Атеросклероз - дела сердечные и не только

Кардиология

Андрей Реутов:

Добрый вечер, дорогие друзья, в эфире очередной выпуск «Мозгового штурма» на канале Медиадоктор. Сегодня мы решили поговорить о делах сердечных, точнее, какая связь между кардиологической патологией и головным мозгом. И рассказать об этом я пригласил врача-кардиолога, кандидата медицинских наук Ирину Поляеву. С чего родилась идея рассказывать о делах сердечных на передаче, которая называется «Мозговой штурм»? Помню, Вы даже как-то упрекнули меня – как же так, до сих пор на передаче про мозг не было кардиолога.

Ирина Поляева:

Действительно, я такое написала, потому что искренне возмутилась. Поскольку Вы хирург, то знаете, что в хирургии есть такой анекдот: хирургу позволено все, что ему позволит анестезиолог. Если это перефразировать, я бы сказала так, что мозгу позволено все, что ему позволит наше сердце. Глобально от функции сердца зависит функция всего организма. А те проблемы, которые характерны для сердечной патологии, очень сильно перекрещиваются с неврологическими проблемами.

Андрей Реутов:

На одном из наших эфиров был Ваш однокурсник, врач сердечно-сосудистый хирург Олег Гулаев, тогда мы решили поговорить о высоком, о брахиоцефальных артериях и кровоснабжении головного мозга. Теперь мы опускаемся немножко ниже, тогда мы обсуждали мозг, сейчас обсуждаем сосуды, а теперь поговорим о делах сердечных.

Именно цереброваскулярные заболевания занимают третье по распространенности место среди причин инвалидизации и смерти, есть еще онкология, а кардиальная патология на каком месте стоит?

Ирина Поляева:

Вы, как онколог, со мной согласитесь, что мы все боимся онкологии, и я в числе тех людей, которые до жути ее боятся. Но правда заключается в том, что на протяжении последних десятилетий сердечно-сосудистые заболевания являются ведущей причиной смертности во всем мире, и наша страна в этом смысле не является исключением. Был период, когда нам удалось немножко снизить эту статистику, потом случился ковид, и нас откатило немножко назад, после ковида был всплеск сердечно-сосудистых заболеваний. Это ведущая причина смертности во всем мире.

За последние 10-15 лет мы очень круто научились лечить сердечно-сосудистые заболевания, появились новые суперэффективные препараты для снижения давления, холестерина, лечения сахарного диабета, для антикоагулянтной терапии, дезогрегатной терапии, у нас появилась интервенционная хирургия, то есть мы рутинно стали делать коронарографию, стентирование, мы протезируем клапаны малыми доступами, но несмотря на это проблема остается ровно на том же самом месте. И мне очень хочется, чтобы сегодня в процессе нашего эфира люди нашли ответ – почему так происходит, почему, несмотря на такое развитие медицины, мы все равно не можем поменять эту статистику.

Андрей Реутов:

Один из моих эфиров назывался «Инсульт в молодом возрасте», мне специалисты говорили, что инсульты молодеют. Потом кто-то из онкологов сказал, что онкология стала чаще встречаться, от Вас я услышал, что атеросклероз, то есть заболевание, которое лично у меня ассоциировалось всегда с дедушками и бабушками, оказывается, тоже помолодел. Что это, образ жизни или последствия ковида, в чем причина?

Ирина Поляева:

Если мы уйдем от медицинской терминологии, атеросклероз – это хроническое заболевание, которое обусловлено тем, что на сосудистой стенке идет отложение липопротеидов. Много фракций, наиболее известный из них –холестерин, но их гораздо больше, это и триглицериды, и липопротеиды низкой, высокой плотности и так далее. Атеросклероз – это то, что откладывается на стенке сосуда и в конечном итоге приводит к образованию сосудистой бляшки. Что в этом такого страшного и какое практическое применение имеет для нас?

Каждый наш орган кровоснабжается сосудами, и от того, насколько сохранны сосуды, зависит глобально все. Сосуд – это полый орган, который имеет стенки, у него должен быть гладкий внутренний слой, он должен быть эластичным. В организме идут сложные механизмы саморегуляции, организм очень умный, он сам знает, как корректировать какие-то внутренние вещи, и наша задача – просто не мешать ему.

