Внимание! Слишком малый бизнес! Аптека будущего!

Фармакология

Тэги: 

 

Олег Гончаров:

Друзья, коллеги, единомышленники, и снова здравствуйте, канал Мediametrics, программа «ФармаЛогия», и у нас сегодня специальный выпуск, который случился благодаря саморегулируемой организации Ассоциация независимых аптек. И у нас есть целый раздел, который так и называется –«Внимание! Слишком малый бизнес!» Мы сегодня поговорим об аптеке будущего, и у нас сегодня в гостях Дмитрий Любимов – генеральный директор аптечной сети «Муромские аптеки», кроме этого, он еще является членом дисциплинарного комитета саморегулируемой организации Ассоциация независимых аптек.

У нас в этой студии уже побывало много представителей, это были представители АСНА и другие аптечные сети, которые никуда не входят, были жесткие дискаунтеры, и со всеми мы обсуждали примерно одинаковые вопросы, потому что очень много изменений сейчас происходит, и в этом участвуют и законотворцы, и сам аптечный рынок сильно меняется исходя из того, что покупательское поведение меняется. Что сейчас выступает основным драйвером развития, только ли низкая цена или есть какие-то другие способы привлечь внимание покупателя в свою аптеку?

Дмитрий Любимов:

Рынок, как Вы правильно сказали, сейчас штормит, мы не знаем, чего ждать завтра, мы не то, что в век неопределенности живем, а в полнейшей неопределенности и только улавливаем какие-то маячки, делаем свои выводы, которые, может быть, отчасти попадают в цель. Поэтому говорить о том, что сейчас есть какой-то рецепт, по которому надо жить, и все будет хорошо – его нет. Есть маркетинг, есть СТМ, есть все что угодно, но нет во главе угла покупателя, то есть все говорят, что это наши святые люди, но в то же время мы делаем все для себя, но не для покупателя, о нем помнят, но помнят как о чем-то таком, что мы вот это сделаем, и ему это будет хорошо, но никто его не спрашивает.

Олег Гончаров:

За время ковида, локдауна, 2020 год, сейчас уже практически половина 2021 года прошла, вы приросли, количество аптек увеличилось в сети?

Дмитрий Любимов:

Тут есть заставка Ассоциации независимых аптек, я вхожу в эту Ассоциацию. В свое время Александр Валерьевич сказал, что ребята, сейчас такое время, остановитесь, посмотрите вокруг и проведите переоценку своего, и все, что у вас тяжелым грузом, то, что не прибыльно, что вы тянете за счет остальных, просто зачистите. Я услышал это так, и мы закрыли несколько объектов, это еще был 2018 год, и даже если что-то мы смотрели, пока не принимаем резких движений. Мы смотрим, что творится вокруг, что пытаются сделать вообще с фармотраслью. Есть ощущение, что устав с ней бороться, государство просто ее хочет зачистить, просто вычистить и создать новые правила игры.

Олег Гончаров:

Слушаю Вас и понимаю, что в большинстве случаев это сейчас и происходит, то есть я это слышу и от представителей крупных межрегиональных и региональных, в том числе даже федеральных аптечных сетей, что идет внутренняя очистка и оптимизация расходов. Люди отказываются от аптек, которые раньше вроде бы как не приносили дохода, но и не мешали, но сейчас конкуренция настолько ужесточилась, и денег точно больше не стало у наших покупателей. А кроме государства появляются еще и новые игроки, и вообще меняется культура потребления. И это тоже произошло благодаря этой истории с ковидом. Хочется здесь поразмышлять, мы вступили в эту новую реальность, и где в итоге будет выбор покупателя – аптека или магазин, продавец или первостольник, живое общение или онлайн-история? Вы за что в большей степени?

Дмитрий Любимов:

Я сторонник всех форм реализации участников рынка, но учитывая то, когда мы это начали делать, для нас это было линейное мышление. На конференциях я вижу предпринимателей, которые фармацевты, провизоры, врачи, которые в бизнесе как пчелки пашут и больше ничего не видят, и они линейно привыкли, что если они наценили 10 процентов, это низкая оценка, если 20, 30, это нормальная, если 50 – ух, это много, они в этом и остались. И когда возникает речь о чем-то другом, они говорят, что нам надо бы как кооператив закупочный, чтобы закупили много, а цена была ниже, то есть они не понимают, что в настоящий момент разные формы ценообразования существуют на рынке, и где-то даже в минус идет продажа, а где-то в большой плюс.

