Функциональная стоматология взглядом остеопата

Стоматология

Натэла Ломакина:

Добрый вечер, дорогие друзья, с вами я, Ломакина Натэла, и программа «Философия улыбки». Сегодня наинтереснейшая тема –функциональная стоматология взглядом остеопата. И у меня в гостях великолепный эксперт Руслан Мушаилов. Расскажи о себе, чтобы люди с тобой познакомились.

Руслан Мушаилов:

У меня есть высшее медицинское образование, полученное в Астрахани, по специальности травматология и ортопедия, то есть в медицину я зашел, как травматолог-ортопед, немножко плотницкая работа – зашиться, гипс наложить, она простая и понятная. В 1990-е годы было сложное время, каюсь, вышел из медицины, и потом через телесную психотерапию снова возник интерес к развитию, и больше вошел уже как телесный психолог через практики, немного параллельные медицине. В огуловском центре впервые услышал про остеопатию и пошел учиться, с тех пор я влюбленный в остеопатию человек и продолжаю учиться, развиваться по этой специальности, имею частную практику.

Натэла Ломакина:

Все, что мы делали до этого, это психосоматика, а потом уже действие руками, это прямое воздействие на подсознание человека с помощью наших ручек. Мне кажется, это всегда приносит успех, и в организме наступает баланс. Начну с элементарного – функциональная стоматология не так давно вошла в наш обиход, плюс гнатология, эта часть стоматологии очень тесно взаимосвязана с остеопатией, потому что мы можем выявить, какие есть проблемы. У любого человека может быть приподнято плечо, он может быть сгорблен, и мы сразу определяем, что у него проблемы с зубами, что у него нарушена окклюзия, проблемы с нижней челюстью, ему нужно к доктору. Он пришел к стоматологу, и я отправила его к вам. Какие действия бывают?

Руслан Мушаилов:

Если стоматолог отправил пациента ко мне, то я в первую очередь спрашиваю с какой целью, какие запросы. Наиболее частый запрос к остеопату от стоматолога – у пациента стоят брекеты, очередной раз подкрутили, усилили давление на челюсти, и зная по опыту, что возможны какие-то осложнения, чтобы голова не болела, иди к остеопату, он тебе снимет напряжение, голова болеть не будет. Но тут немного неправильно, потому что эти стоящие на зубах скобки для меня являются инородным телом, и я не могу идеально вывести в гармоничное положение все кости черепа, освободить верхнюю челюсть, межмаксилярный шов, сфенобазилярный симфиз, потому что есть сдавление. И все равно я говорю – ну ладно, давайте пока так, но когда с вас снимут брекеты, вы ко мне придете, и я все переделаю.

Были такие интересные истории, когда женщина пришла к моим коллегам после стоматологической ортодонтической работы, но прикус ставили на травмированной голове, на родовом смещенном атланте, деформированном черепе, и были жалобы на головные боли. И когда коллеги-остеопаты убрали эти фиксации, расслабили, кости встали на место, прикус снова уехал, и был спорный вопрос – за чей счет переделка, восстановление. Тут речь о первичности травмы, если первичная травма из-за зуба, допустим, пульпит или надкусили камешек, первичная боль пошла в зуб, а нижняя челюсть максимально адаптивная кость, через ВНЧС она может адаптироваться под любые травмы самой себя, черепа, шеи, или даже на травму ноги и пятки она может ответить смещениями, и мы должны отвечать на вопрос о первичности поражения. Не устранив первичные поражения, трудно что-либо сделать с последствиями, допустим, с неправильным положением зубов, это все реагирует.

Натэла Ломакина:

Согласна, потому что последствие мы можем убрать, а если не устраняется первичная причина, это переходит в хронику, тут уже затяжное и сложное лечение. Если стоматолог сомневается в правильности решения вопроса или правильности достижения результата, здесь междисциплинарная коммуникация с вами должна быть обязательно, но прежде должен быть полный анамнез. Иногда пациенты об этом не рассказывают, стесняются говорить о том, какие у них были родовые травмы и так далее. Что нам делать в таком случае?

