы, качество жизни резко снижается, поэтому формируется порочный круг: чем больше я занимаюсь на фоне головной боли, тем она всё сильнее болит и сложнее поддаётся медикаментозной терапии. Здесь не стоит забывать и про нарушение осанки, и зрительный фактор, не компенсированное нарушение зрения, недосыпание, хроническая инфекция, плохо дышащий нос, то есть хроническая гипоксия, аденоиды, нарушение строения. 

Юлия Каленичина:

Фактически, вы перечислили всех детей, у каждого что-то из перечисленного есть. 

Инна Щедеркина:

Обязательно. Не забывайте даже такие банальные вещи, как нарушение прикуса. Особенность развития верхней челюсти, узкие носовые пазухи. Второй момент к головным болям напряжения – ребёнок начал носить брекеты. Момент сдавления, момент адаптации, возникает напряжение в лицевой мускулатуре, движение костей, пазух, и точно так же возникает проблема, болит голова. У вас не будут болеть зубы, у вас будет болеть голова. 

Оксана Михайлова:

По теме сразу вопрос: всегда ли ребёнок правильно локализует головную боль, и всегда ли боль является головной болью?

Инна Щедеркина:

Абсолютно логичный вопрос, потому что я сразу сказала, что головная боль – это ощущение в области головы. Честно говоря, и взрослые не всегда хорошо локализуют, что же говорить о ребёнке. Иногда они действительно говорят, описывают: болит голова, но не всегда бывает истинная боль. Может быть слабость, может быть головокружение, любой дискомфорт. Но, если ощущение возникает в верхней части туловища, они будут описывать как головную боль. Могут болеть глаза, они вам будут рассказывать, что болит голова; болит ухо – «болит голова», болит зуб – «болит голова». Поэтому и говорим о том, что специалисту надо задать много наводящих вопросов, чтобы выяснить, после чего возникла головная боль, определить более тонкую локализацию. Иногда с ребёнком приходится вести обходные расспросы: а когда у тебя чаще, поел, попил холодное, или ещё что-то ― вот такие моменты, тоже очень важно. Ты сидел в школе, писал в этот момент, смотрел компьютер, в какую сторону ты смотрел, как долго ты смотрел в эту сторону перед тем, как у тебя заболела голова. Очки поменяли, стали носить очки. Бывает достаточно сложно определить, потому что, когда они рассказывают, что болит голова, это иногда запутывает. С родителями пытаюсь найти совершенно бытовые объяснения: погода поменялась, в транспорте, было душно в классе, учитель на физкультуре его гонял. Они уводят нас от истинной причины. 

Оксана Михайлова:

Головные боли одинаковые у детей и у взрослых?

Инна Щедеркина:

Нет, конечно. Даже существует международная классификация головных болей, где есть подраздел, что касается, допустим, мигрени. Есть детский эквивалент. Детская мигрень отличается от взрослой. Если взрослая мигрень – это гемикрания, всегда болит половина головы, то интенсивность детской головной боли бывает не такая, как у взрослых, и, как правило, она двусторонняя. Иногда бывают эквиваленты мигрени, тогда мы можем вычислить по анамнезу, что у ребенка только формируется тяжёлая мигрень. Она может проявляться циклическими рвотами. Ребёнок настолько фиксирован на неприятном ощущении повторной рвоты, что он вам не расскажет, что у него в этот момент болит голова, она может и не заболеть. Точно так же пароксизмальное головокружение возникает, тоже как эквивалент, предвестник мигрени. 

Оксана Михайлова:

Что значит пароксизмальное?

Инна Щедеркина:

То есть вдруг возникает головокружение. Поэтому понимаете, какой диагностический путь надо пройти, чтобы сказать, что причин никаких нет, оно действительно доброкачественное, ни с чем не связанное. Оно пришло и ушло, под собой не имеет никакой соматической причины, ни структурного поражения головного мозга, ни других органов и систем. 

Юлия Каленичина:

Мигрени у детей имеют наследственный характер?

Инна Щедеркина:

Как правило, да. Статистика уже достаточно хорошо изучена: если у одного из родителей есть мигрень, то вероятность возникновения у ребёнка составляет порядка 40-60 %. Если оба родителя страдают мигренью, то процент возрастает до 60-90 %, согласно мировой статистике. 