Что касается новых форм, которые нам предлагает государство, смею предположить, что все это идет к страховой фармацевтике. Страховая медицина у нас есть, но мы говорим про страховое лекарственное обеспечение. В какой форме оно будет – пока не ясно, потому что насколько я слышал, два вида пока рассматривается, но это опять кулуарные вещи, из-за этого рынок может быть немножко подламливают, из-за электронного рецепта, из-за телемедицины, которую разрешили, и этот канал будет обязательно рабочий.

Олег Гончаров:

Получается, электронный рецепт – уже данность, вопрос лишь масштабного внедрения. У нас появились уже так называемые агрегаторы, маркетплейсы, и пришли пришельцы на наш рынок, это вообще представители других отраслей, и, наверное, они будут в более выигрышной позиции с точки зрения основного игрока в страховом лекарственном обеспечении.

Дмитрий Любимов:

Как бы не появились новые игроки, потому что если мы говорим об экосистемах, которые наверняка будут в этом участвовать, то кроме фармы, которую они создают, и банковского сектора, финансового, там ведь есть еще и страховые компании, которые тоже захотят за этот бюджет побороться, и можем получить к себе еще интересных игроков, которые не знаю, как окажут влияние на тех же агрегатов. Агрегаторы и раньше были, они просто оказывали услугу в той аптеке, где это есть, ты мог позвонить, забронировать. С маркетплейсами, по крайней мере в регионах, есть проблема в том, что ты можешь найти позицию интереснее по цене, но тебе ее привезут в лучшем случае дня через два, через три, даже с учетом того, что у нас соседний регион от Москвы. Покупателю хочется сегодня и сейчас.

Олег Гончаров:

Ваше субъективное мнение, интернет сделал покупку лекарств удобнее или это ключевое ограничение – ждать, и люди предпочитают здесь и сейчас, мне проще спуститься в аптеку чуть ли не в домашних тапочках, потому что они всегда в зоне прямой доступности, и купить там?

Дмитрий Любимов:

Наблюдая за людьми и за самим собой, мы не будем говорить о каждом, а о массовом выборе. Поколение возрастное, уже на пенсии, привыкло ходить на рынок, ходить за молоком утром, за булочкой не потому, что у них нет этого сегодня или нельзя купить вчера на два дня, это образ жизни: надо встать, что-то сделать, с кем-то поговорить, встретить соседа, и поход в аптеку – это такое социальное приключение. И для них не столько даже интересен выбор в интернете, для них больше интересно сколько ступенек в аптеку, какая там дверь, как с ней поговорит первостольник, окажет ли он внимание, поздоровается ли с ней.

Для среднего поколения, которое занято на работе, для которых главное выпить таблетку, чтобы не болеть, и побежать дальше работать, для них, наверное, наличие сегодня, чтобы он пришел, запрос сделал, ему дали, и он ушел. И какая у него аптека окажется рядом, в ту он и пойдет. Понятно, что есть исключения, есть хронически больные люди, они ориентированы только на цену, они знают, где что есть, объедут, обзвонят, может быть, в интернете поищут, заранее купят, для них это здорово.

Молодое поколение начинающих, которое живет уже в виртуальной реальности, но пока еще не очень пользуется услугами врачей и лекарств, а только покупает БАДы, кремы, для них это очень актуально. То есть кто создаст для них ценностью даже не в цене, а просто чтобы он открыл сайт и сказал: «Вау, – как они любят говорить, – это мое».

Олег Гончаров:

Я также слышал мнение о том, что хронически больные – это те люди, у которых траты на лекарства – это планируемая часть семейного бюджета, они все равно весьма избирательны в своем выборе, потому что если они видят очень дешевое предложение из непонятного места, у них это вызывает сомнения, потому что все равно поговаривают о том, что лекарства подделывают, хотя это не так, как на самом деле звучит. Вы сказали пенсионеры, у них социальные приключения, хронические больные, которым действительно важно ценовое предложение, среднее поколение – это те, которым нужно быстро, трудоспособное население, которому нужно здесь и сейчас, потому что ему не хочется ждать, он не готов искать, выбрал какое-то место. Остается ли ключевым фактором успеха современной аптеки доверие, или этот актив чем-то сейчас замещается?