Зачем сосудам нужно свойство эластичности? Представим себе ситуацию, вы идете заниматься в спортзал или сходили в баню, дальше нас начальство вызвало на ковер, мы нервничаем, переживаем. В этот момент, если бы не было сложных моментов регуляции, у нас бы подскакивало давление: на физическую нагрузку, на жар в бане, на стресс. Но до поры до времени так не происходит, то есть в организме происходит регуляция, и это не допускается, а происходит это за счет того, что сосуды получают сигнал сужаться либо расслабляться. И в зависимости от тонуса сосудистой стенки мы регулируем давление. Теперь представим себе картину – что-то происходит в сосудах, они начинают заторможенно реагировать, становятся жесткими, ригидными, не успевают получать сигнал.

Андрей Реутов:

Давайте я угадаю – это атеросклероз.

Ирина Поляева:

Совершенно верно. И вот мы сходили в спортзал, в баню и понимаем, что чувствуем себя плохо, померили давление, а оно уже зашкаливает. Как правило, в рутинной практике это первые звоночки. Поэтому важно не допустить развитие атеросклероза, потому что атеросклероз – это фундамент всех сердечно-сосудистых заболеваний. Случился атеросклероз – на него нанизывается гипертония, дальше ряд других заболеваний, и самое сложное из них – это сердечно-сосудистые катастрофы: инфаркт миокарда либо развитие инсульта.

Андрей Реутов:

Вы сказали, что важно не допустить развития атеросклероза. Мы его не допускаем вообще, если планируем жить до 100 лет, либо оттягиваем этот момент? Есть ли пациенты пожилого возраста, у которых отсутствуют атеросклеротические бляшки, либо это естественный процесс, когда с годами, хотим мы этого или нет, все равно это появляется?

Ирина Поляева:

У меня есть пациенты, у которых в 80 лет и старше нет атеросклероза либо невысокий уровень липидов. И есть молодые пациенты, у которых уровень липидов зашкаливает. Необязательно возраст равно атеросклероз, есть другие механизмы, из-за которых повышается давление, но глобально нет. Это очень важный момент, чтобы понимать, зачем нам нужна профилактика. С годами происходит другое: естественный процесс старения, отложение кальция, кальциноз сосудистой стенки, и за счет этого происходит жесткость. К сожалению, это неминуемо, мы взрослеем, и наши сосуды тоже. А вот на процесс атеросклероза можно повлиять.

Андрей Реутов:

Эти пациенты за 80, интересно, ходили в свое время в баню, занимались спортом? Просто я хочу подвести к тому, какие факторы могут приводить к развитию атеросклероза. Всегда говорят – не пейте алкоголь, не курите, следите за диетой, употребляйте правильные продукты, ЗОЖ.

Ирина Поляева:

Все правильно говорят. Перед тем, как более детально я это проговорю, мне хочется отметить очень важный момент: во всем мире во всех рекомендациях важность профилактики атеросклероза, которая заключается в модификации образа жизни, не подлежит сомнению, то есть хочешь избежать сердечно-сосудистых заболеваний, атеросклероза – ты должен модифицировать образ жизни. И эта проблема настолько актуальна, и ценность модификации образа жизни настолько важна, что сейчас эта программа находится под патронажем государства. Может быть, в регионах в меньшей степени это заметно, но в крупных городах и в Москве сильно. Сейчас мода на здоровый образ жизни, на пропаганду здорового образа жизни, стало модно не курить, питаться сбалансированно, ходить на спортивные мероприятия, бегать марафоны.

Андрей Реутов:

Еще в советские времена был девиз – бегом от инсульта.

Ирина Поляева:

Теперь мы возвращаемся к этому, сейчас проводят марафоны в Москве, велопробеги, у нас выделяют специальные дорожки. Велопрокаты в каждом спальном районе, не просто детские площадки, а турники. Модифицируют парки, то есть все делается для того, чтобы народ занимался спортом.