Юлия Каленичина:

В каком возрасте, как правило, предрасположенность воплощается в реальность? 

Инна Щедеркина:

Мигрень называют болезнью молодых женщин. Но, до 12 лет мигрень чаще встречается у мальчиков, статистика такова. После 12, когда идут пубертатные перестройки, она становится более распространённой у девочек. Поэтому мигрень, всё-таки, болезнь молодых женщин. Но мальчики более тяжело переносят.

Юлия Каленичина:

Ещё назовите, пожалуйста, возрастные особенности головных болей. 

Инна Щедеркина:

Возрастные особенности головных болей. Во-первых, чаще боль диффузная, нет громоподобных головных болей. Второе – если головные боли чаще связаны с венозными особенностями, то очень легко возникают рвоты, тоже особенность. Не всегда бывает тяжёлая головная боль, страшная, но рвота у детей возникает очень легко. Больше, наверное, ничего, кроме причин, – более широкий спектр причин, приводящий к головным болям у детей; соответственно, диагностический поиск гораздо шире. 

Оксана Михайлова:

Когда ребёнок жалуется: «Мама, у меня болит голова», существуют ли правильные вопросы, о чём нужно родителям спросить ребёнка, чтобы удостовериться, что действительно болит голова? 

Инна Щедеркина:

Первое, всегда, если ребёнок пожаловался, что болит голова, наверное, она у него уже болит действительно серьёзно, раз он пришёл к родителям, потому что дети склонны не драматизировать. Я не беру детей из ипохондрический семей, где очень большая настроенность или большое внимание к собственному здоровью. Тем не менее. Мама спрашивает: как давно она у тебя болит? Мама обращает внимание на косвенные признаки: ребёнок отказался от еды, ребёнок менее активный, он пошёл, прилёг, в этот момент, может быть, вынужденное положение головы – подушку убрал, наоборот, свесил голову, закрылся, раздражают яркий свет, громкие звуки. То мы любим телевизор, а тут вдруг не стал смотреть телевизор, компьютер. Это всегда бросается в глаза, иногда даже больше. Внешний вид: бледный, синяки под глазами, пастозность появляется даже на веках. Пастозность часто бывает при венозных головных болях, когда есть нарушение венозного оттока, появляется отечность на веках и синяки. Поэтому многие мамы сами, даже не спрашивая, уже по внешнему виду видят, что ребёнку действительно плохо. Следующий вопрос: как давно у тебя болит, ходил ли ты в школе к врачу, давали ли тебе что-то? Как долго, после чего? Дальше мы, как следователи, собираем всю информацию: что провоцирует боль, болела ли голова на физкультуре, после чего тебе стало легче? Допустим, вышел из класса, прошёлся до дома, уже прошла головная боль. Это, скорее всего, головная боль напряжения, которая разрешается достаточно хорошо. 

Юлия Каленичина:

Инна Олеговна, скажите, пожалуйста, последние годы участились обращения к педиатрам пациентов, подростков, с повышением артериального давления. Может быть 140, 160. Как правило, это дети, имеющие семейный анамнез гипертонической болезни. Здесь будет головная боль являться причиной того, чтобы обратить внимание на повышение давления? 

Инна Щедеркина:

Мы, конечно, обращаем внимание на то, что отклоняется от нормы. Если ребёнок пришёл с головной болью, мы же с вами начнём с банального анализа крови, потому что анемия, которая у ребёнка есть, точно так же приведёт к головной боли. Сколько бы мы не давали таблеток, мы никогда не справимся, поскольку мы не устраняем причину. Точно так же с артериальной гипертонией. Но, не всегда причиной бывает артериальная гипертония. 

Юлия Каленичина:

Они не всегда чувствуют головную боль, а повышенное давление уже есть.