Дмитрий Любимов:

Ценность бренда никто не отменял, и если реклама какой-то аптечной сети или ресурса навязчиво звучит, понятно, у человека, сталкиваясь на улице с этой вывеской, названием, где-то в подсознании срабатывает, что могу доверять. Есть еще второй момент, кто давно работает на рынке, местные сети с узнаваемой вывеской, с теми же фармацевтами, провизорами, которые уже давно там работают. Иногда, приходя: «О, вы здесь работаете», – когда есть внутреннее перемещение внутри организации, радуются, увидел знакомого фармацевта, потому что есть какой-то кредит доверия, и его никуда не деть.

Олег Гончаров:

Этот кредит доверия к бренду аптечной сети или к конкретному сотруднику?

Дмитрий Любимов:

Если он идет к фармацевту, то к сотруднику, если он идет в сетевую аптеку, в которой 100 000 сдает одна касса в день, когда там четкий стандарт, две минуты общения. Он идет конкретно, кто-то где-то говорил, что там дешевле, и он уже идет к бренду.

Дмитрий Любимов:

Вы развиваете бренд своей аптечной сети?

Дмитрий Любимов:

Мы его держим неизменным уже много лет, и у нас есть значок свой, который есть в нашей дисконтной программе.

Олег Гончаров:

То есть Вы верите, что это действительно определенный фактор успеха.

Дмитрий Любимов:

Я разговариваю. Чем отличается небольшая сетка, что собственник или даже директор-собственник может всегда быть в торговом зале, может со стороны послушать, он может стать и посмотреть, как работают его первостольники, которые его не видят, может спросить людей, услышать от них какие-то вещи, когда они в очереди или у прилавка выражают свое мнение, и внести какие-то коррективы. Я слышал такое, что мне нравится вот эта аптека, я сюда ходил и ходить буду.

Олег Гончаров:

Это очевидное преимущество, это некая гибкость, но, с другой стороны, чем меньше формат, меньше масштаб, тем меньше возможностей, в том числе поспеть за современными технологиями. Делать это самому бессмысленно, но тогда нужно выбирать партнеров. Как правильно выбрать партнеров и какие критерии выбора, я имею в виду в том числе для развития онлайн-канала продаж?

Дмитрий Любимов:

Тут сложно кому-то что-то посоветовать, наверное, зависит и от региона, и от места, и от плотности, и вообще от желания руководителя этим заниматься. В первую очередь должен быть мотивирован руководитель. Если он не мотивирован, если он своим сотрудникам не может донести то, что он хочет, то, что он видит и к чему они хотят прийти все вместе коллективом, то и коллектив не понимает, зачем это нужно. Нужно плечо, которое бы помогало ориентироваться в окружающей обстановке, что где происходит, то есть какой канал продаж в этом регионе работает, как он работает. Я сам тестирую эти каналы иногда, смотрю, как они работают, что-то заказываю даже в своей аптечной сети, чтобы посмотреть, как этот процесс двигается, потому что система сбоит и часто.

И еще такой момент стоит упомянуть, что если человек попадает в неудобный или недружелюбный для него интерфейс, он может просто не прийти на этот ресурс больше вообще, в этом надо разбираться, чтобы создать хороший поисковик, который человек откроет и выберет то, что ему нужно сразу же, а на него не навалится куча рекламы. Медвежью услугу делает, например, Яндекс некоторым сайтам, когда ты хочешь что-то посмотреть, а там наваливается куча рекламы, и только из-за этого закрываешь и больше туда не ходишь. Так же и здесь получается, что покупателя еще быстрее можно отвадить или отпугнуть дружелюбностью этого сайта. Поэтому здесь надо по себе мерить, удобно или неудобно, своих сотрудников спросить, какие условия предлагают, потому что если посчитать свои расходы и посмотреть, если этот ресурс вам платит комиссию, эта комиссия не покрывает ваших расходов, то это не работа, это обслуживание этого ресурса.

