Восстановление после травм и тяжелых болезней

Реабилитология

Тэги: 

Виктория Данильченко:

Здравствуйте, уважаемые слушатели канала Мediametrics, в эфире я, Виктория Данильченко, и программа «Мужской вопрос». В нашей программе мы обсуждаем историю успеха мужчин из различных сфер деятельности. Cегодня со мной в эфире Илья Торопцев, врач лечебной физкультуры и спортивной медицины, специалист центра реабилитации инвалидов «Царицыно». Редкий случай, когда в эфире я к кому-то обращаюсь с благодарностью, а не сразу перехожу к делу. Дело в том, что у меня не так давно папа переболел ковидом, и Илья был тем доктором, чьи руки поставили человека на ноги после той клиники, в которой оказали помощь, но человек после проведенного месяца едва ходил. А благодаря Илье на сегодняшний день папа вовсю гуляет. Спасибо Вам большое, очень рада видеть Вас своим гостем, и это не пустая реклама, а человек, которого лично видела в деле, и я думаю, что моему мнению вполне можно доверять. Расскажите, почему медицина, почему реабилитация, а не хирург, терапевт, не модный пластический хирург, ведь это явно не та специализация, которая приносит сумасшедшие деньги.

Илья Торопцев:

Все началось с сериала «Скорая помощь» с Джорджем Клуни, я в пятом или шестом классе посмотрел несколько серий и мне понравилась эта движуха в больнице, когда все бегают, кого-то лечат, и тогда родилась идея пойти в медицинский университет. Не скажу, что родители были в восторге, но препятствий не чинили, и по окончании школы я поступил в Рязанский государственный медицинский университет и первое время хотел в хирургию, кардиохирургию, но к четвертому курсу я пришел к травматологии и ортопедии, посещал кружок по травме и после окончания института пошел в интернатуру по травме, а потом и в ординатуру, то есть три года последипломного обучения, и базовая специальность – травматология и ортопедия.

Три года я учился на базе областной больницы и почти все время проводил в ортопедическом отделении, было много операций, на которых я часто ассистировал, что-то оперировал сам, и там впервые у меня заболела спина. История многих реабилитологов начинается с какой-то своей проблемы, и стандартные методы терапии практически не помогали. После окончания ординатуры я пошел в тренажерный зал, то есть решил попробовать восстановить себя через движение, через упражнения, и спустя год я понял, что практически год меня ничего не беспокоит. И появилась идея, что если я смог восстановить себя, наверное, смогу помогать другим. Я на тот момент работал в поликлинике и дополнительно устроился в фитнес-центр врачом, совершенствовал свой навык, параллельно получил диплом тренера и прошел первичную переподготовку на врача лечебной физкультуры и спортивной медицины. В последующем я 8 лет проработал в фитнес-центрах Рязани и потом Москвы как врач, как тренер-реабилитолог. По сути, это были те же клиенты, те же персональные тренировки в тренажерном зале, но больше с уклоном в реабилитацию. В какой-то момент решил вернуться в государственную медицину, и меня пригласили в центр «Царицыно», центр реабилитации инвалидов, где я сейчас и работаю. Почему не терапия – мне никогда и не хотелось, хотелось движухи, чего-то инвазивного.

Виктория Данильченко:

У нас много общего, я тоже, посмотрев сериал «Следствие ведут знатоки», сразу сказала, что хочу быть следователем и больше никем, чтобы у меня была кобура с пистолетом, преступников ловить. Мои родители были не рады, что я выбрала юридическую стезю, а не филфак, но поступила, и никем, кроме адвоката в юридической профессии не была, но очень хотела быть следователем. Сильная разница между обычным врачом и врачом лечебной физкультуры и спортивной медицины? Вы же изучали все то, на что учатся врачи, в спортивной медицине эти навыки нужны?