Инна Щедеркина:

Естественно. Для того и существует система диспансеризации, согласитесь, это первое. Второе, если семья имеет отягощённый анамнез по гипертонии, то родители очень часто чисто профилактически измеряют детям давление. Также момент – сам возраст, это группа риска у детей, поскольку давление просто нестабильно. Идёт адаптация, установка, перестройка эндокринной системы с преобладанием того или иного ответа со стороны симпатической или парасимпатической системы, которая может приводить к повышению давления. Поэтому, когда ребёнок входит в кабинет к педиатру, уже у педиатра может возникнуть вопрос, что ребёнок может иметь факторы риска повышенного давления. А если он ещё и рыхлый, если он ещё и толстый… 

Юлия Каленичина:

Повышенный вес может влиять?

Инна Щедеркина:

Однозначно. Вообще, ожирение называют эпидемией ХХ века. У взрослого населения возникает метаболический синдром, о чем говорят однозначно широко. Метаболический синдром даёт тенденцию к повышению артериального давления, это первое; второе – инсулинорезистентность, сниженная чувствительность в периферических тканях к инсулину, поэтому сахар может повышаться; и увеличение объёма талии. Три фактора, меняющие липидный профиль. Это группа риска по развитию гипертонии и ишемических поражений сердца, в частности, сосудов головного мозга.

Семья – основной фактор риска. Проводилось огромное количество исследований во всём мире, и было даже доказано: образ жизни семьи, образ жизни самого подростка, сколько он потребляет сладкого, сколько часов он проводит в активных физических занятиях, сколько времени сидит за компьютером, сколько спит, двигается, курят ли члены семьи ― все факторы вносят вклад в развитие артериальной гипертонии, каждый по-разному. Если ребёнок вначале приходит с нестабильным давлением, то мы его контролируем, проводя суточный мониторинг артериального давления. Первое – мы должны исключить ситуационно реакцию на белый халат, реакцию на саму процедуру измерения давления, про такие факторы мы тоже не забываем. Второй момент – суточное распределение, что очень важно. Вы же помните, у нас есть самое опасное время суток, когда давление повышается, когда сосуды не очень готовы противостоять скачку давления. Поэтому по колебаниям артериального давления в течение суток мы можем судить о риске, допустим, эндокринной патологии, феохромоцитомы, вызывающей ночное давление. Такие моменты. 

Юлия Каленичина:

Что можно порекомендовать родителям, как понаблюдать за давлением?

Инна Щедеркина:

Первое, родители ведут дневник артериального давления с частотой пульса. Иногда рекомендуем померить сахар в крови. Посылаем обязательно к эндокринологу, щитовидку тоже смотрим, и анализы крови смотрим, и липидный профиль, и индекс атерогенности тоже смотрим. Кардиологи смотрят с определением переносимости нагрузок, потому что, когда мы будем рекомендовать ему активизироваться, любое лечение не должно идти во вред. Достаточно большой комплекс исследований. Родители мерят. Затем, только на основании полученных результатов, если действительно имеет место, допустим, идиопатическая или ювенильная артериальная гипертензия, или ребёнок относится к группе риска (по артериальной гипертонии побалльно считается группа риска), то даются или медикаментозные рекомендации, или в некоторых случаях обходимся седативной терапией, витаминотерапией. 

Оксана Михайлова:

Прошу прощения, много новых слов: седативная, ювенильная. Нас смотрят родители, им иногда сложно некоторые моменты понять. Вы сказали «ювенильная». 

Инна Щедеркина:

Подростковая. Это одно и то же, синонимы, подростковая в классификации звучит. 

Юлия Каленичина:

Давайте, вернёмся к дневнику, который должны вести родители. Первый раз ребёнок пожаловался, подросток, на головную боль. Допустим, в субботу заболела голова или в пятницу вечером. Прежде, чем собраться к врачу, сколько раз в день родители должны померить давление до понедельника и зафиксировать? 

Инна Щедеркина:

Мы всегда просим, первое ― в спокойное время, всегда утро, вечер, с подсчетом пульса, с пометкой состояния, чтобы выявить рабочие показатели давления, к чему он адаптирован. Иногда реакция в виде головной боли может быть не столько на повышенное давление, сколько на резкое изменение давления. Он адаптирован, допустим, к 130, но у него вдруг поднялось или опустилась до 110 за короткое время, что может приводить к ощущению дискомфорта и появлению жалоб. Поэтому родители измеряют всегда два раза в день, плюс, в течение дня, если возникают ситуации ухудшения состояния. Мы должны зафиксировать, связано ли появление новых жалоб, появление головной боли именно с изменением давления, частоты пульса и так далее. Это предварительный скрининг, мы в нашем обследовании двигаемся по этому пути, в первую очередь. Затем мы, уже подтвердив и успокоившись, предпринимаем действия для лечения. Если это направление нас успокоило, связь не выявлена, мы переходим к следующему этапу обследования. Идём по пути усложнения, скажем так. 