Олег Гончаров:

Надо посчитать, но еще же существуют риски потерять своих клиентов, потому что в какой-то момент времени персональная информация по ним становится доступна вашему партнеру, а как он этим воспользуется, это же большой вопрос. Это является критерием выбора партнера или здесь риски преувеличены?

Дмитрий Любимов:

Публичная информация говорит, что каждый производитель мечтает иметь прямой доступ к клиенту и уже транслировать ему все свои возможности, то есть напрямую давать дисконты, программы, мотивировать его, исключая всех посредников. Возможно, когда-нибудь будет создан интеллект, может быть даже будет создана универсальная таблетка, которая будет программироваться в кабинете врача, все возможно, мы не можем это отрицать. Мы часто меряем изменения своего бизнеса, не обращая внимания, как может измениться сопредельный с нами бизнес, как может измениться логистика, как может измениться фармацевтическая отрасль. Я думаю, и запросы такие есть, сделать лекарство, которому будет ни дождь, ни снег, ни жара не помеха, и вози его хоть в машине по кругу, пусти по кольцу и выгружай куда надо. А мы говорим, что доставка в один день, рассуждаем. Если это ресурс, я почему-то думаю, что Сбер еще год назад хорошую акцию сделал, предложил демпинговые условия по эквайрингу, причем без открытии счета у них, мы будем перечислять, и перечисляют на самом деле быстрее, чем банк зачисляет, от которого есть эквайринг, и никто по фарме не может ниже дать в моем случае, получив данные о своих клиентах: сколько тратят, сколько переводят зарплату, в какой локации тратят.

Олег Гончаров:

А потом появляется СБЕР ЕАПТЕКА.

Дмитрий Любимов:

Запросто, я уже знаю, что во Владимире склад создается именно ЕАПТЕКА.

Олег Гончаров:

Вы являетесь членом дисциплинарного комитета, название жутковатое. Что это такое и зачем, что Вам дало участие в саморегулируемой организации Ассоциация независимых аптек? Почему Вы туда вступили?

Дмитрий Любимов:

Стоять на месте – это как два шага назад, надо всегда куда-то двигаться, что-то делать, не вваливаться в истории, которые могут быть проблемными или безумными изначально. Поэтому мы всегда двигались вперед, мы одни из первых во Владимирской области поставили программное обеспечение, одни из первых открыли фарммаркеты, было еще самообслуживание в аптеке поменьше размером, то есть мы всегда искали что-то интересное.

И когда ассоциация объявила, что будет СРО, мы приехали на первую встречу, послушали, чем хочет заниматься организация, какую помощь хочет оказывать своим участникам, и приняли решение, что это нужно, потому что изначально государство об этом задумывалось, когда только самый первый закон появился, и мы видим такую тенденцию, что государство хочет контроль снять с себя и отдать его в руки самих же ассоциаций. И в строительстве мы видим СРО, которые заработали, а в фарме почему-то были созданы, но они не заработали, то есть полномочия не делегировали.

На сегодняшний момент, насколько я владею информацией, в этом году уже некоторые СРО, которые попадают под критерии, могут получить полномочия по контролю, плюс юридическая помощь, плюс запросы, которые некоторым сложно дать в местные органы, побоявшись карательных мер, можно через СРО их получить, а можно даже их получить напрямую из федерального органа, а не из местного регионального органа. Основные такие мотивы, и все равно мы к этому придем, и чем раньше в это попасть, посмотреть, с этим позаниматься, тем больше будет понятий и пользы от этого.

А что касается дисциплинарного комитета, организация серьезная, создана по всем правилам, в ней не только есть такое «приходите кто хотите», там есть солидарная ответственность. В случае, если будут выявлены какие-то нарушения,

будет оплачен штраф, они за счет копменсационного фонда. И по регламенту должен быть этот комитет, я надеюсь, что у нас все ответственные члены.

Олег Гончаров:

Вы сказали о роли, задачах, которые выполняет саморегулируемая организация, которая обеспечивает некую чистоту, открытость и некие возможности для участников с точки зрения ведения бизнеса. И вроде бы мы все привыкли, что «каменные аптеки» всегда существовали в определенной культуре, а вот те, которые приходят, они же не берут на себя такую ответственность, как «каменные аптеки». Здесь этот разрыв не приведет к тому, что все, что вы будете делать, это все будет зря?