Почему это так важно, чем мы можем испортить наши сосуды? В первую очередь, жизнь у всех непростая, ковид нас научил тому, что можно работать на удаленке, и, с одной стороны, это плюс, с другой стороны, очень многие перестали двигаться вообще. Если мы раньше собирались на работу, куда-то ходили, у многих даже это минимальное движение отпало, то есть малоподвижный образ жизни, гиподинамия. Многие питаются несбалансированно и потребляют пищевой мусор. У людей избыточный вес, и это катастрофа для развития атеросклероза.

Курение – я пациентам всегда говорю: если медицина разрешает употреблять смешные дозы алкоголя, то сигареты – это табу, ни в одной рекомендации этого нет. Мы уже кофе разрешили пить гипертоникам, а вот сигареты нет, потому что они очень плохо влияют. Итак, избыточный вес, гиподинамия, несбалансированное питание, сопутствующие заболевания, такие как сахарный диабет. Если мы вовремя не диагностировали сахарный диабет, то это тоже определенный фактор риска.

Андрей Реутов:

Есть моменты, которые зависят от нас. Да, мы бегаем марафоны, бросили курить, не едим пищевой мусор, правильно питаемся. А есть ли какая-то роль генетики и наследственности? Если у кого-то из родителей был инсульт на фоне бляшек, можем ли мы сломать систему, если знаем, что в роду был такой случай?

Ирина Поляева:

Генетическая предрасположенность – это очень серьезная доминанта. К сожалению, часто прослеживается, что если наследственность отягощена, то большая вероятность, что она проявится у того или иного человека. Может быть, Вы тоже сталкивались с тем, когда говорят: «Ой, у меня сосед пил, курил и прожил до 100 лет». На это хочу сказать следующее: я сейчас прохожу обучение по спортивной кардиологии, и там очень интересная статистика. На 10 000 занимающихся спортом людей получается только один олимпийский чемпион, и вырастить олимпийского чемпиона – это наследственное обусловленное, то есть исходно должны быть генетические предрасполагающие факторы. Поэтому если ваш сосед пил, курил и дожил до 100 лет, скорее всего, он попал в такую прекрасную статистику, это не значит, что повезет всем остальным.

На что еще мы не можем повлиять? Пол, возраст являются факторами риска, например, мужчины до 60 лет в группе риска. Мы часто слышим, что молодой знакомый неожиданно умер, то есть реально мужчины до 60 лет находятся в группе риска. Поэтому если вы мужчина до 60 лет, берегите себя.

Дальше женщины, после 60 нужно себя беречь более интенсивно, потому что начинаются гормональные изменения в период менопаузы, и тут у женщин риски повышаются. То есть это те вещи, на которые мы повлиять не можем.

Андрей Реутов:

Вы начали говорить про цифры, я Вам отвечу с нейрохирургической точки зрения. По моим данным, в России ежегодно порядка 400 000 инсультов, из них 80 процентов приходится на ишемический инсульт, из них 60 процентов приводят к грубой инвалидизации. Мы поняли, что атеросклероз – одна из ведущих причин ишемического инсульта, а к чему еще может приводить атеросклероз, если мы его не лечим, если не бережем себя?

Ирина Поляева:

Казалось бы, не питаемся, не двигаемся, ну и что, как это может повлиять на развитие того же ишемического инсульта либо инфаркта. А происходит это следующим образом: в организме осуществляется обмен липидов, и до поры до времени они утилизируются, все прекрасно. Но с возрастом обмен веществ замедляется, и мы продолжаем мало двигаться, потреблять пищевой мусор, в организм поступает большое количество этих липидов. Организму становится слишком сложно их утилизировать, и куда им деваться? Они начинают откладываться на сосудистой стенке. Если мы вовремя не начинаем двигаться, не пересматриваем свое питание, не худеем, у нас избыточный вес, не бросаем курить, то липиды продолжают откладываться на сосудистой стенке и образуют атеросклеротическую бляшку. Чем больше атеросклеротическая бляшка, тем больше она перекрывает просвет сосуда, и рано или поздно к жизненно важным органам притекает меньше крови.

Ну и что, скажут наши уважаемые слушатели. А суть заключается в том, что атеросклероз – это генерализованный процесс, эта ситуация может произойти абсолютно в любом органе: головной мозг, глаза, сердце, почки и так далее. Артерии имеют очень малый диаметр, например, ствол левой коронарной артерии до 4,5 мм, сосуды глаза еще меньше, то есть закрыть просвет сосуда к этим органам несложно.