Оксана Михайлова:

Чтобы подвести промежуточный итог нашего разговора: все-таки, когда нужно родителю бить тревогу при появлении головных болей у ребёнка?

Инна Щедеркина:

Наверное, вы согласитесь, что нет ни одного человека, у которого бы ни разу в жизни не болела голова. Периодически бывает у всех. Но всегда, если головная боль впервые возникла у ребёнка, что для ребёнка не очень характерно, и она достаточно интенсивна, – наверное, это всегда повод обращения к врачу, первое. Второе, допустим, вы на каком-то этапе проходили обследование, вас доктор успокоил: ничего страшного, устал, ещё что-то. Однако, первое, головные боли сохраняются, меняется их характер, локализация, интенсивность, вдруг боль стала сильнее. Второе – появляются ночные головные боли, особенно с рвотой, причём, рвотой, которая не сопровождается предшествующей дурнотой, вдруг резко, фонтаном, не связанная с едой. Это нас всегда настораживает. Всегда помните про онконастороженность, требуется проведение нейровизуализации, в первую очередь. Второй момент – присоединение очаговых симптомов. Ребёнок параллельно стал жаловаться, что у него вдруг резко стало ухудшаться зрение, на фоне головной боли у него стали появляться слабость, неприятные ощущения в теле, стало трудно глотать. Это очаговая симптоматика, причём, она проявляется именно вместе с головной болью. Это наше основное. 

Юлия Каленичина:

Это повод для вызова бригады скорой помощи? 

Инна Щедеркина:

Если у ребёнка резко заболела голова, ещё и рвота – значит, мы не ждём, едем с ребёнком со скорой помощью. Вызвать скорую помощь, если вы испугались, но в некоторых случаях лучше не ждать. К сожалению, были эпизоды и случаи, когда рвота трактовалась, как острое отравление. К сожалению, нет насторожённости. Если нет соответствия рвотам тяжести поражения желудочно-кишечного тракта, то стоит задуматься о том, что причина может быть центрального генеза, то есть поражение головного мозга. Поэтому мы всегда рекомендуем нейровизуализацию. 

Юлия Каленичина:

Такой вопрос: голова болит регулярно, не очень интенсивно, но часто. К какому специалисту обращаться и с чего начинать обследование?

Инна Щедеркина:

Начнём с того, что, поскольку болит голова, чаще всего дети оказываются у невролога. 

Юлия Каленичина:

Педиатр сначала, сейчас к неврологу не запишешься.

Инна Щедеркина:

Педиатр, но педиатр отправляет к неврологу. Количество наших диагностических возможностей с каждым годом расширяется, поэтому проходить все не всегда нужные обследования, получая абсолютно ненужную информацию, наверное, не стоит. Поэтому, первое, смотрит педиатр. 

Юлия Каленичина:

Педиатр может сделать элементарный скрининг? Общий анализ крови, общий анализ мочи.

Инна Щедеркина:

Естественно, если у него есть подозрение, особенно, если ребёнок ещё и часто болеющий, потому что может быть инфекционное. Мы никогда не забываем о синдроме хронической усталости. 

Юлия Каленичина:

Дышит ли ещё нос вопрос. Может быть, перенёс ОРВИ, и там гайморит. 

Инна Щедеркина:

Естественно. Дышит ли нос и чем дышит ребёнок ночью, с открытым ртом он спит или с закрытым. В конце концов, мы дойдём до окулиста, и посмотрим не только глазное дно (почему-то все убеждены), но и остроту зрения. Если он у вас сидит 6 уроков в постоянном напряжении, у него будет болеть голова, потому что напрягаются мышцы околоорбитальные. Это ощущение головной боли. Это всё может сделать педиатр. Кроме того, извините, педиатр, раздевая ребёнка, может видеть, что ребёнок кривой в плане нарушения осанки. Поэтому то же самое, можно бежать вначале не к неврологу, но и к ортопеду тоже стоит дойти, потому что это тоже бывает фактор. 

