Роддома Москвы. Открытие нового ПЦ

Акушерство

Тэги: 

Татьяна Буцкая:

Друзья, добрый день! Сегодня по гранту мэра Москвы запускается работа по внедрению системы открытых роддомов. Я очень рада приветствовать сегодня на нашем эфире главного внештатного акушера-гинеколога Департамента здравоохранения города Москвы Антона Сергеевича Оленева. Я думаю, что у наших зрителей сейчас будет много вопросов, но еще больше вопросов я собрала, когда готовилась к эфиру. Давайте начнем с самого начала.

Родома в Москве все разные, разного уровня. Есть перинатальные центры, есть обыкновенные городские роддома. Расскажите нам, как они подразделяются?

Антон Оленев:

На сегодняшний день в Москве 24 учреждения родовспоможения, и каждое из них имеет ту или иную специализацию, гласную или негласную. Сегодня, помимо направленности по тем или иным нозологиям и заболеваемости, ряд домов специализируются на тех или иных видах родов. Мы знаем, что есть родильные дома, которые специализируются на вертикальных родах, на проведении родов с рубцом на матке, но это больше специализация, которая развилась в ходе работы всего коллектива и направления руководителя. Если говорить номенклатурным языком, то существуют учреждения родовспоможения первого, второго и третьего уровня. В Москве нет учреждений родовспоможения первого уровня – родильные отделения на территории больниц. Ввиду региональных особенностей, ввиду своей территориальной принадлежности в Москве нет потребности в таких роддомах, все родильные дома разделяются на учреждения второго уровня и учреждения третьего уровня в Москве 5 стационаров, учреждений третьего уровня.

Татьяна Буцкая:

Может ли беременная женщина, имея полис ОМС, выбрать любой из роддомов?

Антон Оленев:

Да, любая беременная жительница Российской Федерации имеет право на выбор любого роддома на территории страны, это прописано в нашем основном, 323-м Федеральном законе. Что очень важно, что очень интересно, каждое учреждение не только привлекает пациентов, оно и заинтересовано напрямую в привлечении пациентов. Это радует, потому что здоровая конкуренция приводит только к повышению качества.

Татьяна Буцкая:

В регионах часто бывает так, что перинатальный центр принимает беременных только с высоким риском по родам, либо диагностируются какие-то проблемы с ребеночком. В Москве беременная может выбрать и перинатальный центр, и роддом второго уровня, здесь ограничений нет?

Антон Оленев:

Конечно, одним из основных приоритетов перинатальных центров и родильных домов при многопрофильных больницах являются осложненные беременности, но и любая женщина с физиологически протекающей беременностью, с нормальным процессом может выбрать тот или иной роддом, который ей нравится, сейчас есть все возможности. Помимо того, есть определенная медицинская специализация учреждений на тех или иных заболеваниях сердечно-сосудистой системы у женщин. В качестве примера – больница № 15 имени Н.Ф. Филатова, которая специализируется на заболеваниях сердечно-сосудистой системы, больница им. А.К. Ерамишанцева № 20 ― на заболеваниях мочевыделительной системы, любых почечных осложнениях. Есть 2 стационара, которые специализируются на диабете у беременных – родильный дом № 25 при Первой градской и 29-я городская больница. Достаточно много таких направлений. Есть учреждения и перинатальные центры, которые специализируются на преждевременных родах, и здесь мы тоже можем остановиться отдельно. Это те 5 родильных домов, которые принимают на себя наиболее сложный контингент беременных, у кого роды случаются раньше срока, у них есть все возможности для выхаживания недоношенных детишек в дальнейшем. Таких учреждений 5: 24-я больница, в которой непосредственно работаю я, городская больница № 29, больница № 70 им. Е.О. Мухина, в Зеленограде больница М.П. Кончаловского.

Татьяна Буцкая:

А Центр планирования входит? Центр планирования специализируется, по-моему, на резус-факторе?

Антон Оленев:

Центр планирования – это родильный дом, который специализируется на заболеваниях, связанных с кроветворной системой; это любые заболевания крови и заболевания, связанные с резусом и резус-сенсибилизацией у беременных.