Илья Торопцев:

Даже врач ЛФК и врач спортивной медицины – это две разные специальности, но между ними пропасть. Врач ЛФК не назначает таблетки, он лечит движение, а спортивный врач команды – это очень обширный вагон знаний должен быть: и кардиология, и пульмонология, и терапия, то есть помимо того, что ты лечишь травмы и восстанавливаешь спортсмена, ты должен знать всю соматическую патологию. Сейчас в России появилась такая специальность, как врач физической и реабилитационной медицины, врач ФРМ, это немножко расширенный врач ЛФК, куда добавляется еще физиотерапия, массаж, какие-то варианты мануальной терапии, такой врач должен знать травматологию, ортопедию, неврологию, основы кардиологии, пульмонологии, потому что реабилитация нужна практически после любого заболевания, может быть, после кожных, венерических, ухо-горло-нос с движением поменьше, но все, что связано с кровообращением, дыханием, движением рук, ног, головы, позвоночник, любая неврология, психиатрия, гинекология, урология – везде присутствует ЛФК и реабилитация, тем более после любых операций, травм это крайне необходимо.

Виктория Данильченко:

Мы все еще не оправились от ковида. Много таких пациентов после перенесенных заболеваний обращаются к Вам с общими проблемами? Много лет тому назад началась Вторая мировая война, и после ее окончания не было семьи, где не потеряли близкого человека. Сегодня примерно то же мы можем говорить относительно ковида, то есть нет семьи, которую бы не коснулся ковид, я уж не говорю про совсем тяжелые ситуации и потери. И если обращаются, то с какой симптоматикой, от которой можно было бы избавиться?

Илья Торопцев:

У меня не очень много подобных обращений, потому что специфика работы была немножко другая в фитнес-центре, спортивная травма. Сейчас в центре реабилитации инвалидов больше неврологических заболеваний, но в целом запрос на реабилитацию после ковида огромен у моих коллег, знакомых, работающих в других лечебных учреждениях, так называемый постковидный синдром у всех проявляется по-разному, у кого-то это просто слабость, у кого-то выпадение волос, кто-то зарабатывает себе заболевание сердечно-сосудистой системы, например, кардиомиопатию, у кого-то остаются проблемы с легкими, когда тяжело дышать. Слабость и проблемы с дыханием – это основной запрос, и здесь на первый план выходят занятия, упражнения, потому что это дыхательная гимнастика, умеренные силовые упражнения, которые нормализуют кровоток, дыхание, обмен веществ. Это могут быть растягивающие упражнения на мобилизацию суставов, если есть тугоподвижность, суставные заболевания, которые могут обостриться, потому что ковид – это вирусная инфекция, она вызывает общее воспаление организма, и те хронические заболевания, которые есть, оживают. Вас могут не беспокоить несколько лет ваши суставы, а на фоне ковида, как спусковой крючок, все заново заболело, и помимо лекарственной терапии, которую назначит профильный специалист, обязательно нужно двигаться.

Еще проблема в том, что многие считают, что это необязательно, потому что у нас к движению относятся скептически, все помнят ЛФК в советских больницах возле шведской стенки и с деревянной палкой. Сейчас все по-другому, есть масса дополнительного оборудования из того же фитнеса, есть медицинское оборудование, и необязательно ходить в поликлинику, это могут быть домашние занятия, занятия во дворе, и было бы хорошо, чтобы это понимали не только врачи, но и пациенты, клиенты, просто окружающие нас люди.

Виктория Данильченко:

Люди думают так: переболел, сказали, что через 4 месяца само пройдет. А смотришь на некоторых и понимаешь, что уже полгода прошло, а воз и ныне там, потому что здоровье наше и мы сами должны быть ответственны за себя и за свое здоровье. И сегодня это не шведская стенка с белыми носками, я просто с ужасом вспоминаю эти кошмарные занятия в детских лагерях, и мои сверстники думают – ну какая ЛФК, там будет нудная тетка, наклоны влево-вправо и так далее. Кто те люди, которые к Вам чаще всего обращаются, кого бы Вы могли назвать профильными пациентами?

Илья Торопцев:

Пациенты с заболеваниями опорно-двигательного аппарата, в первую очередь спины. Есть мировая статистика, что до 96 процентов взрослого населения планеты хотя бы раз в жизни испытывают боли в спине, как правило, это боль в пояснице, и она не имеет причины, так называемая неспецифическая боль в спине. У меня есть блог в разрешенных социальных сетях, и в не очень разрешенных, там целый цикл статей про боль в спине, и это основная проблема и основной контингент.