Юлия Каленичина:

Значит, офтальмолог, невропатолог, ортопед. 

Инна Щедеркина:

Скрининг лабораторный, самый доступный. 

Юлия Каленичина:

Контроль артериального давления в домашних условиях? 

Инна Щедеркина:

Это святое дело, педиатр даёт рекомендации, мы всё проводим. Электрокардиограмму не забываем, тоже скрининговый метод. Эхокардиограмма уже потом может обсуждаться. Наверное, на начальном этапе будет достаточно. Мы не забываем проявление аллергических реакций, потому что, когда у ребёнка кожа зудит, он из-за этого плохо спит. То есть проверяем все факторы, которые могут приводить к нарушению сна. Беседуя с ребёнком, мы можем отметить его тревожный настрой, напряжение, потому что головные боли напряжения носят психоэмоциональный характер. Может быть, уже на первом этапе возникнет вопрос о рекомендации посещения психолога. 

Юлия Каленичина:

Могут же быть не просто переутомления, но и конфликтные ситуации, как дома, так и в школе. 

Инна Щедеркина:

Конечно. Не всегда нам удаётся разговорить ребёнка, мы же не всегда бываем профессионалы, но по тому, как ребёнок реагирует, всегда удаётся почувствовать напряжение. 

Мы упустили ещё один немаловажный и интересный, на мой взгляд, момент. Когда мы говорим про давление, мы все его мерим. Головные боли можно анализировать в динамике, их циркадность, допустим, утром сильнее голова болит или вечером. Существует даже, так называемая, аналоговая шкала боли, от 0 до 10, дети очень любят ей пользоваться. Ребёнок обозначает боль по шкале, мама и доктор по дневнику приступов может видеть, как проявляется головная боль. В выходные, допустим, не болит голова, или выходные не влияют, или на выходные мы не были разгружены от школы, тем не менее, голова не болит. Это тоже всегда помогает, потому что утренние и вечерние головные боли имеют под собой абсолютно другую основу и говорят нам о том, что дополнительно нужно делать в плане обследований. Дети охотно, кстати, пользуются шкалой, они вовлекаются в процесс, иногда это помогает. На календарике мы обозначаем разным цветом головную боль – то чёрная, то жёлтенькая, то красненькая. Сами цвета иногда как элемент цветотерапии. Ребёнок включается, раскрашивает картинки, и ты понимаешь, что у него больше эмоциональный дискомфорт, нежели голова болит.

Что такое «болит голова» или «кружится голова»? Иногда взрослые не могут описать свои ощущения. Точно так же и ребёнок. Если нам удаётся его отвлечь, мы понимаем, что у него чисто психогенная головная боль, связанная со стрессом. Это точно так же может говорить о том, не уходит ли ребёнок из школы из-за головной боли? Такая головная боль может быть поводом для избегания проблем. 

Юлия Каленичина:

Пришёл к медицинской сестре, сказал, что болит голова, ― на контрольную по математике можем не ходить. 

Инна Щедеркина:

Ещё сейчас у всех мобильные телефоны есть: бабушка, мама, у меня болит голова. Они все бегут, забирают. Первый вопрос: что делает ребёнок, когда приходит домой? Играет. Если он пришёл и лёг – да, действительно, ему плохо. Если он пришёл, играет и занимается своими обычными делами – наверное, стоит задуматься, болела ли голова, или была контрольная в школе, или учительница слишком строгая, проблемы с одноклассниками. Часто выявление причин занимает слишком много времени на приёме, не всегда это чисто врачебная функция, но они помогают нам отсеять определённые, сэкономить время наших пациентов и деньги государства. 

Юлия Каленичина:

Инна Олеговна, скажите, пожалуйста, в каких случаях требуются дополнительные исследования, как доктору это понять или родителям?