Татьяна Буцкая:

То есть, кроме того, что в Москве много роддомов, и вы можете выбрать любой, который вам нравится, куда зовет вас сердце, еще есть и направления в зависимости от вашего состояния. Поэтому, если вам в женской консультации говорят, что вам лучше выбрать перинатальный центр при 15-й ГКБ, потому что у вас проблемы с сердцем, то лучше послушать врачей. Хотя, в принципе, сейчас направления, как такового, в женской консультации не должны давать?

Антон Оленев:

Да, мы обсуждаем активно и говорим о том, что не требуется дородовая госпитализация, если нет на то показаний. Но есть ряд больших, многопрофильных больниц, мы их с Вами забыли упомянуть больницу С.С. Юдина, которая является частью большого многопрофильного стационара. В ней есть любые профили, начиная от терапевтических, хирургических, и заканчивая узкоспециализированными направлениями, которые позволяют на высоком уровне оказать помощь всем, в том числе и беременным женщинам с теми или иными осложнениями беременности, так или иначе связанными или не связанными. Ведь, помимо непосредственно беременности может развиваться любой патологический процесс.

Татьяна Буцкая:

На плановое кесарево сечение тоже выбирать стационар, либо из женской консультации дают «прописку» в определенный роддом?

Антон Оленев:

Для этого как раз и созданы дни открытых дверей, о которых мы сегодня поговорим, для того чтобы привлечь и дать возможность понять женщинам, как сделать выбор в ту или иную организацию. В Москве система выстроена таким образом, что женские консультации не являются частью поликлиническо-амбулаторного звена, не являются частью поликлиник. В 2017 году все женские консультации были юридически прикреплены к большим многопрофильным учреждениям – к акушерским стационарам. Каждое объединение, которое имеет в своем составе женскую консультацию, родильный дом, большую многопрофильную больницу, заинтересовано, чтобы весь комплекс услуг оказать в одном месте и сделать всё максимально своевременно, грамотно у себя. Поэтому в женской консультации в первую очередь беременным предлагается тот стационар, частью которого является женская консультация. Но любая беременная, если она не имеет тех или иных осложнений беременности, может выбрать любой стационар на свое усмотрение, любой родильный дом, и каждый родильный дом будет, безусловно, рад.

Татьяна Буцкая:

Раз уж мы упомянули дни открытых дверей, давайте перейдем к 10-ти критериям открытых роддомов. Критерий № 1 – это день открытых дверей, которые в Москве проводятся, по-моему, уже 4 года. Каждый родильный дом с частотой даже раз в неделю, не раз в месяц, дает возможность будущим мамам прийти, познакомиться с врачами, с отделением, посмотреть палаты. Расскажите о 4-летнем опыте, какие эмоции от проведения дней открытых дверей?

Антон Оленев:

Здесь, Татьяна, в первую очередь мне хотелось бы сказать слова благодарности Вам.

Татьяна Буцкая:

Спасибо!

Антон Оленев:

Тот марафон по роддомам, в основе которого лежали Ваши усилия в привлечении пациенток и в большей открытости, конечно, внес большой вклад в открытость, которая есть на сегодня, и его сложно переоценить. Мы на сегодняшний день имеем уже постоянный опыт, у нас есть уже опыт еженедельного привлечения пациентов на день открытых дверей, они активно приходят. Если раньше день открытых дверей был событием, диковинкой, когда раз в месяц мы приглашали пациенток, они не очень активно приходили, знакомились с коллективом, знакомились с роддомом, то сегодня это еженедельная рутинная практика, в частности, в нашем учреждении, в перинатальном центре при 24-й больнице. По средам мы приглашаем всех без предварительной записи к 2-м часам дня для того чтобы прийти и познакомиться с нашим родильным домом. Что мы получаем и что мы видим? Во-первых, все реже и реже мы видим женщин, которые посещают только один день открытых дверей, и достаточно часто они посещают 3, 4, 5 родильных домов, чтобы сравнить и сформировать свое мнение. У них появляется возможность выбора роддома на свое усмотрение не только по медицинским критериям, не только по прикреплению или специализации, а именно по их мнению, что они увидели непосредственно сами, что им рассказали и насколько им близко.