Как проявляется атеросклероз? Его коварство в том, что ничего не болит, болеть начинает тогда, когда поражается тот или иной орган. Недавно молодой парень 27 лет обратился к неврологу, потому что его беспокоят головокружение, головная боль, слабость, то есть банальные неочевидные причины. Невролог по анализам видит высокий уровень липидов и отправляет ко мне. Я спрашиваю у пациента: «Что еще вас беспокоило?» И в процессе расспроса он мне говорит: «Я люблю разгадывать кроссворды, и тут я стал замечать, что склоняюсь над кроссвордом и думаю дольше, чем обычно», – то есть стал немного притормаживать. Ему назначили план обследования, лечения, для того чтобы улучшить эту ситуацию.

В зависимости от того, где происходит отложение, образование бляшки, будет поражение того или иного органа. Если это происходит в сосудах сердца, с большой вероятностью у пациента будут боли в области сердца, одышка, нарушение толерантности к физической нагрузке, то есть пациент хуже переносит физическую нагрузку, это первая причина. Если идет атеросклероз магистральных артерий шеи, те сосуды, которые кровоснабжают головной мозг, самое первое, на что жалуются пациенты, это головная боль, головокружение, слабость, то есть те причины, с которыми они попадают к неврологам. И таких пациентов мы лечим мультидисциплинарно, они у нас перекрещиваются.

Также может ухудшаться зрение, страдает функция почек, и самый железобетонный аргумент для мужчин, потому что мужчину сердцем не напугаешь, инфарктом его не поразишь – это различные эректильные дисфункции, нарушение потенции. То есть когда мужчина замечает, что в мочеполовой системе происходит нарушение, это его стимулирует обратиться к врачу, до этого момента мужчины никак не пугаются.

Андрей Реутов:

Я просто восхитился молодым человеком, который в 27 лет разгадывал кроссворды, а не сидел в телефоне, это редкость. Не все мужчины обращаются к врачам, когда у них проблемы с потенцией, но есть еще мужчины, которые приходят к Вам, когда перестают нормально отгадывать кроссворды. Красные флаги мы проговорили – головокружение, нарушения со стороны центральной нервной системы, снижение памяти, кардиальные проблемы, нарушение толерантности к физической нагрузке.

Ирина Поляева:

Если атеросклероз нижних конечностей, то у пациента будет другая симптоматика: боли в ногах, перемежающаяся хромота, меньшую дистанцию может пройти без болевого синдрома.

Андрей Реутов:

А у женщин может это влиять на половую сферу или нет?

Ирина Поляева:

Такой связи у женщин я не зафиксировала.

Андрей Реутов:

Молодой человек заметил, что у него нарушение памяти, снижение концентрации внимания или нарушение в половой сфере. Куда ему бежать? Понятно, что с головокружением он идет к неврологу, с кардиальными проблемами приходит к Вам. Есть ли стандартный спектр исследований и анализов, которые нужно пациенту иметь при себе перед приходом к Вам, и что Вы дополнительно назначаете, для того чтобы исключить проблему?

Ирина Поляева:

Тут два варианта развития событий. Первый вариант любят пациенты и не очень любим мы, второй вариант – то, что любим мы. В первом случае пациент хочет превентивно сделать обследование и с этими обследованиями прийти к кардиологу либо неврологу. С одной стороны, вроде бы пациент уже какое-то обследование сделал, но в реальной практике мы сталкиваемся с тем, что пациент сдал неразвернутый липидный профиль, один холестерин, который мало информативен, либо какое-то исследование не доделал. Поэтому чтобы не было разочарования, чтобы не было лишних трат, я всегда рекомендую первично идти к врачу, неважно, кардиологу, неврологу, для того чтобы вам составили план обследования.

Что входит в этот план обследования? Самое простое, что должно входить в диспансеризацию, это анализ крови на липидный профиль разного уровня, это не просто холестерин, потому что кардиологи только на холестерин не ориентируются, это малоинформативный показатель. Нам нужен холестерин, триглицериды, липопротеиды низкой плотности, высокой плотности, хотя бы эти показатели помогут подобрать правильное лечение.