Инна Щедеркина:

К сожалению, родители у нас очень часто настроены на обследования. Мы с вами сказали, что есть нейровизуализация – компьютерная томография и магнитно-резонансная томография. Мы принимаем решение для обследования, чтобы посмотреть и определиться, что там нет никаких объёмных образований, нет аномалий строения сосудистых, артериовенозных мальформаций и так далее. Мы провели томографию, выявили, что ничего подозрительного нет, но головная боль остаётся, то есть остались другие причины. Да, мы провели лабораторный тест, включая и эндокринные исследования, гормоны посмотрели, исключили инфекционную причину, нам помогли ЛОРы, окулисты, по их части ничего нет. Следующим этапом, как правило, все любят смотреть церебральные сосуды. Наверное, имеет смысл, потому что не зря я вам говорила про утреннюю или вечернюю головную боль. Связана ли она с гипоксией, связано ли она с ездой в транспорте, у детей достаточно часто бывают спинозные головные боли. Тогда нам помогают исследования – транскраниальная допплерография и ультразвуковая допплерография, достаточно распространённые и доступные методики. Они делаются в районных поликлиниках, консультативных центрах районных поликлиник, то есть второй уровень, пожалуйста. Всё доступно, делается бесплатно, аппаратура стоит достаточно хорошая. Вопрос может стоять, может быть, в качестве исследования, пересмотре. 

Юлия Каленичина:

Направить должен врач-невропатолог? 

Инна Щедеркина:

Невролог, врач-невролог. Он ставит конкретные вопросы. Не просто так, сходите и сделайте. Он понимает, для чего он направляет, потому что он должен трактовать, должен приложить результаты к клинической картине. Он должен объяснить родителям, является ли это причиной, необходимо ли корригировать каким-то образом, не медикаментозно или медикаментозной терапией. Направляет врач-невролог.

Если возникают пароксизмальные головные боли – приступообразные, отпускающие, то в некоторых случаях дети нуждаются в проведении электроэнцефалографии. То есть в данном случае амбулаторно смотрим биоэлектрическую активность коры головного мозга. Объём есть разный, но для скрининговой рутинной электроэнцефалограммы, которая проводится 30 минут, достаточно для принятия того или иного решения в плане терапии. 

Юлия Каленичина:

В каких случаях лучше провести стационарное обследование, плановое? 

Инна Щедеркина:

Согласитесь, в стационаре всё быстрее, всё проводится компактно. В некоторых случаях, когда головные боли частые, интенсивные и нуждаются в параллельном проведении обезболивания у ребёнка, то логичнее всего провести исследование до начала терапии, чтобы она нам не исказила картину. Допустим, если назначена сосудистая терапия, то под воздействием сосудистых препаратов не будет истиной картины. Тоже мы всё взвешиваем. Иногда, действительно, мы госпитализируем таких детей, кто-то приходит самотеком интенсивно, кто-то укладывается на плановую госпитализацию.

В некоторых случаях родители говорят, что мы посмотрели сосуды, сделали МРТ с ангиографией, где видны сосуды. Надо понимать, что это не одно и то же. Ангиография показывает, что сосуды построены правильно, их картинка правильная, но, как они функционируют – можно оценить только с помощью ультразвуковых методик: скорости потока, перепада скоростей, сосудистые индексы. Надо понимать, что одно исследование дополняет другое, не заменяет ни в коем случае. Есть методы исследования, которые носят уже исторический характер, комментировать их в наше время уже сложновато. Реоэнцефалография, родители иногда приносят. Методика косвенная, она во всем мире имеет исторический характер, есть в музеях истории медицины. Поэтому, делать такое исследование, а ещё и допплерографию, абсолютно бесполезно и не нужно. Экономьте время, не втягивайте ребёнка в лишние обследования. 

Юлия Каленичина:

Скажите, пожалуйста, чем помочь ребёнку? Заболела голова, вроде бы не настолько, чтобы куда-то бежать экстренно в ночь. Чем помочь?

Инна Щедеркина:

Стандарты оказания помощи при головной боли едины. Мы сейчас все работаем по международным стандартам, рекомендациям. До 12 лет для купирования эпизодической головной боли используются нестероидные противовоспалительные средства. Наш любимый в России нурофен, панадол и так далее. Кстати, стоит отметить, прежде всего мы говорим об эпизодической головной боли, то есть она редко встречается. Поэтому мы купируем, только когда болит голова, не проводим никакую поддерживающую терапию. Если головная боль хроническая, то есть у ребёнка больше 15 дней в месяц болит голова, достаточно мучительное состояние, то здесь профилактический подход, с подбором терапии. В некоторых случаях мы перелечиваем детей. Голова болит раз в месяц, раз в 2 месяца, ребёнок 2 месяца пьёт сосудистую терапию. Терапия должна назначаться только по результатам обследования. Это один момент.