Татьяна Буцкая:

Значит, первый пункт в Москве выполняется, и я думаю, что всем московским роддомам поставим здесь галочку. Мне кажется, даже инфекционные роддома проводят встречи?

Антон Оленев:

Да, даже инфекционные родильные дома. Я был во всех учреждениях родовспоможения Москвы, но условия, которые сформированы, допустим, в клинической инфекционной больнице № 2, расположенной на территории большой инфекционной больницы, настолько высокого уровня, что зачастую беременные даже без тех или иных инфекционных заболеваний выбирают этот родильный дом, потому что там предприняты все меры инфекционной безопасности. Там, действительно, не такое большое количество родов, и зачастую именно по своему желанию они и выбирают этот стационар.

Татьяна Буцкая:

Да, я хочу подтвердить Ваши слова. Мы там были несколько лет назад с марафоном по роддомам, сняли тогда видео, которое мы неоднократно показывали на различных мероприятиях, и никто не верит, что это снято внутри инфекционного роддома, настолько там все современно. Поскольку учреждение инфекционное, в нём присутствует некая камерность, она создает ощущение индивидуального родильного бокса, единения с семьей. Поэтому, друзья, если вдруг кого-то отправляют в инфекционный роддом ― не надо бояться, потому что, правда, там созданы все условия для комфортных родов.

Следующий пункт – партнерские роды.

Антон Оленев:

Партнерские роды – это потрясающий опыт, который мы получаем, в нормативной базе есть рекомендации об обеспечении такой возможности. Но, непосредственно правила проведения партнерских родов устанавливает руководитель на месте, в каждом учреждении отдельно, и принимает решение непосредственно администрация, как они будут проводить. Изначально это были редкие опыты, чаще всего связанные с контрактными родами; на сегодняшний день у нас есть абсолютная уверенность, что, чем больше наша прозрачность, чем чаще мы привлекаем мужей на партнерские роды, тем больше удовлетворенность от процесса, и тем меньше возникает у нас недопониманий. В рамках партнерских родов мы в ряде учреждений создали комнаты комфортного пребывания для пап, которые присутствуют на родах, и создаем все условия, чтобы они могли отдохнуть, перевести дух и побыть со своей женой столько долго, сколько потребуется.

Татьяна Буцкая:

Кстати говоря, я тоже хотела обсудить вопрос комфортности пребывания папы в родах. Часто можно видеть очень комфортный родильный зал для женщины и маленькую табуреточку, на которой гипотетически может сесть папа. Если вдруг папа садится на кровать, то сразу прибегает медицинский персонал и требует: «Встаньте, Вы что, это неправильно!» Вы отсматриваете роддома, может, вы порекомендуете, что, какие создать комфортные условия для пап?

Антон Оленев:

Во-первых, мы действительно рекомендуем создать условия непосредственно в родильном зале, чтобы папе было комфортно находиться. Но папы бывают очень разные, мы сталкиваемся с разными папами, и нас всегда радуют те пары, которые подготовились, заранее распределили роли, они знают, что будет делать папа. К сожалению, хоть и крайне редко, мы встречаемся и с папами, которые пришли туда по принуждению. По большей части пары подготовлены, ты сразу чувствуешь атмосферу в родильном зале. Зачастую включается легкая расслабляющая музыка, папа всегда может сделать легкий массаж, он может посадить более комфортно, может постоять с супругой. Те или иные техники прописаны, мы тоже рассказываем о них на днях открытых дверей и стараемся, чтобы совместное пребывание было более комфортным и результативным для мамы и папы.

Татьяна Буцкая:

Да, чтобы он помогал, чтобы не просто там сидел, а был активным участником процесса. Хорошо, если не папа, то кого вы еще можете пустить на партнерские роды?

Антон Оленев:

У нас в законе прописано, что такая возможность предоставляется супругу или иному члену семьи. Если наши пациенты обращаются с таким заявлением ― да, после прохождения необходимого минимального медицинского обследования. Мы должны быть уверены в безопасности не только этой женщины, но и других пациентов, пребывающих в родильном блоке, в родильном зале; в родильном доме безопасность должна быть обеспечена на высоком уровне.