Второе – это суставы, коленные суставы и плечи, это уже более старший возраст. Если больные спины молодеют, сам я почувствовал в 25 лет, сейчас уже есть пациенты, у которых спины начинают болеть в 20 лет, сидячий образ жизни, машины, офис, отсутствие физкультуры, то суставы – это больше возрастное, особенно коленные, тазобедренные суставы. Плечи – это больше спортсмены, силовые, бросковые виды спорта. Сейчас по долгу работы в центре «Царицыно» очень много пациентов с детским церебральным параличом, и притом это не дети, а взрослые, которые всю свою жизнь живут с этим заболеванием, они не получали нормальной реабилитации еще тогда, в Советском Союзе, в 1990-е годы, когда всего этого практически не было. И сейчас для них что-то новое, мы что-то начинаем делать, модернизируем подход, модернизируем систему реабилитации, стараемся выйти на мировой уровень.

Виктория Данильченко:

Получается, у них еще не все потеряно, или Вы просто облегчаете им существование?

Илья Торопцев:

Мы их адаптируем.

Виктория Данильченко:

Какой это возраст?

Илья Торопцев:

От 25-30 и до 50.

Виктория Данильченко:

Если мы говорим про спортивную медицину, мне известно, что есть такие люди, и я уверена, что их полно везде, которые дорываются доспортивного зала, и начинается одно, другое, третье, и таких правда много. Я в свое время начала заниматься пилатесом, и потом спрашиваю своего тренера: «Я сейчас уеду, будет перерыв 2 недели, может, мне что-то поделать? – Можно, но лучше ходите и дышите».

Приезжаю в отель, а там чего только нет, и я на тренажере для ног сделала раз 100, все так легко шло. А я ездила с семьей, и была моя приятельница, она любительница силовых тренировок, и я ей рассказала, как классно позанималась. Она на меня смотрит и говорит: «Ты что, больная? Какой ужас». Я даже не буду рассказывать, что я испытала вечером. Когда болит после тренировки, мы все к этому нормально относимся, но я реально не могла сделать шаг, и когда я его делала, понимала, что я тяжело больной человек, я не могу идти, мне было просто страшно. И явно есть такие же любители, только я с ногами, а кто-то и по-другому. Что Вы можете этим людям сказать?

Илья Торопцев:

Тут есть две крайности, когда можно очень быстро заработать проблему или травму. Первая крайность – это герой выходного дня, мужчина, который пять дней работает, а в субботу решает побегать в футбол или в баскетбол со своим друзьями и выложиться, пропотеть, весь недельный стресс с себя снять. У него это одна тренировка в неделю, она очень интенсивная, и в какой-то момент он ломается, потому что совершенно не готов к такой интенсивности. Это может быть травма, боль в мышцах, называется крепатура, когда мышцы сильно болят после тренировки, и это связано не только с молочной кислотой, а с микроповреждениями, которые происходят в мышцах, и это недостаток подготовки. Нельзя тренироваться один раз в неделю, это не тренировка, лучше тогда не надо, просто погуляйте, подышите воздухом.

Вторая крайность – это когда ты решаешь подготовиться к чему-то. Мы готовились к лету, второй этап подготовки к новогоднему корпоративу, то есть надо к этому моменту похудеть, кому-то поднабрать, кто-то готовит приватные танцы, надо быть в форме. И ты начинаешь заниматься 6-7 раз в неделю, сразу штанги, куча групповых программ, и всегда 9 из 10 травмируются, получают мышечные проблемы. Так нельзя, главное – всегда плавно втягиваться в процесс, желательно, чтобы это было под контролем специалистов, постепенно повышать интенсивность. Вы пошли на тренажер, сделали 100 раз. Если бы Вы пришли к тренеру, например, ко мне, мы бы на этом тренажере сделали 2 подхода по 10, Вы бы мне на следующее утро сказали, что ничего не болит, наверное, не было эффекта. Мы бы сделали еще через день 2 по 12, постепенно набирали интенсивность, и Вы, не впадая в критическое состояние, увидели бы эффект через некоторое время, а так только отрицательные моменты. Поэтому аккуратно, плавно вытягиваемся, желательно, чтобы был тренер.