Когда мы видим, что липидный профиль повышен, нам нужно посмотреть на какой стадии пациент: есть развитие бляшки, утолщается ли сосудистая стенка, и тогда мы направляем на УЗИ брахиоцефальных артерий, или, как мы говорим, УЗИ сосудов шеи – самый простой, самый недорогой, самый безболезненный способ визуализировать наличие атеросклеротической бляшки. Сделав УЗИ сосудов шеи, сдав кровь на липидный профиль, мы уже ответим на очень много вопросов и будем понимать, насколько интенсивно модифицировать образ жизни.

Андрей Реутов:

Мы с Олегом Гулаевым, который занимается сосудами шеи, обсуждали, что нам недостаточно УЗИ брахиоцефальных артерий для принятия решения, надо обязательно делать КТ-ангиографию, для того чтобы посмотреть архитектонику сосудов и понять, чем мы можем помочь пациенту хирургически. В Вашем случае для диагностики атеросклероза вполне достаточно ЦДС.

Ирина Поляева:

Когда мы используем другие, более серьезные методы исследования, и когда уже идет речь о том, чтобы принять решение, мы отправляем пациентов к сосудистым хирургам, возьмут на операцию или нет. Но для начального этапа ведения пациентов таких методов исследований вполне достаточно.

Андрей Реутов:

Одним из экспонатов Хантеровского музея Королевского общества хирургов является препарат сонной артерии с бляшкой внутри, которому более 200 лет, он тогда был идентифицирован, как некое окостенение сонной артерии. И вопрос – мы все не молодеем, нужно ли лечить атеросклероз?

Ирина Поляева:

Обязательно.

Андрей Реутов:

Убедите нас.

Ирина Поляева:

Вначале нам комфортно, мы ни в чем себе не отказываем, нагрузку переносим хорошо, спортом занимаемся, никаких проблем, атеросклероз не чувствуем, никаких симптомов нет, и мы живем в прекрасном счастливом неведении, но процессы внутри сосудов идут: начинает утолщаться сосудистая стенка, атеросклероз прогрессирует, это приводит к развитию гипертонической болезни. Гипертония гипертонии тоже рознь. Мы же не ходим с тонометрами и регулярно не меряем давление, мы чувствуем себя молодыми.

Андрей Реутов:

Я по секрету признаюсь, у меня дома нет тонометра, мне очень стыдно, но если что, я на работе его измеряю.

Ирина Поляева:

Такой подход у очень многих, мы рутинно не измеряем, потому что кардиология – это про старость: мы доживем до своих 80 лет и тогда купим тонометр, до определенного момента мы даже не фиксируем свое давление и теряем время, а процессы в организме идут. Мы начинаем это замечать, когда уже резервы организма истощаются, и он просто кричит: «Помогите!» Это проявляется в первую очередь повышением артериального давления. Когда повышается давление, считайте, что это уже точка невозврата, то есть откатить назад мы не можем, дальше идет по нарастающей. Там, где гипертония, там будут развиваться сердечно-сосудистые заболевания либо цереброваскулярные заболевания.

Андрей Реутов:

Я, как нейрохирург, знаю, что мы можем лечить последствия атеросклероза путем удаления бляшек из сонных артерий, но до этого надо дорасти. С чего начинается базисная терапия пациентов, у которых диагностирован атеросклероз, что мы лечим – сосуды, мы укрепляем сосуды, даем ноотропы?

Ирина Поляева:

Прежде чем дать таблетки, у нас есть ряд способов, чтобы немедикаментозно пролечить. Иногда бывает такая ситуация, что пациент самостоятельно сдал анализ крови, получил уровень холестерина, смотрит на референсы лаборатории и думает: «Отличный у меня холестерин, укладываюсь в референс», – и прекрасно живет. Но у кардиологов есть четыре градации, четыре нормы в зависимости от сердечно-сосудистого риска. Для того чтобы мы определили, как будем лечить пациента, нам надо определить сердечно-сосудистый риск, он может быть от умеренного до очень высокого.

Если у пациента в анамнезе уже есть инфаркт, инсульт или сахарный диабет, этот пациент автоматически группы высокого и очень высокого риска. Остальные рассчитываются по специальной шкале Score, и мы определяем сердечно-сосудистый риск.