Руслан Мушаилов:

О родовых травмах пациент будет умалчивать, потому что травматические истории имеют обыкновение стираться из осознанного восприятия, и человек обычно себя не помнит в таком раннем возрасте, может, мама что-то расскажет, но сам он себя не помнит из этого возраста. У нас есть определенные косвенные признаки внешнего вида человека, которые могут опосредованно указывать на то, что первична именно родовая травма. Обычно здесь происходит фиксация на мозговых оболочках в подзатылочный области, задней черепной ямке, которая потом передается на дуральную трубку всего спинного мозга, и происходит мышечная фиксация, избыточный тонус торса, и у человека будет спазм диафрагмы, который выражен во втянутой внутрь грудине, плечи направлены вперед, то есть сутулость, сжатая грудная клетка и выдавленный вперед животик при опущенной диафрагме, тяжелая, массивная голова на ощупь, и голова может быть повернута влево или вправо. Фотографы обычно поправляют голову, а для нас удобно ходить с чуть-чуть скошенной головой, и эти признаки говорят, что есть смещение на первом шейном позвонке. На таком криво стоящем первом шейном позвонке кости черепа не могут быть гармоничными и ровными, обязательно будут адаптивные деформации, деформации фиксации швов черепа, в том числе из-за длительности существования будут вторичные деформации формы костей черепа, потому что если мы возьмем натурный препарат черепа в анатомичке, то увидим, что он асимметричен, у нас нет симметричных лиц, мы все асимметричны, но бывают серьезные деформации, которые отражаются на окклюзии.

Натэла Ломакина:

Если пациент пришел к вам и ему полегчало, будет ли он считать, что ему нужно продолжать лечение у стоматолога? Вроде все нормально, наступило облегчение, и такие пациенты обычно исчезают.

Руслан Мушаилов:

Смотря с чем он пришел. Если у него щель между резцами, если зубы в разлет и торчат вперед, мы говорим, что это череп, остановившийся на вдохе, потому что на вдохе зубы чуть-чуть расходятся, имеется в виду не торакальный вдох, а первичный вдох, краниальный, а на выдохе чуть сходятся, и зубы могут быть наоборот, наползающими друг на друга, мы это называем выдоховым черепом. Если остеопат устранит эту дисгармонию и приведет череп в равновесие, когда вдох и выдох будут одинаковыми, у него зубы сами собой, не сразу, не за один день, 2-3 месяца уйдет на костное перестроение, встанут на место, и ему уже не нужна будет реконструктивная операция. Тут, получаемся, мы отнимаем хлеб у стоматологов, и идут бодания кошельками.

Натэла Ломакина:

Но если это приведет к результату без хирургического вмешательства, для пациента это наилучший выход из ситуации, любое хирургическое вмешательство травматично.

Руслан Мушаилов:

Хлеб стоматолога – это кариесы, нарушение здоровья десен, тут мы можем играть только вспомогательную роль, а основная работа стоматологии.

Натэла Ломакина:

Если мы замечаем асимметрию, мы даже можем сразу определить, на какой стороне пациент жует постоянно. Если идет сутулость, то есть проблемы в шейном отделе, нарушение окклюзии, и сначала мы пытаемся привести полость рта в порядок и направить к вам. Чтобы пациенты понимали, в давние времена наш череп имел совсем другое строение, он был вытянутым, и нижняя челюсть у нас была намного длиннее.

Руслан Мушаилов:

Черепа, которые хранятся в музеях Перу, вытянутые.

Натэла Ломакина:

Со временем наш череп приобрел округлую форму, и нижняя челюсть стала меньше. Мы ходим на двух ногах, и если задняя часть баланс, то дисбаланс – это нижняя челюсть, чтобы у нас получилось равновесие. Когда ребенок рождается, он начинает сосать грудь, и нижняя челюсть встает на место, а если происходят искусственные роды, то мы нарушаем баланс.

Руслан Мушаилов:

Сосание груди или пустышки через верхнее небо делает расслабление мозговых оболочек. К петушиному гребню прикрепляется серп мозга, и эти ритмичные движения, сосание, расслабляют мембрану черепа, намет мозжечка и межполушарный серп, и тогда ребенок самоисцеляется. И обычные круглые соски более эффективны в этой работе, чем анатомически уплощенные, на заметку родителям, чтобы они брали старые обычные соски.