Второй момент касается наших старших детей. Даже если эпизодические боли, совет родителям всегда контролировать, сколько таблеток выпивает их ребёнок. Он знает, что ему от головной боли надо выпивать такую-то таблетку, в аптечке лежат таблетки, он периодически их пьёт и не жалуется на головную боль маме. Он маме не жалуется, но таблетки пьет самостоятельно. Мама смотрит в аптечку, и оказывается, ребёнок за месяц уже выпил пачку нурофена. Наверное, проблема гораздо более серьёзная, и надо обратиться уже к врачу или сменить терапию. Мама всегда должна контролировать, сколько таблеток выпивает ребёнок, если он самостоятельный. С этим тоже сталкивались, вопрос важный. Пусть у ребёнка будет таблетка где-то в кошельке, в сумке, но, мама открыла кошелёк и поняла, что действительно болела голова, а он не сказал. Надо отслеживать.

Точно так же надо отслеживать, насколько ипохондричная семья, которая любит пожаловаться. Дети, особенно младшего возраста, тоже могут втягиваться в описание жалоб, как, например, бабушка рассказывает. Они впитывают, как губка, они развиваются по образу и подобию. Как взрослые действуют ― так же точно и они действуют, поэтому 6-летний ребёнок может рассказывать, как у него хрустело, как у него болела голова, ещё что-то. Это явно бабушкины слова. Мы, взрослые, тоже вносим свою лепту, когда обсуждаем при ребёнке многие вопросы с особенностями головных болей. Родитель придет от кардиолога, обсудит, а ребёнок расскажет нам уже про головные боли профессионально, и не только про головные боли, но и в области сердца. Поэтому, если родители знают особенности своего ребёнка, то в некоторых случаях мы даже предпочитаем некоторые психоэмоциональные нюансы обсуждать в отсутствие ребёнка в кабинете. Это достаточно сложная работа, каждый врач является одновременно и психологом. 

Юлия Каленичина:

Дайте, пожалуйста, общие советы по режиму дня, может быть, по питанию, по занятиям спортом детям с частыми головными болями. Возьмём те же самые боли напряжения.

Инна Щедеркина:

Основное, что у детей головные боли и гиподинамия, тоже становится большой проблемой. Дети слишком много сидят, слишком мало двигаются. Помните, говорили: движение - это жизнь. Гимнастика. Сейчас абсолютно растренированные дети, они очень много сидят, во дворе сидят, дети очень редко бегают, они сидят, играют в телефоне. Поэтому движение обязательно. Если ребёнок имеет возможность, школа находится в 1-2 остановках от дома, наверное, не стоит приезжать за ребёнком на машине, а стоит пройтись, подвигаться, хотя бы дорога до школы и обратно. Второй момент – конечно, сон. Устрашающая статистика, её опубликовала Всемирная организация здравоохранения. Они, правда, взяли подростков от 12 лет, но до 80 % подростков недосыпают. Ещё одна из причин, почему они страдают головными болями – они просто утомляются. 

Юлия Каленичина:

Сколько должен спать подросток?

Инна Щедеркина:

Подросток должен спать порядка 9 часов. Когда я озвучиваю всем своим родителям, все говорят: нереально, такое количество уроков, ещё что-то, такой ритм жизни… Биологию пока ещё никто не отменял. Потребности, особенно у подростков, высокие, они много энергии тратят на рост, вы не забывайте, причём, рост интенсивный, необходимо восполнение затрат. Они гораздо более сенситивны, более чувствительны, поэтому и на эмоции свои тратят. Плюс, на этот же период приходится большая школьная нагрузка. Поэтому когда-то был любимый диагноз вегетососудистая дистония пубертатного возраста, очень популярным был, хотя нет такого заболевания в международной классификации болезней. Это именно состояние ― преходящее состояние дисфункции, то есть срыв процессов адаптации. Наша вегетативная нервная система помогает нам адаптироваться к условиям меняющейся окружающей среды, внутренней среды. Когда происходит срыв, появляются жалобы. Помимо головной боли, на фоне головной боли могут быть слабость, бледность, потливость, куча изменений, сухость во рту, изменение кожных покровов в плане фурункулёзов, много других изменений, достаточно характерных для наших подростков. Причины - мало спал, мало двигался.