Виктория Данильченко:

Не под руководством самого себя, что я открыл интернет и посмотрел, как надо. Лучше обратиться к специалисту, мы же не чиним краны дома, а вызываем сантехника, у нас обувь сбилась – мы же несем ее в ремонт. Я занималась пилатесом, потом перешли на силовые тренажеры, день пилатес, день силовые тренажеры. Потом приходишь выпить чаю в кафе при клубе, и там такое количество людей, все пьют протеиновые коктейли, карнитин, разные добавки. Это все показано или тоже есть ограничения?

Илья Торопцев:

Я нормально отношусь к спортивным добавкам, протеину, белково-углеводным смесям, но все должно быть с умом. Если цель занятий – просто хорошее самочувствие, и клиент посещает зал 3 раза в неделю, где-то побегал, где-то поплавал, то ему совершенно необязательно все эти спортивные добавки. Если цель коррекция фигуры, неважно куда – в набор или в похудение, диетолог или нутрициолог расписал рацион, и ты не укладываешься в этот рацион обычным питанием, то вполне можно добавить протеин. Например, не получается съесть 100 грамм белка в день, это много творога, яиц, говядина, курица – ничего страшного, можно выпить протеиновый коктейль. А если вы собираетесь выступать на силовых соревнованиях – тяжелая атлетика, бодибилдинг, есть специальные силовые добавки, это креатин, который добавляет силы, другие аминокислоты. Если цель развитие какого-то навыка, но нет никаких сил заниматься сегодня, но ты не можешь пропустить тренировку, есть предтренировочные комплексы, предтреники, они вколачивают сердце, пульс, температура, но зато тебя прет – пожалуйста. Но если этих целей нет, ты ходишь для хорошего самочувствия, чтобы ничего не болело, чтобы все просто двигалось, ты получаешь от этого кайф, совершенно необязательно все это принимать.

Виктория Данильченко:

А если человек просто купил перекусить протеиновый батончик, это можно?

Илья Торопцев:

Можно, ничего страшно. Протеиновый батончик или если один раз выпить какой-то коктейль, это не критично, единственное, может быть аллергия на компоненты, и порошковый протеин не всегда хорошо воспринимает живот. Если перебрал по белку, может раздуть, как шарик, но в целом ничего отрицательного в этом нет, это не запрещенные субстанции, не допинг.

Виктория Данильченко:

У нас как в анекдоте: вчера все были вирусологи, сегодня политологи. Вдруг все стали сексологи, психологи, психоаналитики, с этой группой товарищей все более-менее ясно, мы всегда говорим, что будьте аккуратны и не попадайтесь в руки к тем людям, кто из себя непонятно что представляет. В Вашей специальности ведь тоже есть те, которые обещают, что завтра вы придете, а через три дня у вас талия минус 10 сантиметров, выпейте 3 таблеточки, мы подойдем к тренажеру, пару раз нажмем. У нас люди очень доверчивые, ведутся на чудо-таблетки, чудо-тренировки, и почему-то все время кажется, что совсем необязательно вкладывать свой собственный труд. Людям, которые много работают и много заняты делом, в голову точно не придет пойти и выпить таблетку, но есть люди доверчивые, очень часто привлекают к этим историям разного рода звезд, где описывают, как кто-то что-то сделал, выпил таблетку, а не на диете сидит. В Вашей практике с таким приходилось сталкиваться?

Илья Торопцев:

Конечно, это проблема современных социальных сетей, проблема раскрутки в социальных сетях, то есть ты сидишь и придумываешь какой-нибудь метод лечения, нанимаешь хорошего smm-щика, который делает тебе красивый аккаунт, ты начинаешь рассказывать, как всем помогает, и тебе верят. Покупают различные энергетические практики, которые выровняют ритмы, которых не существует, ты покупаешь таблетки. Дичи очень много, это и кофейные клизмы, и пиявки на глаза, и ушные свечи, чего только нет.

В реабилитации один из очень распространенных мифов – это подвывих атланта. Атлант – это первый позвонок, он соединяет череп с позвоночником, и адепты, гуру, которые говорят, что атлант находится в подвывихе – он находится в подвывихе у всех, и виновата в этом акушерка, которая вас принимала. Считается, что с рождения у 100 процентов людей атлант находится в подвывихе, потому что манипуляции, которые выполняет акушерка во время родов, как-то на это влияют. И от этого подвывиха атланта якобы все болезни, мышцы перетянуты, нервы не доходят куда надо, болит желудок, болят пятки, неправильный прикус и так далее – просто бред сумасшедшего, но тем не менее это продается, и секретные методики лечения этих секретных диагнозов тоже продаются, кто-то лечит руками, кто-то лечит специальными аппаратами.