Что касается неприродных родов, природа задумала, чтобы ребенок выходил через родовые пути естественным путем, но акушеры говорят – это очень травматично, тяжело, ребенок травмируется в родах, давайте мы сделаем кесарево сечение и достанем его не травматично, это якобы для ребенка хорошо. Но практика показывает, что как раз наоборот, есть некие механизмы в организме человека, которые задуманы природой так, чтобы они запустились при родовых процессах, при обдавливании, ведь 50 кг давления матки во время родов, это как мешок цемента положить на ребенка. Если бы он только своим телом держал эту огромную нагрузку, то не выдержал бы.

Природа предусмотрела механизм противодействия, то есть организм ребенка включается изнутри, на жидкостно-энергетическом уровне, на мышечном уровне, фасциальном, чтобы противостоять этому давлению, и так возникает нормальный тургор, в том числе запускается нормальная ликвородинамика. Ребенок, рожденный через кесарево сечение, лишен этого процесса раскрытия, крючок не снялся, и у нас это называется дефицит первого вдоха, имеется в виду не торакальный, а гидродинамический, черепной, потому что у нас череп дышит водой, как голова рыбы, ликвором, прокачивает через себя ликвор, и этот процесс не запускается. В каком бы возрасте этот человек не пришел, мы находим у него очень сильное напряжение по оболочкам мозга, фиксацию на сфенобазилярном симфизе, нарушение ликвородинамики, вплоть до того, что идет расширение желудочков мозга. Чисто у кесаревых я не видел гидроцефалии, но если туда еще добавить несколько вакцинаций, то будет и гидроцефалия, и на такой травмированный череп вакцинальная нагрузка очень часто дает нарушение ЦНС.

Поэтому не нужно обманывать природу, методы родовспоможения отрабатывались веками, и не секрет, что учебники по родовспоможению повивальных бабок позапрошлых веков гораздо мудрее, правильнее, чем современные учебники. В Казани детский невролог, профессор Ратнер часто про это говорил. Будучи на полевой работе по детской неврологии, он очень часто получал детишек с роддомов со свернутыми шейками, это поворот головки на плечо, выведение плечика, это все очень травматично, и за одно дежурство 5-6 детей поступает к нему в отделение на шейное вытяжение, это все травматичные вещи. Можно много говорить про особенности рождения, мы сейчас должны говорить о том, что учебники пора переписывать в правильном направлении.

Натэла Ломакина:

Когда читаешь старые учебники, там все написано правильным языком. Последствия нужно исправлять, на ошибках учатся, но я считаю, что многовековая база нашей советской медицины должна возродиться, и ее должны внести в базу обучения наших институтов, университетов.

Руслан Мушаилов:

Так же можно говорить и про терапию, ведь если мы почитаем Чехова «Земской врач», он умел все, приходил на участок, и у него были роды, скарлатины, ангины, это максимально широкое знание. Сегодняшняя узкая специализация закрывает поле зрения человека. Если терапевт имеет работу только с ЛОР-органами или только с глазами, он не видит цельной картины, и это очень сильно ограничивает клиническое мышление, легко упускаются естественные причины того заболевания, которые сегодня перед человеком. Многие даже не интересуются, есть доказательная медицина и набор клише рецептов, 8 минут на человека – что ты успеешь за 8 минут, это конвейер рецептов, и потом это все приходит к нам. У нас есть на человека час, нас никто не ограничивает, надо в первую очередь найти причину. Краеугольный камень, священный грааль медиков – найди причину, отработай только причину, не надо гоняться за следствиями, не надо вредить человеку.

Натэла Ломакина:

Я полностью согласна с этим, потому что основное правило – не навреди, и мы должны его придерживаться, но если у тебя нет базы знаний, то ты его никак не можешь выполнить. Если пациент постоянно ходит сгорбленный, у него проблемы с окклюзией, или полнейшая адентия, или он носит съемные протезы, мы имплантировали, перевели на новый прикус, нужно ли его обязательно отправлять к вам? У нас тоже есть кое-какие методы, где мы можем выставить правильное соотношение нижней челюсти по отношению к верхней, но это тоже дорогостоящая процедура, и поддерживающая терапия может продолжаться у вас.