Дмитрий Любимов:

На сегодняшний момент все-таки лекарства и фармацевтическая деятельность подпадают под угрозу жизни и здоровью, у нас есть принятая программа в государстве, и один из видов проверок, который был возможен в свое время без согласования с прокуратурой именно по угрозе жизни и здоровью. На самом деле все эти условия – хранение, отпуск, прием лекарственных средств – это очень серьезная вещь, и документов там очень много, и они меняются очень часто.

СРО все это отслеживает, присылает, своевременно подсказывает, плюс есть инспекторат, у нас он был, который не то, что нас проверяет, он еще и подсказывает, что в других регионах могут спрашивать. Ведь у нас закон, что дышло, и прокуратура, или Росздравнадзор, или Роспотребнадзор в других регионах иногда его читают по-своему и спрашивают что-то свое, тем более, если есть какая-то нормативная база на уровне регионального органа, потому что все равно она как-то дублируется или здесь, или там. Этот обмен опытом, посмотреть со стороны на себя, не то, что я хорош, я все делаю, а вот придет другой чувак, скажет: «Да, ребята, у вас вроде все неплохо, но вот тут бы нам надо доделать, а вот здесь надо пересмотреть».

Если мы говорим о том, что сейчас откроют и будет доставка курьерами – возможно. Изменение в ближайшей практике – отменили фармхолодильники, вполне возможно, это сделано для того, чтобы обычная сумка-холодильник являлась тем местом, в котором можно транспортировать курьеру лекарственное средство. Почему мы в этой истории не будем участвовать? Вполне возможно, что и будем участвовать. Сейчас многие говорят, Сбербанк, Почта России, у них почтальон. Я видел несколько региональных почтовых отделений, там ремонт сделали с кривыми полами, с косыми окнами, там витрины – ДСП ободранные на солнце целый день, и в них продаются продукты, консервы. О каких условиях хранения речь? Там почтальонам зарплату не платят, они сокращают режим работы, чтобы не платить зарплату. Я живу в пригороде Мурома, большой населенный пункт, есть почтовое отделение, и найти туда на минимальную зарплату нельзя. Они взяли и сделали теперь вместо 5 рабочих дней 3, то есть какая доставка, надо столько вложить в эту Почту России. Ну хорошо, будет УАЗик этот развозить, но почтальонов не наберут они столько, никто не хочет за эти деньги работать.

Олег Гончаров:

Хочется верить в здравый смысл, что ключевой актив деятельности любой аптеки, пусть они называют «каменными аптеками», это доверие покупателя, понимание того, что там действительно соблюдаются все требования, все условия, потому что здоровье – это важнейший актив каждого человека. И поэтому все эти новомодные истории не будут везде находить популярности. А все-таки, когда мы с Вами говорили об этом, мы коснулись, что основным источником формирования доверия выступает сам сотрудник, специалист, который работает за первым столом. Какие сейчас ожидания покупателя от этого сотрудника, или другими словами, какой набор компетенций современного специалиста сейчас является крайне важным?

Дмитрий Любимов:

Всегда очень важно самообразование людей, они должны любить свою профессию, они должны уважать ее и ценить и понимать ответственность, чем они занимаются. Я когда первый раз попал в фарму, увидел людей после продуктового рынка, какой уровень специалистов, какие люди, ведь даже фармацевт со средним образованием, пойти 3 года учиться, когда в институте можно было пойти на другую специальность и 4 года поучиться. Уровень образования и подготовки меня очень поразил, когда я столкнулся, не ожидал, это две разных лиги. И в своей практике, когда вдруг стали штамповать фармацевтов, попался на работу выпускник, который не знал, что такое антибиотики, и сказал: «Я думал, что только деньги буду брать и отпускать», – я очень удивился, причем это не двоечник был. Но у нас сейчас таких нет.