Татьяна Буцкая:

Какие анализы просите?

Антон Оленев:

Правила в разных учреждениях разные. В учреждении, где работаю я, требования достаточно простые, я считаю, минимальные. Это флюорография или компьютерная томография легких (уже практически ушли мы от флюорографии) и вакцинация или наличие иммунитета от кори. Родственников с теми или иными проявлениями инфекционных заболеваний мы стараемся не допускать, ограничиваем, потому что это небезопасно не только для окружающих, но и непосредственно для семьи.

Татьяна Буцкая:

То есть муж или любой родственник, который имеет при себе справки. У них есть срок годности?

Антон Оленев:

Мы стараемся пригласить заранее, чтобы был выбор сделан осознанно, и чтобы персонал не был вынужден в ночное время проверять те или иные справки. Мы приглашаем заранее написать заявление, у нас это можно сделать в женской консультации, чтобы патологические изменения в анализах не были неожиданностью для семьи, что им не получится прийти, чтобы они пришли не только с результатами, но уже и с подписанным заявлением. Подписанное заявление в большей степени регламентирует порядки, там прописаны правила партнерских родов: как приходить, когда приходить, что мы рекомендуем с собой взять, какие есть возможности у папы.

Татьяна Буцкая:

Наверное, вы не разрешаете шерстяную одежду, наверное, вы говорите, что с собой лучше взять хлопчатобумажную либо легкую трикотажную одежду, потому что в родильном зале тепло, и когда они приходят тепло одетые, то некомфортно себя чувствуют.

Хорошо, перейдем к следующему вопросу. Гигиенические процедуры: клизма, бритье. Правда ли, что женщина может сказать: «Нет, не хочу!» – и ей делать не будут?

Антон Оленев:

Я столкнулся с этим вопросом сразу после того, как вышли нормативные рекомендации, позволяющие их не делать. Честно Вам скажу, не скрою, первое время очень сложно было перестроить весь персонал, перестроить коллектив и не производить процедуры, которые длительное время проводились, были регламентированы. Но на сегодняшний день они проводятся только по желанию, только если пациентка попросит, если действительно есть пожелание со стороны пациентов, без какого-либо принуждения. Мы отказались уже от доказанных неэффективных методик, которые длительное время применялись – прикладывание льда на низ живота после родов. Действительно, методика неэффективна. Клизма и бритье не только не улучшают, но зачастую и ухудшают микрофлору беременной.

Татьяна Буцкая:

То есть любая процедура, которая делается в роддоме – всегда вероятность того, что женщине может попасть внутрибольничная флора, поэтому, если она хочет привести себя в порядок перед родами, то может спокойно всё сделать дома, правильно? Никто же не запрещает подготовиться к родам и перед выездом, если есть возможность, поставить себе тот же самый микролакс либо клизму. Дома можно сделать?

Антон Оленев:

В этом, на самом деле, и нет большой потребности, постановка клизмы не несет медицинского смысла, а бритье мы не рекомендуем непосредственно перед родами, потому что кожа становится более восприимчивой к любому виду инфекций, это небезопасно для флоры беременной.

Татьяна Буцкая:

Хорошо, третий пункт мы прошли. Четвертый пункт – полная информированность женщины о процедурах, которые с ней собираются проводить, о лекарствах, которые ей собираются вводить. Я знаю, что при поступлении в роддом женщина подписывает несколько бумаг, которые являются информационным согласием. Первый вопрос: есть ли возможность у женщины заранее посмотреть бумаги, а не хаотично подписывать их в схватках, и что именно там написано?

Антон Оленев:

Вы задали очень интересный вопрос, очень правильный, очень актуальный. Действительно, количество бумаг, которые подписывает пациентка непосредственно перед госпитализацией в родильный дом, вызывает много вопросов. В них есть необходимость, но зачастую в ходе родовой деятельности ознакомиться с таким объемом достаточно тяжело. Мы обсуждаем вопрос, чтобы сделать всё централизованно, но каждое учреждение принимает самостоятельное решение, как ускорить процесс, как сделать его более комфортным.