Руслан Мушаилов:

Давайте еще раз вернемся к теме первичности. ВНЧС – это максимально адаптивный сустав, он адаптируется, как весы, под все вышележащие, нижележащие проблемы, и мы должны просто хронологически построить историю болезни, разобрать патогенез: когда ты согнулся, что произошло раньше, у тебя челюсть уехала раньше или ты согнулся раньше, или у тебя любимая собака умерла раньше, или ты похоронил близкого человека...

Натэла Ломакина:

То есть от стресса он может согнуться раньше.

Руслан Мушаилов:

По хронологии посмотреть, что было вначале: ты был здоров, а здесь ты уже больной, что произошло, и это будет самый элементарный поиск причины, лечить сначала это, а потом посмотрим, что останется.

Натэла Ломакина:

Психосоматика.

Руслан Мушаилов:

Необязательно, на человека сначала мог упасть кирпич, а потом у него уже поехали шейные позвонки, сжался перикард и начал сгибать грудной отдел позвоночника, образовалась сутулость, от этого уехала челюсть. Стоматолог поставит челюсть на место или переставит зубы, сделает свою работу, а потом этот человек попадет в терапию к остеопату или просто отпустит психосоматическую проблему, его распрямит, и челюсть опять отыграет на место, и что тогда делать с окклюзией?

Натэла Ломакина:

Тогда ее нужно переделать, и тут бесконечный вопрос – за чей счет. Я себе тоже это возьму на заметку, то есть если я вижу в пациенте искривление или сгорбленность, бывает, заходит, и у него шея внизу висит, и взгляд совсем другой, потому что люди, которые ходят прямо, смотрят по-другому, а здесь удручающее состояние.

Руслан Мушаилов:

Может быть операция на животе, швы, спайки кишечника, человек будет сгибаться, тут надо разбираться.

Натэла Ломакина:

Какие еще причины могут быть в данном случае?

Руслан Мушаилов:

Спазм связок перикарда, психосоматические проблемы, операция на животе, опущение почек, тогда человеку поясничная мышца не даст разогнуться, а поясничные мышцы вместе с диафрагмой реагируют одинаково. Вообще эту мышцу называют мышцей души, если на душе камень, то будет в гипертонусе, и не расслабляется ни днем, ни ночью, человека тянет вперед. Если диафрагма тоже в тонусе, это реакция страха, когда идет сгибание человека в ракушку, малые грудные мышцы тоже в тонусе, они лопатки выводят вперед, это в психологии называется тело страха, когда человек сгибается вперед.

Натэла Ломакина:

Сейчас все сидят в телефонах, голова вниз, это один из факторов, который может быть причиной сгорбленности.

Руслан Мушаилов:

А еще телефон – источник огромного потока негативной информации, мы черпаем из телефона огромный поток негатива, который в нашу душу загружается как накопленный страх, и волей-неволей тело будет отрабатывать, скручиваясь в ракушку.

Натэла Ломакина:

Вся информация, которая поступает в мозг, поступает навсегда, оттуда не стирается, и через какое-то время это может быть выявлено путем реакции нашего тела, как оно будет выглядеть.

Руслан Мушаилов:

Как будет выглядеть тело при накопленном страхе. У нас канал сознания успевает обработать внешнюю информацию со скоростью 40 раздражителей в секунду, это 40 нейронных сигналов в секунду. Мы успеваем понять, что с нами происходит, подумать об этом, а то, что не успеваем подумать, загрузка в подсознание происходит со скоростью 20 миллионов раздражителей в секунду, это несравнимые цифры, то есть мы загружаем в подсознание информацию с этой скоростью, и она никуда потом не девается, копится, складывается слоями и потом составляет нашу основу бытия, наши способы реагирования, доминанты реагирования: я сначала реагирую, потом думаю – зачем я именно так реагирую. Зачем я разбил эту вазу, зачем я ударил человека, зачем я наорал на ребенка, и если женщину били в детстве, она будет своего ребенка бить и плакать от этого, это программы, которые хранятся в неосознанном, в подсознании, и они составляют основу психики человека.