Лекарств много, в них надо разбираться, и самое главное – покупателю нельзя говорит «не знаю» или «нет». Если он это услышал, все, компетенции на этом закончились. Для этого изучают, смотрят, учатся, подучиваются, где не хватает, подтягиваются, поэтому к человеку в белом халате идут со своей проблемой. Ведь мы сталкиваемся с людьми, которые уже пришли с проблемой, надо помочь ее решить, они ждут от нас помощи, не всегда они идут к врачам, особенно в пандемию, где все врачи или даже больницы были перепрофилированы, и люди просто не знали, где что взять, где купить, как узнать, когда это будет, где будет. В этом случае фармацевты как на передовой, их почему-то у нас забыли похвалить в государстве, поэтому большую благодарность выражаю, думаю, все, кто в этой отрасли, это понимают и поддерживают наших первостольников.

Олег Гончаров:

Я целиком и полностью Вас поддерживаю, и слава Богу, немножко одумались, потому что в первую очередь начали восхвалять врачей. Это правильно, но как-то забыли про провизоров и фармацевтов. Как я люблю говорить, если врачи находились в красной зоне, то наши специалисты были в красной-красной зоне, потому что сначала шли к ним. И потом опомнились и даже подарили нам профессиональный праздник, наконец-то это случилось, сколько лет об этом уже просило профессиональное сообщество, и появился у нас День фармацевта, уже зафиксирован на законодательном уровне. Хотелось бы, чтобы престиж профессии рос, потому что то, что я слышу из ряда регионов, собственники и управленцы аптечных сетей наблюдают, что очень много людей из профессии уходят, то есть он закончил вуз, не дойдя до аптеки, уже меняет точку приложения своей силушки, своих знаний, потому что считает, что в аптеке работать уже не так престижно. Наш покупатель приходит раздраженный, недовольный, да и вообще покупка в аптеке – это покупка на негативе в большинстве случаев. С одной стороны, Вы сказали, что наши специалисты должны быть инфицированы этим желанием самообразовываться, но, с другой стороны, мы же должны еще готовить общаться с особой категорией покупателей, которые не всегда улыбаются и не всегда в радостном настроении приходят. Что Вы делаете внутри сети, чтобы удержать желание остаться в профессии, желание проявлять эмпатию к покупателю? Есть какие-то секреты?

Дмитрий Любимов:

Самый главный секрет – это то, что у нас бывают собрания или планерки, или приезжаю на объекты, я всегда говорю: «Давайте попробуем вот так, если что-то не получится, я рядом, я всегда помогу. Я не запущу какие-то невыполнимые стандарты и буду стоять и топать, что вы не выполнили, вы такие-сякие». Находясь рядом с ними, пытаюсь оказаться в их шкуре, отнестись с пониманием, что труд очень тяжелый. Некоторые, приходя домой, могут не разговаривать, наговорившись за день, при том, что мы тоже люди с эмоциями, и кто-то пришел на работу уже с какими-то проблемами, его тут могут зарядить. Всегда говорю так: если у кого-то что-то не складывается, должен заведующий подойти или какой-то другой человек, отодвинуть в стороночку, встать самому поработать.

Плюс всех малых сетей, что вот я, вот они, мы решаем любые проблемы, даже если есть проблемы, не связанные с работой, тоже пытаемся решить, всегда открыты, если могу, пожалуйста, всегда на связи, на контактах, вот это самый главный секрет. И плюс небольших сетей, что если руководитель или собственник заинтересован, то он будет всегда находиться там, помогать, всегда быть с ними, всегда понимать, с пониманием относиться к людям.

Олег Гончаров:

То есть он глубоко погружен.

Дмитрий Любимов:

А сейчас без этого никак нельзя, потому что эти модные слова ВМТ, чтобы ими заниматься, надо сначала самому прогрузиться, а потом прогрузить остальных, а не так, как многие делают ошибки, мы в прямом смысле прогрузили аптеку ВМТ и сидим, ждем.

Олег Гончаров:

Вы хотите сказать, что Вы все ВМТ пробуете лично?

Дмитрий Любимов:

У нас даже такая практика была, если кто-то сомневается в этом продукте, может его взять, мы спишем, попробует, в этом плане все открыто.

Олег Гончаров:

ВМТ, высокомаржинальный товар, модное увлечение, это действительно сейчас драйвер роста доходности для аптечной сети небольшого формата, небольшого масштаба?