Если пациент относится к группе умеренного риска либо среднего, здесь варьируем, обсуждаем, смотрим, что можем предложить пациенту. И первое, что мы должны сделать, это предложить модификацию образа жизни. Например, мы говорим: «Уважаемый пациент, у вас избыточный вес, по индексу массы тела вес превышает, плюс 10 килограммов, вам обязательно нужно снижать вес, это позволит нам снизить уровень липидов. Вы курите, давайте попробуем снизить количество сигарет, которые вы употребляете. Давайте начнем заниматься спортом, добавим физическую активность, попробуем сбалансировать питание, чтобы убрать пищевой мусор», – прописываем каждый пункт, тут тоже есть определенные нюансы.

Если это пациент молодой, низкого риска, без сопутствующей патологии, то сделав все то, что я говорю, уже получается немедикаментозным способом улучшить уровень липидов, это реально работает. У меня есть пациенты, которые дисциплинированно соблюдают рекомендации, и мы без таблеток приходим к норме. В случае если это не помогает или у пациента уже есть какая-то сопутствующая проблема, здесь с большой долей вероятности, что только лишь спортом, только питанием, снизив вес мы проблему не решим, и здесь включаются другие механизмы. Основная группа, которая у нас есть, это гиполипидемическая терапия. Есть разные группы лекарств, благодаря которым мы снижаем уровень липидов.

Второй момент – мой любимый аспирин. Была такая байка, что стукнуло 40 лет, и все повально должны пить аспирин. Вы сталкивались с таким?

Андрей Реутов:

В свое время я где-то это услышал и даже запомнил, что в Европе лучше, затарился аспирином, пил его, пока наш главный кардиолог не раскрыл истину, что не нужно этого делать.

Ирина Поляева:

Действительно, раньше такое было, что после 40 лет мы что-то

профилактируем, а что – никто не знал. В каких случаях мы даем аспирин? Если на УЗИ сосудов шеи мы видим бляшку, бляшка от 30 процентов и выше, это может варьировать, но средние значения такие. Как только мы видим атеросклеротическую бляшку больших размеров – к терапии обязательно аспирин.

Еще раз продублируем, в каких случаях помимо гиполипидемических препаратов мы добавляем аспирин. Если на УЗИ сосудов шеи диагностируется наличие атеросклеротической бляшки, которая в среднем 25-30 процентов и выше, в этом случае мы даем аспирин. Если у пациента в анамнезе инфаркт либо перенесенный инсульт, стентирование либо аортокоронарное шунтирование, это не обсуждается, а само собой разумеется. Но в контексте атеросклероза это наличие бляшки. В других случаях не нужно его принимать, иначе это повышает риск желудочно-кишечных кровотечений.

Андрей Реутов:

Если это все не помогает, тогда к нейрохирургам, если мы говорим о мозге?

Ирина Поляева:

Сосудистые хирурги такие капризные: чтобы они взяли пациента и прооперировали, им нужен большой процент атеросклеротической бляшки. В некоторых случаях они начинают рассматривать бляшки от 80 процентов. Если она дает симптомы и ухудшает жизнь пациента, тогда мы отправляем к сосудистым хирургам и держим их на контроле, то есть не так, что мы сидим и ждем, пока эта бляшка вырастет, мы держим ее на контроле вместе с сосудистыми хирургами.

Андрей Реутов:

Дома у меня тонометра нет, но бывает такое, что после тяжелого трудового дня голова болит, виски ломит. Я измеряю давление – 170, потом несколько дней измеряю уровень базового давления, но выясняю, что у меня 140-150. Нужно ли лечить гипертонию, если я нормально себя чувствую?

Ирина Поляева:

Часто спрашиваю у пациента: «Какое ваше нормальное давление? – Какое давление? Я и при 180 нормально себя чувствую». Нет такого понятия мое хорошее давление, потому что переносимость давления хорошая.

Вы сейчас привели пример, что давление 140-150, Вы себя чувствуете хорошо, но в Вашу пользу Ваш возраст, Вы еще с точки зрения кардиологии молодой пациент, резервы организма очень сильные, организм может все это сбалансировать, клинической симптоматики может не быть. Поэтому мы и призываем периодически измерять давление, чтобы отслеживать.