Натэла Ломакина:

Сегодня с психикой очень много чего связано, потому что у переболевших ковидом людей отмечается потеря обоняния, вкусовые качества не у всех восстановились, и сильные головные боли. Я просто знаю людей, которые прошли один лестничный пролет и задыхаются, то есть очень тяжелое дыхание. Тут тоже нужен психолог, но и психологов тяжело найти, люди проходят двухнедельные курсы и считают себя психологами, к таким страшно идти, на такие вещи никогда не нужно вестись. Но люди, которые учились годами, вникали, изучено много литературы, достигнуто много результатов, я не скажу, что каждый результат был успешным, но любая ошибка – это тоже результат, потому что на них мы учимся. Есть ли какая-нибудь зацепка, симптом, когда ты видишь, что это наш пациент, что причина – это мы?

Руслан Мушаилов:

Деформированные зубы, потому что ротация зуба в лунке – это может быть что-то сосудистое, внутрикостное или внутричелюстное, внутрикостные напряжения могут быть как в костях, так и в мягких тканях.

Натэла Ломакина:

Это может быть мышечный гипертонус?

Руслан Мушаилов:

Причина тризма лежит больше в психике, в гипернапряжении мозговых оболочек и в травме подсознательных структур мозга. Заговорили про ковид, я захотел добавить такую картину. Я еще изучаю тему психотерапии в варианте новой германской медицины, автор которой Хамер, величайший немецкий ученый, он дал главное понимание – чтобы возник симптом, который загрузится в подсознание, у этого события должны быть условия. Во-первых, драма – это страшно, больно, неожиданность – произошло событие, и человек оказался не готов, слишком быстро. Третье – отсутствие решения, то есть человек не знает, что делать, и решения может не быть у этой драмы, хочет изменить, а невозможно. Это изоляция, он остается один на один с проблемой, потому что не с кем даже поделиться, не от кого получить поддержку и даже поговорить не с кем. Все эти факторы были грамотно организованы при ковидоистерии, это было страшно, транслировали из каждого утюга, это было неожиданно, никто не был готов, не было решения. Мы видели, как людей забирают в больницы, и они оттуда не приезжают, людей распихали по квартирам, их изолировали от общества, то есть все 4 фактора были организованы очень грамотно, и нас еще ждет вал психосоматических болезней, вплоть до онкологии, то есть людей загрузили, изолировали, и справляйся как хочешь.

Натэла Ломакина:

Произошло очень много разводов в этот период времени, потому что люди не справились с эмоциями, работали в тяжелейших условиях, паника была самым главным симптомом присутствия среди всех, что будет дальше, потому что количество умерших людей зашкаливало на тот момент.

Руслан Мушаилов:

И тут люди погружались в биологический шок и ужас. Пропадало не только обоняние, пострадали ядра и других черепных нервов, были лицевые невриты, параличи лицевого нерва просто валом шли в этот момент, в том числе и крылонебный ганглий страдал, который иннервирует носовую полость и часть верхней челюсти. И здесь для стоматологов прибавится работы в дальнейшем, потому что деиннервированные зубы будут страдать просто из-за снижения локального иммунитета.

Натэла Ломакина:

Природа нам дала такой рычаг здоровья, как иммунитет, и сильнее таблетки в мире не существует, нам нужно его не подавлять, а наоборот, поддерживать, но большинство людей его подавляют таблетками, унынием, образом жизни, душевным состоянием. У многих людей нет возможности с кем-либо поделиться и рассказать.

Руслан Мушаилов:

Даже термин появился атомизация, термин совершенно новый, и я вижу, что это делается целенаправленно, общество атомизируют, разделяют, придумали какие-то ячейки. Слава Богу, что наша страна сегодня вышла из этого хаоса, на второй день после начала СВО маски были отменены. Я обрадовался, что мы наконец-то отказались участвовать в этом спектакле, люди снова вышли на улицу.