Замечательно помогает фитотерапия, растительная терапия. Прекрасно работают успокаивающие – и пустырник, и настойка пиона, боярышник, всё работает как в виде отваров, так и в виде настоек. Ребёнок, допустим, с гипотонией или быстро истощаемый, не обязательно пить химические препараты, а препараты, допустим, женьшеня, эхинацеи, много существует наших стимулирующих трав, прекрасно работающих. Почему-то существует предубеждение, что эти препараты повышают давление. Уже было доказано, что они не повышают, они его стабилизируют. Кстати, были ещё наши военные наработки, проводили исследования еще в Советском Союзе в европейской части и на Дальнем Востоке. Они говорили, что употребление именно этих препаратов способствует адаптации, облегчению, приспособлению к меняющимся условиям атмосферного давления, влажности, плотности, кислорода. Они адаптогены, прекрасно работают. Не обязательно бежать, тратить деньги, покупать ноотропил или ещё что-то, который только может ухудшить сон. Поэтому витаминотерапия обязательна. Отсюда омега-3, полиненасыщенные кислоты, витамины группы В, микроэлементы, магний тот же. 

Юлия Каленичина:

По питанию какие можете дать советы?

Инна Щедеркина:

Питание должно быть рациональным. 

Юлия Каленичина:

Сейчас многие подростки, особенно девочки, стремятся минимизировать своё питание, сводя его совсем к минимуму. 

Инна Щедеркина:

Это наша беда. С одной стороны – стандарты, навязанные извне, глянцевыми журналами. Пытаемся объяснить, потому что подросток, любой ребёнок должен получать достаточное количество белков, жиров и углеводов. Всё должно быть, и углеводы тоже должны быть. Если они боятся поправиться, то углеводы должны быть легкоусвояемые. Второй момент, очень модный, сейчас одно из направлений; на мой взгляд, не только модное, но и правильное – нутрициология, когда мы пытаемся регулировать нашу жизнедеятельность именно употреблением или исключением из нашего рациона тех или иных продуктов, которые могут приводить к нарушению поведения. Помните увлечение сахарами, что именно сахара могут приводить к изменению поведения детей? Сахара тоже бывают хорошие и плохие. Утром вы не начнёте функционировать, не подкормив ребёнка, потому что углеводы – самая быстрая энергетическая подпитка. Не позавтракал – и ты первые 2 урока выпадаешь из активной жизни. Точно так же необходимо и девочкам, которые созревают, им без жиров не обойтись, потому что половые гормоны - это жирорастворимые гормоны. 

Юлия Каленичина:

Как вы относитесь к вегетарианству? 

Инна Щедеркина:

Категорически, моё личное мнение, чтобы меня не обвинили в нетолерантности. Но, в некоторых странах стали запрещать детям вегетарианство. Семьи не все выполняют, да, но в большом городе при хорошем достатке семьи получать ребёнка с анемией II–III степени только из-за того, что семья оказывается веганами или вегетарианцами, наверное, тоже неправильно. Анемия сказывается на развитии ребёнка. Наши девочки должны думать о том, что они будущие мамы. Если мы недополучаем что-то, у нас сбивается всё, прежде всего, менструальный цикл. К сожалению, много чего может не восстанавливаться. Мальчики почему-то совсем не думают, хотя половые гормоны у них точно такие же. Поэтому диспропорциональный рост, поэтому много жалоб, точно так же всё. Поэтому – движение, рациональное питание, достаточный сон, меньше фиксированных поз, меньше компьютера, потому что компьютер – это, скажем так, эмоции при отсутствии движения. Должно быть всё рационально. Здоровый образ жизни. 

Юлия Каленичина:

Спасибо вам большое, Инна Олеговна! Передача была насыщенной и активной, надеемся, мы были полезны слушателям.