Теперь возвращаясь к вопросу нужно ли это лечить. Для нас критерием является давление выше 140/90. Считается, что если мы в течение недели измеряем давление и постоянно фиксируем его 140/90 и выше, это точно показание к тому, чтобы дообследовать пациента. Мы получили такие пограничные значения, 140/90, что делать дальше – давать таблетки молодому пациенту, который психологически не хочет начинать день с таблеток…

Андрей Реутов:

Тем более безвредных препаратов не существует, лечим одно, калечим другое.

Ирина Поляева:

С точки зрения постановки диагноза нам не важны цифры давления, то есть может быть давление 180 и никаких поражений органов-мишеней нет. Что такое поражение органов-мишеней? Это когда повреждаются жизненно важные органы: головной мозг, глаза, сердце, почки, то есть наши основные органы, которые определяют нашу жизнедеятельность. Важно не какие цифры артериального давления, а какой урон нанесла эта цифра организму. Иногда бывает, что у пациента давление 145/90, вроде бы не критично, а у него уже изменения на глазном дне, то есть изменения со стороны головного мозга, атеросклероз. Делаешь ЭХО сердца, а там признаки гипертрофии, то есть совершенно очевидно, что организм страдает даже на таком давлении. Поэтому когда мы обследуем пациента, мы определяем, есть поражение органов-мишеней либо нет. Если есть поражение, мы начинаем медикаментозную терапию. Если со стороны органов все нормально, то мы опять возвращаемся к пункту А и предлагаем пациенту похудеть, физически двигаться, отказ от сигарет, сбалансированное питание.

Андрей Реутов:

Все хотят волшебную таблетку, я на каждом эфире с каждым гостем это обсуждаю, и мы пытаемся найти этот волшебный рецепт.

Ирина Поляева:

В этом вопросе чуда не бывает, тут модификация образа жизни.

Андрей Реутов:

Я слышал, что данные могут немножко отличаться, то есть уровень нормального давления у нас и в Европе отличается, либо это общепринятый стандарт, условно, 120/80?

Ирина Поляева:

Мы лечим по европейским рекомендациям.

Андрей Реутов:

Это они по нашим лечатся.

Ирина Поляева:

Они ориентируются на наши российские рекомендации. А если серьезно, то можно открыть американские рекомендации, европейские и наши, российские, которые очень круто написаны, – все идентично.

Андрей Реутов:

Я, как доктор, понимаю, что любую гипертонию нужно лечить, потому что мозговой катастрофой, а именно геморрагическим инсультом заканчиваются те случаи у пациентов, которые не лечат гипертензию, не чувствуют своего давления, обычно это такой фенотип – грузный мужчина с сахарным диабетом, с сигаретой в руке, с легкой одышкой, который говорит: «Доктор, мне нормально». И вот это нормально в итоге приводит к мозговой катастрофе, когда мы уже практически бессильны, можем спасти, но полностью вернуть человека в строй не получается, когда происходит разрыв сосудов, которые перестают нормально реагировать на изменения артериального давления.

Ирина Поляева:

Существуют два вида – ишемический и геморрагический инсульт, это серьезное инвалидизирующее заболевание. Атеросклероз приводит в основном к ишемическому инсульту, потому что он перекрывает жизненно важные сосуды, кровоснабжающие головной мозг. Ситуация с геморрагическим инсультом – очень часто я видела таких пациентов при работе в реанимации, – пациент не чувствует свое давление, не лечит его, подскакивает давление, случается гипертонический криз и на этом фоне геморрагический инсульт. Основной способ профилактики и недопущения гипертонического криза с геморрагическим инсультом – это не допустить скачков артериального давления. Самое главное, чтобы давление было ровным, это достигается только плановой базовой антигипертензивной терапией, то есть важно вовремя отследить, когда повышается давление, обратиться к доктору, чтобы он подобрал вам ту терапию, которая не будет допускать повышения артериального давления.

Андрей Реутов:

Прозвучало важное замечание, что мы должны поддерживать уровень давления. Есть еще какие-то секреты, какие частые ошибки совершаются нашими пациентами, которые могут быть фатальными?