Натэла Ломакина:

Сегодня много людей еще ходят с масками, я их встречаю и в банках, и в магазинах и просто объясняю, что вы выдыхаете углекислый газ, и вы его опять пытаетесь через маску вдохнуть.

Руслан Мушаилов:

Бесполезно объяснять, это уже отклонения, эти люди уже были готовы к психическим срывам, и здесь нужно просто немножечко лечить препаратами.

Натэла Ломакина:

Это уже совсем другое направление, сейчас много антидепрессантов выписывают и назначают, и это тоже одна из причин подавления иммунитета.

Руслан Мушаилов:

Любой химический препарат человеку может не зайти просто по биохимии, нужно обязательно проверять, тестировать.

Натэла Ломакина:

До этого у меня в эфире был доктор, мы рассказывали, что тотальное употребление антибиотиков приводит к полнейшему краху, потому что иммунные клетки вырабатываются в кишечнике.

Руслан Мушаилов:

Я думаю, мы и здесь будем порядок наводить.

Натэла Ломакина:

Если вы наводите порядок без таблеток и помогаете людям встать, начать нормальный образ жизни, то у нас будет очень много улыбающихся людей.

Руслан Мушаилов:

Самая лучшая таблетка – это оптимизм и вера в будущее, а по щелчку стать оптимистом трудно, потому что сначала нужно выгрузить травматические истории из подсознания, а они оттуда не выгружаются самостоятельно, они хорошо спрятаны, завалены бетонными плитами, и надо знать хитрости, методики и просто выбрать специалиста. Я когда не владел методиками, посылал человека к психологу, и ко мне приходил пациент с коробкой таблеток и говорил, что мне таблетки назначили. За голову берусь – я не этого хотел, пришлось учиться самому, как это все доставать.

Натэла Ломакина:

Зато это совместимая вторая профессия, синтез приводит к хорошим результатам.

Руслан Мушаилов:

Тело плюс психика, потому что психика выражена в теле, а тело будет проявляться в психике, это все в тандеме, и иначе человека вылечить нельзя.

Натэла Ломакина:

Стоматологи тоже психологи, потому что разные типы людей приходят, и некоторые приходят даже иногда просто поговорить. Мне кажется, пациента всегда нужно выслушать в начале, когда он обращается, 4 минуты достаточно для того, чтобы пациент вам рассказал все, что его волнует и что его беспокоит, и уже отсюда вы найдете правильный подход к пациенту, с чего начинать и какие действия дальше предпринимать. Многие доктора не связывают функциональную стоматологию со здоровьем всего организма, а если есть какие-то нарушения, то мы уже видим, какие нарушения могут происходить во всем организме, начиная от позвоночника и заканчивая стопами. Шейный отдел, плечевой, поясница – все взаимосвязано, и если один кирпичик вытащить из стены, все посыплется. Я считаю, что каждый пациент, каждый доктор, который может направить этого пациента, должен все делать в момент поступления проблемы, не откладывать в долгий ящик, пока не заболит. Но к нам не приходят до тех пор, пока сильно не заболело. У нас основной этап – это диагностика, определение причины проблемы и не лечение следствия, а лечение причины.

Руслан Мушаилов:

Могут быть совершенно казуистические вещи. Человек спит возле заряжающего телефона, недалеко от кровати модем Wi-Fi, идет колоссальная нагрузка, электромагнитный смог давит, и все начинает сыпаться – система, иммунитет, а никто ничего понять не может, и начинаются эксперименты с таблетками, которые все только усугубляют. Нужно чуть шире смотреть на вещи, мыслить, есть различные методики, быстро выяснить через мышечный тест, что у тебя проблема структурная, проблема биохимическая, электромагнитная, энергетическая, не гадать по ромашке, не давать таблетки наугад, а за 5 минут можно разобраться хотя бы в направлении поиска.

Натэла Ломакина:

Человек же не понимает, что если у него в спальне стоит Wi-Fi, это может быть источником проблемы.

Руслан Мушаилов:

Сразу не бьет током, а то, что случилось через месяц, уже не связывается с тем, что человек нагружен электромагнитно.

Натэла Ломакина:

В сегодняшнем мире очень тяжело переубедить людей не использовать Wi-Fi, и что с этим делать?