Учреждение, в котором работаю я, разместило на официальном сайте все информированные согласия, которые необходимы при госпитализации в родильный дом. Мы разместили анкету, в которой пациентка в спокойном режиме, находясь дома, вне родовой деятельности может ответить на вопросы, которые могут вызвать у нее затруднения по заболеваниям в течение ее жизни. Она может спросить у своих родителей, может поднять те или иные выписки и в спокойном режиме заполнить дома. Это сделает процесс госпитализации более комфортным и для женщины, и для медицинского персонала, потому что они заранее будут видеть, будет полная информация. Помимо того, на сайте размещены информированные согласия на проведение, к примеру, вакцинации новорожденного, поскольку необходимо принять решение в первые часы после рождения. Зачастую тот золотой час, когда родильница находится со своим ребенком, жаль тратить на ответы на те или иные вопросы, лучше насладиться первыми минутами совместного пребывания. Поэтому заранее можно ознакомиться, заранее принять решение, будет женщина вакцинировать своего ребенка или нет, и непосредственно при госпитализации задать интересующие вопросы и ответить, будет ли она проводить вакцинацию или те или иные процедуры.

Татьяна Буцкая:

То есть, друзья, у вас есть возможность заранее ознакомиться. На сайте роддома при ГКБ 24, главным врачом которого является сегодняшний гость Антон Сергеевич, вы можете посмотреть. В другом роддоме обратитесь с вопросом в день открытых дверей, я думаю, что вам не откажут в информации, либо вам дадут распечатанные бланки, либо вы тоже сможете найти информацию на сайте.

Может быть, поделимся какими-нибудь лайфхаками? Например, как обезопасить себя от того, что тебе скажут, что делают глюкозу, а на самом деле сделают окситоцин? Надо ли женщине каждый раз требовать показать ампулу, из которой ей вводят, показать, что написано на том флаконе, который капает? Все этого боятся. Все боятся, что пациента введут в заблуждение, поставят не то, что сказали.

Антон Оленев:

Я думаю, здесь вопрос, который в меньшей степени касается медицинского сообщества. Действительно, в обывательской среде бытует мнение, что персонал по каким-то причинам чаще использует те или иные утеротонические средства. Это далеко не так, любой грамотный акушер-гинеколог скажет, что, чем чаще требуется применение тех или иных препаратов, тем выше риски того, что роды будут протекать с теми или иными осложнениями. Поэтому, наоборот, неиспользование окситоцина, выжидательная тактика является нашей золотой линией, по которой мы движемся. На мой взгляд, партнерские роды, максимальная прозрачность являются, так скажем, страховкой от опасений, которые Вы озвучили. Это, скорее, является исключением из правил, во всех учреждениях, с учетом здоровой конкуренции, которая действует, это не является рутинной практикой.

Татьяна Буцкая:

В общем, да, мне тоже хочется сказать, что в московских роддомах уже многие опасения женщин ушли уже в далекое прошлое, никто ампулу из-под полы не достаёт. Тем более, что и видеокамеры установлены, и у вас идет очень серьезный контроль за работой врачей. Поэтому рожайте в московских роддомах, и у вас не будет никаких неожиданных ситуаций!

Эпидуральная анестезия. У нас в критериях открытых роддомов написано, что эпидуральная анестезия должна предоставляться женщине бесплатно. Мы неслучайно ввели этот критерий, мы со временем введем его по всей России, во многих регионах до сих пор эпидуральная анестезия платная. Я только сегодня просматривала сообщения, написали, что в Нижнем Новгороде за эпидуральную анестезию просят 8000 рублей. Расскажите, пожалуйста, как в московских роддомах обстоит ситуация?