Ирина Поляева:

Самая ужасная ошибка, которая меня, как врача, выбивает из колеи. Я спрашиваю: «Вы регулярно пьете таблетки? – В принципе, да, но сегодня не принял, потому что давление хорошее, зачем мне пить таблетку». Если вам доктор назначает антигипертензивную терапию, а она направлена на то, чтобы не допустить повышения артериального давления, уровень давления достигается определенной концентрацией препарата в крови. Как только мы пропускаем прием хотя бы одного препарата, уровень концентрации в крови снижается, и через день-два вы получите скачок артериального давления. Поэтому важно этого не делать, подобрать оптимальную дозу совместно с доктором и регулярно принимать свои препараты. Именно тогда будет достигаться оптимальный уровень.

Еще ошибка – мама подруги принимает вот такие препараты, и я тоже по аналогии буду принимать. Это в корне неправильно, потому что схем лечения очень много, в зависимости от того, какими сопутствующими болезнями мы болеем. Уважаемые радиослушатели, зрители, пожалуйста, не делайте так, лучше обратиться к кардиологу, чтобы вам подобрали терапию.

Андрей Реутов:

Мы услышали, какие обследования нужно пройти при атеросклерозе, а при гипертонии есть ли какой-то стандарт?

Ирина Поляева:

Для того чтобы определить, какое лечение мы должны назначить, нам надо узнать, как давление влияет на органы-мишени. Соответственно, обязательно осмотр офтальмолога, есть изменения глазного дна или нет, в глазах бывают изменения, которые характерны для гипертонии. Обязательно делаем УЗИ почек, УЗИ сосудов почек, для того чтобы определить функцию почек, анализ мочи, ЭХО сердца на наличие гипертрофии, биохимический анализ крови.

Андрей Реутов:

Ваше напутственное слово для наших зрителей.

Ирина Поляева:

Жизнь у нас непростая, жизнь становится дорогой, и очень важно зафиксировать то, что самый простой, самый недорогой способ не допустить развития сердечно-сосудистых заболеваний, цереброваскулярных заболеваний – это профилактика: занятие спортом, питание, активный образ жизни, то есть то, что не требует никаких финансовых вложений, потому что если случится инфаркт, инсульт, здесь уже будет стоять вопрос жизни и смерти, это серьезная история, дорогостоящая и то, что снижает качество жизни. Поэтому берегите себя, берегите свое здоровье, любите себя и возьмите за правило хотя бы раз в год посещать либо кардиолога, либо невролога, либо терапевта, любого врача, это все равно будет лучше, чем ничего не делать.

Андрей Реутов:

Ирина, спасибо огромное, это как в песне Доктора Албана: профилактика – лучшее лечение. Я полностью присоединяюсь и добавлю: друзья, давайте все-таки думать мозгом, чувствовать сердцем, но заботиться нужно и о том, и о другом, и об организме в целом. Всего доброго.

Программа реабилитации после инсульта должна начинаться сразу?   Хороший химиотерапевт. Кто это?   Что такое недержание мочи?   В каких медицинских проектах участвует R.O.C.S.? Какова роль стоматологических гигиенистов?   Неправильная ходьба, неправильная осанка могут быть причинами болей в спине?35:47   Что делать с налетом на языке, если после чистки он все равно остается?   Удельная масса жира и удельная масса мышц - это разные вещи?   Какие современные методы диагностики в нефрологии, в частности, детской нефрологии, существуют?   Есть ли вероятность, что во время операции пациент проснётся?   Какие специальности в медицине наиболее востребованные?   Что такое вапоризация?   Стресс может быть причиной носового кровотечения?   Можно ли пить воду во время употребления еды?   Какая профилактика атеросклероза и стеноза сонных артерий существует?   Какой совет можно дать молодым специалистам и тем людям, которые пропагандируют здоровый образ жизни?   Возможны ли ошибки хирурга при операции лазерной коррекции зрения? К вам обращались по поводу некачественно выполненной операции?   Какой врач занимается лечением синдрома диабетической стопы?   Существуют противопоказания для операции при остеохондрозе?   Какие вещества входят в женьшень?   Сколько в первые дни ребенок спит? Какой у него график?