Руслан Мушаилов:

Хотя бы на ночь выключать.

Натэла Ломакина:

Залог здоровья – хороший сон и правильное питание, если хотя бы эти два пункта соединить, уже будет прогресс. Не обращаться к стоматологу, когда все начинает рушиться, а когда увидели черное пятно, не поняли, что это такое, а это начальный кариес, но это стоит абсолютно других средств и других денег, чтобы вылечить заранее и не нанести вред. Любой бугорок на зубе имеет свое значение, природа не просто так это все создала. Один бугорок для того, чтобы челюсть двигалась вперед и вправо, второй бугорок, чтобы назад и вправо, и то, что этот бугорок способен пережевывать пищу, руками попробуй разодрать, там колоссальное давление, нагрузка жевательных мышц около 600 кг, это самые сильные мышцы, и эмаль зуба самая твердая ткань.

Руслан Мушаилов:

И все скосы, грани четко подходят друг к другу, как пазлы, и никак иначе. У меня один раз было, что чуть-чуть не убрали, мешало, и я уже в дорогу собрался, некогда было переделать, а через 2 недели у меня шею заклинило.

Натэла Ломакина:

У пациенты спрашивают: «Мешает? – Не мешает». Я бы посоветовала докторам в нашей профессии – не надо ставить плоскую пломбу пациенту, потому что она по прикусу подходит и ему так удобно, это уже дисбаланс, и в дальнейшем будет цепочка проблем с ВНЧС и для нарушения окклюзии. Есть ли истории, что сами больше радовались за пациента, чем он сам?

Руслан Мушаилов:

Практически с каждым пациентом так происходит, потому что у нас интересная работа, я в теле вижу раскрытие, больше не вижу никаких спазмов, фиксаций, рестрикций, никакой анатомии, передо мной лежит радостный, счастливый, светящийся гель, а пациент встает и начинает задавать вопросы про кишки, то есть я бываю больше счастлив за человека и говорю: «Подожди два дня, если потом останутся вопросы, пиши мне», – потому что выхлоп от сеанса идет еще денька 2-3. Мне прислали пациентку с болящей ногой, а я был совершенно счастлив, вижу, что все раскрылось, говорю: «Все, до свидания. – А у меня нога болит. – Пройдет. – Как же пройдет, что за доктор, она же болит», – а через три дня нога прошла. У нас такая работа, что идет долечивание дома, и человек выходит, еще не понимает, что произошло, приходит домой, а он уже чуть другой, через день еще другой, вот так бывает.

Натэла Ломакина:

Все стоматологи ваши пациенты, потому что у нас очень тяжелая работа, мы все работаем в немножко искривленном состоянии, перенапряжение жуткое.

Руслан Мушаилов:

В некоторых клиниках же была практика открытия кабинета остеопата.

Натэла Ломакина:

В некоторых частных клиниках кабинет остеопата есть, но не везде, и я бы хотела для молодых докторов открыть этот путь, чтобы они понимали, где взаимосвязь и что она очень важна, коммуникации делают доктора сильнее. Ментальность, может быть, у нас такая – нельзя отправлять своего пациента к другому доктору. Я думаю, если пациент твой, он будет твой на все времена, и куда бы он ни пошел, он всегда вернется.

Руслан Мушаилов:

По сарафанному радио, если кому-то стало хорошо, он всю семью приведет, всем похвалит. А за кого-то держаться или жадничать, не передавать, обычно неоправданно.

Натэла Ломакина:

Дорогие доктора, если у вас проблемы, обращайтесь к остеопатам. Как тяжело найти своего стоматолога, так же тяжело найти своего остеопата, потому что не каждый остеопат будет отправлять к стоматологу, если он видит ту проблему, которую нужно исправить. И не каждый стоматолог отправит к остеопату, он сначала сделает свою работу и, может быть, отправит, потому что проблема сохранилась и ее нужно решать. Вы все сделали, а здесь нужно работу переделывать, и чтобы не было этих переделок, нужно проводить консультацию с самого начала и у стоматолога, и у остеопата, вместе составить план лечения, эта коммуникация будет очень верна.