Антон Оленев:

Эпидуральная анестезия на сегодняшний день – самый безопасный метод обезболивания. Он используется в нашей рутинной практике, и анестезиологи родильных домов овладели им в полном объеме, нет абсолютно никаких сложностей. Мне даже сложно представить, что она может быть платной или бесплатной. Мы длительное время стремились и пришли уже к тому, что у нас достаточно высокий, на мой взгляд, процент обезболивания эпидуральной анестезией, но в противовес ему, наоборот, сейчас появляется все больше и больше пациентов, которые не хотят ей пользоваться, хотят, чтобы роды прошли без эпидуральной анестезии, без вмешательств. Мы подстраиваемся под любых наших пациентов, в зависимости от их выбора. Мы пациенткам предлагаем, и она непосредственно решает, соглашаться ей или не соглашаться на процедуру. В московских родильных домах эта процедура абсолютно точно бесплатна, ее проводят рутинно.

Татьяна Буцкая:

Но, Ваше личное отношение? Через Вас, наверное, уже несколько тысяч детей родились. Есть ли особенность у детишек, которые рождаются после эпидуральной анестезии?

Антон Оленев:

Нет. Из доказанных особенностей, эпидуральная анестезия достоверно удлиняет второй период родов, и эпидуральная анестезия достоверно чаще требует после себя в дальнейшем применения окситоцина, что как раз и связано с удлинением продолжительности родов. Но, осложнений, отдаленных результатов ни в нашей, ни в мировой литературе на сегодняшний день не описано.

Татьяна Буцкая:

В общем, мода бывает, и сейчас пошла (в столице – точно) мода отказываться от эпидуральной анестезии. Кстати, поступает девушка, которая решила: я точно буду рожать без эпидуральной анестезии! Она в приемном отделении написала отказ, а потом понимает, что такое роды, и думает: «Нет, я была неправа. Я хочу эпидуральную анестезию». Если у нее подписан отказ, она может позвать врача и попросить сделать?

Антон Оленев:

Подавляющее большинство пациентов, которые предварительно не рассматривают эпидуральную анестезию в своих родах, в дальнейшем зачастую на нее соглашаются. Достаточно, мне кажется, правильно. Многие пациенты уже приходят с, так называемым, планом родов, который содержит нюансы и моменты, которые они хотят видеть в своих родах. Они заранее прописывают свои пожелания, начиная непосредственно с подготовки, с тех санитарно-гигиенических моментов, которые мы с Вами обсудили, в приемном отделении, заканчивая моментами, которые будут после родов. Как правило, тот золотой час, когда пациентка хочет, чтобы ребенок находился рядом с ней, на животе, чтобы неонатолог осматривал его непосредственно на груди у матери, если позволяет ситуация. Зачастую пациенты приходят с пожеланиями, какую музыку они хотят слышать в процессе родов или в период схваток. Здесь, наверное, правильнее заранее определиться с теми или иными моментами, а поменять все можно в любой момент.

Татьяна Буцкая:

Прежде чем мы перейдем к грудному вскармливанию и послеродовому отделению, я хотела задать Вам вопрос, который тоже является одним из критериев открытого роддома. Есть ли возможность при возникновении вдруг спорных ситуаций между женщиной, мужем и бригадой, конкретным врачом, который принимает роды, позвать в качестве третейского судьи кого-то из администрации, либо привлечь страховую компанию? Это же человеческие отношения, они иногда не сходятся. Зовут Вас? Чью сторону Вы принимаете?

Антон Оленев:

Я хочу сказать, что, особенно, при партнерских родах, когда присутствуют мужья, я не встречался ни с одной жалобой, ни с одним обращением, когда пара была недовольна или у них не было контакта с дежурной бригадой. Дежурная бригада – это, как минимум, 2-3 врача, и пациент имеет право выбора врача, если есть возможность. Если нет взаимопонимания, мне кажется, вопросы решаются достаточно сразу, на уровне взаимодействия. Честно говоря, данная проблема не является актуальной, мы с ней не сталкиваемся.

Татьяна Буцкая:

То есть муж на родах еще и как бы эмоциональная прокладка между всеми проблемами и непосредственно родами. Вы рожаете – муж, если что, поможет справиться со всеми другими проблемами. А если женщина одна? Очень часто пишут, причем, проблема общероссийская, не московская, что чаще всего младший медицинский персонал зайдет, словом ранит – и всё. Ведь роды – очень эмоциональный процесс. Есть ли возможность у женщины кого-то позвать, попросить защиты?