Дмитрий Любимов:

Наверное, не только небольшого масштаба, сейчас только ленивый не говорит, что ВМТ – это следующий этап за маркетингом, то есть маркетинг свое уже отживает. Я думаю, что и ВМТ находится уже на пике, то есть дальше его век тоже будет заканчиваться. Да, сейчас есть возможность на этом заработать, это именно тот момент, особенно для небольших сетей, которым сложно иметь категорийного менеджера или маркетолога, который будет играть по ценам, по доходности в каждом кластере. В этом случае это единственный вариант.

Олег Гончаров:

Вы активно работает с высокомаржинальными товарами. Но Вы говорите, что это тоже история на пике, а что будет тогда дальше?

Дмитрий Любимов:

Тут зависит не от нас, тут зависит от рынка. Если мы будем фантазировать и говорить о том, что сейчас на примере Сбера сделают страховую фармацевтику, так это назовем условно, и будет какая-то телемедицина, будет своя страховая компания, если ты не войдешь в систему электронных рецептов, наверное, часть покупателей потеряешь. Вся сложность в том, что предложит государство людям, какую форму страховки, потому что стоимость страховки и ее увеличение тоже будет играть роль для любого человека, и он будет понимать, что обратившись сейчас к врачу, на следующий год он получит такую-то стоимость, или потратив определенную стоимость из этого пакета, он будет платить дороже следующий год, что ему дешевле – купить напрямую или обратиться в страховую, мы пока этого не знаем, и говорить, как это все будет выглядеть, куда пойдет покупатель, мы должны за ним идти.

Олег Гончаров:

Вы назвали это экосистемой, то есть это некое пространство, территория, куда потихонечку затаскивают наших святых людей, наших покупателей, обеспечивая им определенный уровень удобства, формируя определенные привилегии и тому подобные вещи. В Хабаровске мы проводили конференцию, встречались с представителями местных аптечных сетей, там были сети разного формата и масштаба. Нам повезло, были даже представители Южно-Сахалинска, Петропавловска-Камчатского, и мне из аудитории задали вопрос: экосистемы, куда тогда идти? Есть Сбер, и понятно, что он делает, Яндекс, может быть, кто-то еще, куда идти небольшой региональной аптечной сети, в какую экосистему вступать, потому что Вы сами об этом красноречиво сказали, если ты оказываешься за гранью этой экосистемы, то ты теряешь большое количество покупателей, в том числе благодаря страховому лекарственному обеспечению?

Дмитрий Любимов:

В экосистему пока никого не зовут, либо экосистема хочет получить уже готовый продукт, это или какую-то сетку, или какую-то ассоциацию. Здесь уже вариантов два: или продаться какой-то сетке, но ты никуда не вступишь, а твоя тень туда вступит, или вступать в какую-то ассоциацию, которая подставит тебе плечо и поможет туда пройти.

Олег Гончаров:

Выбор есть все равно?

Дмитрий Любимов:

Конечно, самое главное – смотреть в округе, особенно тем труженикам, которые не покладая рук крутятся в своем маленьком бизнесе. Надо поднимать иногда голову и смотреть. Ассоциация – очень хорошее подспорье в этом штурме, много очень рассказывает, показывает примеры, что творится вокруг, куда держать нос по ветру, чтобы выплыть.

Олег Гончаров:

По традиции, Дмитрий, я Вас попрошу дать некие рекомендации, пожелания нашим активным слушателям и зрителям.

Дмитрий Любимов:

Пожелание одно – не сдаваться. Рынок всегда штормило, самый плюс небольших сетей – это то, что вы работаете на земле, вы видите покупателей, покупатели видят вас, и ваша гибкость подстраиваться. Но если мы не будем обращать внимание на то, что творится вокруг нас, как рынок меняется, и не следовать этим новым веяниям, то можно оказаться просто за бортом. Трудиться, любить свой труд, но в то же время не напрасно трудиться, смотреть, куда мы движемся.

Олег Гончаров:

У меня как-то здесь в гостях был Михаил Зудин, и он на мой вопрос ответил: работаем, братцы, работаем, по-другому никак. Спасибо Вам большое, Дмитрий, спасибо вам, уважаемые зрители и слушатели, до новых встреч, всего вам доброго.