Он пощупает, скажет, что у вас подвывих атланта, я вам сделаю сейчас процедуру, это будет 5 минут, 7 тысяч рублей, одной процедуры не хватит, надо будет пройти 10 раз, и потом у вас все пройдет. И есть люди, которые на это соглашаются, есть отзывы тех, которым помогло, эффект плацебо никто не отменял. Когда ты платишь 7 тысяч за 5 минут, конечно, сразу же проходит, а если ты сходил на 10 процедур, у тебя не просто все прошло, ты супермен. Поэтому чтобы не попасться на удочку подобных шарлатанов, для начала надо спрашивать у подобных специалистов документы об обучении, или если на первой консультации заявили, что у вас подвывих позвонка или слиплись фасции, придите домой и откройте интернет. Интернет, конечно, глобальная мусорка, но тем не менее там есть грамотные научные исследования, просто почитайте, спросите второе мнение, а это самая крутая вещь. Вы пришли к одному специалисту – сходите к другому, если они будут разные, сходите к третьему, и тогда уже что-то для себя поймете.

Виктория Данильченко:

Достаточно давно была программа по типу скрытой камеры, женщина приходит в аптеку и говорит: «У вас есть водочная клизма? – Да вы что, какая водочная клизма? – Что значит какая? Я в рекламе прочитала, мой муж пьет, а я не хочу, чтобы он внутрь употреблял. – Она же всю слизистую сожжет, вы в своем уме?» Понятно, что здесь определенный юмор, люди смеются, а ведь действительно огромное количество людей, которые через это прошли. 15 лет назад я могла приехать в санаторий в Ялту, и там много мануальных терапевтов, которые в первую очередь делают вот этот «хрясь» с шеей. Я как вспомню, у меня сразу физический страх. И когда мне нужно было прийти к человеку, который со спиной работает, первое, что я сказала: «Вы мне шею вот так делать не будете? – А надо? Вы хотите? – Нет, ни в коем случае. – Тогда не буду». Тот самый эффект, который может создаваться а-ля гуру, и какой хруст у всех, так что действительно нужно быть очень внимательными.

Вы говорили, что родители были не в восторге, что Вы выбрали для себя профессию врача, медицинскую специальность, а почему, видели Вас кем-то другим?

Илья Торопцев:

Папа строитель, он хотел, чтобы я пошел по его стопам в строительство, но меня это никогда не интересовало. И на момент, когда я решил, что это будет медицина, я занимался в школе олимпийского резерва по плаванию и показывал неплохие результаты, мне предложили связать жизнь с плаванием. Папа не видел меня в спорте, но мама была не против, и решался вопрос о том, что я пойду в спортивный класс, это 12 тренировок в неделю, постоянно соревнования, сборы, спортивные лагеря, но я говорю нет, я посмотрел сериал и стану врачом. Конечно, было удивление, но палки в колеса не вставляли, наоборот, всячески способствовали тому, чтобы у меня все получилось, и всегда радовались моим успехам.

Виктория Данильченко:

Какой любимый вид спорта, плавание?

Илья Торопцев:

Я плаваю с 8 лет, то есть это были профессиональные соревнования и любительские, я работал в World class, на внутренних соревнованиях плавал, а вообще one love – это футбол, с детского сада пинал мяч и на любительском уровне играл за школу, университет, больницу, занимался в детско-юношеской школе футболом. Сейчас в центре «Царицыно» у нас образовался кружок по интересам, и скоро возобновлю тренировки, потому что давно не играл.

Виктория Данильченко:

В качестве тренера в спортклубах Вы тоже продолжаете себя видеть или уже со спорт-клубами закончили?

Илья Торопцев:

Я ушел из спорт-клубов, иногда консультирую дистанционно, онлайн своих знакомых, недавно консультировал футболиста, который сломал ногу, мы давно знакомы, и я немножко помогал, рассказывал, как восстановиться.

Виктория Данильченко:

Я знаю, что Вы несколько дней еще в Иртыш ныряли.