Антон Оленев:

Конечно, помимо расположенных везде для пациентов контактных данных администрации, мы очень большое внимание уделяем этому вопросу. Мы мониторим социальные сети, мы имеем возможность работать с рубриками вопросов-ответов, с сервисами отзывов. Мы всегда смотрим, если тот или иной сотрудник имел неосторожность что-то сказать, мы всегда сразу реагируем на ситуацию. Это редкость, наверное, исключение из правил, чем практика.

Татьяна Буцкая:

То есть, если что-то произошло, можно написать на сайт роддома, либо в чат. Мы буквально позавчера проводили «Беременные посиделки», к нам приходил врач из перинатального центра Зеленограда. Он сказал, что у них есть чаты, в которые подключены врачи роддома, и в чатах женщины, которые собираются у них рожать. Если там кто-то напишет, что у меня такая-то проблема, то на нее отреагируют сразу все. Я спрашиваю врача: «Как вы не боитесь?» Он говорит: «Всё уже отлажено, уже не боимся».

Антон Оленев:

Да, действительно, так и есть, мы становимся максимально прозрачными; мы тоже смотрим, тоже находимся, создаем те или иные группы социальной активности. Очень важный момент, Вы его сейчас озвучили, что любой негативный случай… Бывает, что роды прошли хорошо, с ребенком все хорошо, и мама выписывается на вторые-третьи сутки после родов. Но потом, по результатам неосторожно сказанного слова у женщины остаётся, так скажем, не очень приятное воспоминание о родах, что в дальнейшем может послужить поводом не сделать свой репродуктивный выбор. Поэтому мы стараемся сделать условия пребывания в роддоме максимально комфортными, чтобы период нахождения в роддоме был связан только с приятными воспоминаниями, не было никаких негативных отзывов.

Татьяна Буцкая:

Об этом я скажу в заключительном слове, в этом вся суть системы открытых роддомов. Очень важно, чтобы роды прошли так, чтобы женщине захотелось еще раз к вам вернуться, чтобы ей настолько там все понравилось, что она сказала: «Рожать детей так круто! Я еще и еще раз хочу сюда возвращаться!»

У нас осталось еще 2 больших пункта системы открытых роддомов. Поддержка грудного вскармливания, которая начинается буквально с первых секунд общения мамы и ребенка, и вплоть до совместного пребывания, отсутствия докорма. Когда малыш появился, его сразу должны приложить к груди в родзале. Конечно, он не кушает молоко, но очень важны капли молозива, которые к нему попадают. Как это сейчас работает в московских роддомах?

Антон Оленев:

Это направление очень активно развивается. Сейчас применяются те технологии, в частности, в родильном доме, в котором работаю непосредственно я ― сразу после рождения ребенок выкладывается маме на живот. Задача персонала – создать все условия, чтобы первый час, так называемый, золотой час, он пробыл в непосредственном контакте с мамой, минимизировать внешнее воздействие. Да, мы должны убедиться, мы должны быть уверены, что с ребенком все нормально, поскольку пациентка находится в медицинском учреждении. Мы должны быть уверены в безопасности как для мамы, так и для ребенка. Подавляющее число родов – своевременные физиологические роды, здесь нет никаких ограничений, чтобы ребенок находился с мамой. Дальше технология построена таким образом, что после часа совместного пребывания маме проводятся определенные процедуры, ребенок осматривается более подробно, при необходимости берутся те или иные анализы. После 2-х часов совместного нахождения в родзале ребенок вместе с мамой переезжает в послеродовую палату, где они находятся вместе. Задача медицинского персонала, администрации родильного дома выстроить цепочку так, чтобы количество времени, которое они находились раздельно, было минимально, или вовсе его не было. Чтобы с момента рождения все время ребенок находился только с мамой, вплоть до выписки, и, чем раньше произойдет выписка, тем лучше.

Татьяна Буцкая:

А что касается докорма?