Руслан Мушаилов:

Я не жадничаю, и если вижу, что нужно сдвинуть позвонки, это не моя работа, у меня есть мастер, каждый должен заниматься тем, что он делает лучше всего, я отправляю к костоправу, и он правит. Если я подозреваю, что в каком-то зубе прикорневая киста, а туда не достают ни антибиотики, ни препараты, и там будет висеть какой-нибудь стрептококк, который будет все время иммунную систему держать в нагрузке, который будет все время давать непонятные воспаления, я говорю: «Сделай рентген, посмотри, нет ли кист». Если есть подозрение, лучше вычистить, лучше зубом пожертвовать, но эту кисту надо убрать в любом случае, она не даст тебе жить, будет давать разные процессы.

Натэла Ломакина:

Это бомба замедленного действия в организме.

Руслан Мушаилов:

Это нормальная практика, тут жадничать не стоит.

Натэла Ломакина:

Какие рекомендации можно дать?

Руслан Мушаилов:

Искать своего доктора, допустим, походили, нет результата, доктор, может быть, не станет вас передавать куда-то – попробуйте пойти к другому специалисту. И обязательно в лечение должны входить психологическая работа, структурная работа, биохимическая, лекарственная работа и стоматологи. Лекарственная желательно не аптечная, а больше обращать внимание на натуропатов, которые лечат природными средствами, это будет безопаснее.

Натэла Ломакина:

Любая биохимия в организме не естественная.

Руслан Мушаилов:

Незнакомые препараты, что синтезированы последнюю сотню лет, клетка их не знает, она не умеет с ними работать, она от них может получить только болезни и страдания.

Натэла Ломакина:

Я бы еще посоветовала прислушиваться к своему организму, потому что он всегда подскажет, где проблема и что болит. Дорогие друзья, у нас сегодня была интереснейшая беседа не только про стоматологию, мы поговорили про весь организм в целом, и если у вас где-то что-то болит, прислушайтесь, ваш организм всегда подскажет, в чем причина. Не надо сразу пить таблетки, у нас это неконтролируемый фактор: голова заболела – выпили таблетку от головной боли, поднялось давление – сразу выпили таблетку от давления. На самом деле, может быть, почка сигнализирует мозгу, что я не могу профильтровать, и мозг уже повышает давление, чтобы помочь почке сделать процесс фильтрации. Нужно обратить внимание на все нюансы. Будьте здоровы, любите себя, будьте счастливы, улыбайтесь друг другу и дарите улыбки каждому, потому что рядом с вами может быть человек, которому не с кем поговорить, и ваша улыбка принесет ему счастье и здоровье. Всего вам доброго.

Витамины и беременность. Стоит ли назначать витамины всем беременным?   Как возникает и как проявляется рак печени?   Что представляет собой специальность онколога?   Диагностика сердечно-сосудистой системы. Что нужно делать?   Есть какие-то типы личности, более склонные к злоупотреблению алкоголем и к алкогольной зависимости?   Какими методами можно устранять тревогу перед наркозом?   Возможно ли получить вред от неприменения анестезии при родах?   Как развивается менструальный цикл после менархе?   Что такое цирроз печени?   Как проходит лапароскопическая операция по удалению кисты в почке?   Можно ли утверждать, что фобии бывают у всех в том или ином виде?   Если у абсолютно здоровой пациентки детей не получается, нужно искать проблему внутри?   Условно здоровому ребёнку после полного наркоза ничего не грозит?   Что должно произойти, чтобы Министерство здравоохранения России начало реализовывать концепцию телемедицины?   Какова статистика распространения лимфедемы в настоящее время?   Какими знаниями, какой подготовкой должен обладать психотерапевт в области когнитивно-поведенческой терапии?   Как правильно называется диабет у беременных женщин?   Насколько повышается риск не только злокачественного процесса, а вообще трофобластической болезни для женщин, которые рожают после 40-ка лет?   С какими сердечно-сосудистыми заболеваниями Вы сталкиваетесь чаще всего?   Зависит ли появление варикозной болезни вен от возраста, пола, расы и так далее?