Илья Торопцев:

Была интересная история, я стоял возле Иртыша практически в плавках, и мне позвонила Ваша помощница и предложила прийти в студию. Я  сказал, что если сейчас в Иртыше не утону, потому что там течение, тогда приду обязательно. Я люблю путешествовать, это даже не хобби, а часть жизни, я много путешествую в основном по России, конечно, за рубежом много всего интересного, но и в России много красивого. На данный момент я посетил 162 города в России, от Смоленска и пока до Новосибирска, на Дальний Восток еще не забирался, и у меня буквально на днях было небольшое путешествие в Тюмень, Тобольск, Сургут, Нефтеюганск, Ханты-Мансийск. В Тобольске была дикая жара, я посмотрел Кремль и решил, что надо занырнуть в Иртыш, это одна из самых крупных рек в России, поэтому обязательно должен искупаться. Очень сильное течение, температура для обывателя будет прохладной, а поскольку я всю жизнь в воде, мне было нормально.

Виктория Данильченко:

На сегодняшний момент очень актуальны путешествия по России, и мне просто по роду деятельности приходится достаточно часто бывать в других регионах и городах, я, к сожалению, в Иртыш не могу нырнуть, но когда приезжаю в судебное заседание, то стараюсь всегда оставить хоть какое-то время для ознакомительного процесса, и это очень интересно, много таких мест, которые просто многие даже и не представляют себе. Мы вскользь упомянули, что если походить, то надо 10000 шагов сделать.

Илья Торопцев:

Это миф, конкретно эта цифра, я когда-то писал пост про 10000 шагов, откуда это взялось, это был рекламный слоган еще в 1960-х годах, и оттуда закрепилось, что минимум 10000 шагов. Необязательно считать, заводить фитнес-браслет, надо просто двигаться, потому что движение – это жизнь, а будет это 10000 или 9000, даже если 5000-6000, это будет хорошо, потому что современные реалии таковы, что из машины в офис, обратно домой на диванчик, поэтому даже 1000 шагов иногда не набирается.

Виктория Данильченко:

Исходные данные многих людей, которые сидят в офисе, перед компьютером, потом сел в машину, доехал до дома, сел перед телевизором или лег, и на этом все закончилось. Но это же не миф, что если у человека больная спина, то самое хорошее для него – это плавание в бассейне, или тоже миф?

Илья Торопцев:

Отчасти, смотря как плавать. При больной шее плавание в формате сочинский брас, когда голова постоянно над водой, ничего хорошего не даст. Если это заболевание спины, мы говорим о сколиозе, и если это профессиональное плавание, то сколиоз может прогрессировать, это минус. И есть большие исследования, правда, они были для профессиональных спортсменов, это была юношеская олимпийская сбoрная США, где всех обследовали, были выявлены сколиозы в определенных градусах, и после нескольких лет тренировок они все выросли под ведущую руку, то есть если правша и дышит постоянно на правую сторону во время плавания кролем, то и дуга вправо увеличивалась.

Говорят, что плавание на спине – это топ, плавать на спине для улучшения осанки хорошо. Надо понимать, что плавание – это не метод лечения, но это метод облегчить свое состояние в комплексной терапии, но каких-то волшебных свойств плаванию присваивать не стоит.

Виктория Данильченко:

Мне тоже всегда казалось достаточно странным, потому что практически любой невролог, невропатолог лечит плаванием, надо плавать. Когда голова торчит, она плывет, и ты понимаешь, что у нее вся нагрузка ложится на шею, то рассуждать о том, что человеку что-то помогает, странно. Но если мы говорим о нормальном брасе, с головой, то действительно это расслабляет плечевой корсет, потому что в моем случае, если болит, мне может помочь обычное плавание.

Илья Торопцев:

Читал исследования, в которых утверждалось, что при больном колене брас не очень хорошо, учитывая механику движений, это толчок ногами, и я лично знаю пловцов уровня кандидата в мастера спорта и мастеров, которые заканчивали с плаванием, с брасом ведущим стилем из-за того, что начинает болеть коленный сустав.

Виктория Данильченко:

Большое вам спасибо за этот эфир. У меня был в гостях врач лечебной физкультуры, спортивной медицины, специалист центра реабилитации инвалидов «Царицыно» Илья Торопцев.