Антон Оленев:

Докорм без показаний не бывает, это очень редкая ситуация, в нём абсолютно не имеется никакой потребности. Сейчас в ряде учреждений развивается служба поддержки грудного вскармливания, я думаю, что многие наши слушатели и зрители слышали. Одной из последних такой статус получила больница Ерамишанцева, 11-ое учреждение. По факту половина учреждений Москвы – это учреждения, которые по своей инициативе, сами, предприняв огромные усилия к образованию сотрудников создают все условия для того, чтобы помочь маме в первые сутки, в первые 2-3 дня, когда идет только становление лактации, чтобы получить уверенность, что молоко будет, что оно придет, что его будет достаточно. Конечно, мы понимаем, что она должна быть в хорошем настроении, отдохнувшая, должна хорошо питаться. Маме должно быть комфортно и спокойно, что позволяет сделать грудное вскармливание комфортным, приятным, и к выписке на 3–4 день после родов получить азы грудного вскармливания, которые позволят, как минимум, 6 месяцев, год кормить ребенка грудным молоком.

Татьяна Буцкая:

Да, сейчас идет совершенно беспрецедентная поддержка грудного вскармливания, потому что совершенно очевидно, что лучше грудного молока, придуманного природой, ничего нет.

У нас остается важный 10-й пункт системы открытых роддомов – допуск пап в послеродовое отделение, даже если не контрактные роды. Я знаю, что у вас в перинатальном центре папы могут заходить. Как вы смогли устроить?

Антон Оленев:

Это тоже заняло какое-то время, коллектив не очень быстро перестроился. Но мы сейчас понимаем, что большое количество помощи мы получаем от мужей и от родственников женщин. Я всем говорю, что критерий очень простой: если вы заходите на территорию родильного дома и не видите надписей на асфальте, не видите вокруг развешанных шариков – значит, все имеют возможность зайти и непосредственно в первый же день, сразу после рождения увидеть своего ребенка, поздравить маму и, в случае необходимости, помочь ей в бытовых вопросах.

Татьяна Буцкая:

Спасибо за лайфхак! Я теперь буду понимать по первому взгляду на роддом, открытый он или закрытый. Очень часто женщины, вспоминая передачки, ассоциировали роддом с тюрьмой. То есть совершенная противоположность: тут жизнь рождается, а там вообще всё закрыто. Конечно, наши огромные слова благодарности за то, что нас поддержали в системе открытых роддомов при поддержке Департамента здравоохранения Москвы, с Вашим совершенно искренним желанием двигаться в сторону семейной ориентированности, мы сможем сделать роддом синонимом счастья. По-моему, на одном из московских роддомов так и было написано: «Здесь рождается счастье». Это то, ради чего мы запускаем знак открытого роддома. Сейчас рождаемость падает, но не потому, что сложные времена, хотя времена тоже непростые, но пришла та самая яма, когда в 1990-е годы рождалось мало детей, поэтому сейчас мало женщин, которые могут рожать. Семейная ориентированность позволит нам сделать так, чтобы женщины рожали в роддомах, а не подвергали бы себя опасности домашних родов, чтобы воспоминания о родах были настолько прекрасны, что, родив однажды, тебе еще раз захотелось вернуться в роддом. Но, я всегда говорю, что, если вы рожали 3 года назад, вы сейчас придете в роддом и просто его не узнаете. Особенно, московские роддома настолько меняются каждый год к лучшему. То, о чём Вы сейчас рассказывали, сейчас доступно по ОМС, даже не верится, потому что ещё лет 10 назад было прерогативой только контрактных родов, а сейчас столько возможностей есть у каждой из женщин. Кстати, не только москвичек – в Москву могут приехать рожать женщины со всей территории Российской Федерации, если у вас есть полис ОМС.

Антон Сергеевич, огромное Вам спасибо! Мы будем информировать Вас о том, как идет работа над статусом «Открытый роддом».

Антон Оленев:

Татьяна, я хочу сказать Вам еще раз спасибо! Потрясающая инициатива, которую мы, действительно, поддерживаем! Совместными усилиями, я думаю, мы сделаем родильные дома еще более открытыми, еще более комфортными, прозрачными. Конечно, основная задача – достичь увеличения рождаемости. Наши пациенты будут приходить к нам чаще, и мы, действительно, будем счастливы!

Татьяна Буцкая:

Спасибо Вам большое!