Союз Охраны Психического Здоровья

Психиатрия

Тэги: 

Виктория Читлова:

Снова здравствуйте, дорогие друзья! С вами передача «Пси-Лекторий» и я, ее ведущая, врач-психиатр, психотерапевт Виктория Читлова. И сегодня наша речь пойдет о Союзе охраны психического здоровья. В гостях у меня коллега, человек, который не понаслышке знает, как укрепить и сохранить психическое здоровье, являясь президентом Союза охраны психического здоровья – Наталья Валериевна Треушникова. Следует отметить, что Наталья Валериевна – автор программ в сфере охраны психического здоровья для различных групп населения Российской Федерации и награждена знаком «Отличник здравоохранения». Расскажите, как складывался Ваш интерес к психиатрии, Ваша деятельность как психиатра, и что Вас привело к созданию Союза охраны психического здоровья?

Наталья Треушникова:

Путь в психиатрию начался для меня очень давно, курсе на третьем медицинского института (я окончила Саратовский медицинский университет). Я пришла в студенческий кружок на кафедре психиатрии, и так получилось, что я ходила и смотрела на дежурствах, как работают ассистенты кафедры, как они принимают пациентов, как они ведут психиатрические беседы, как строится внутрипсихиатрическая жизнь. Я туда пришла и больше не уходила.

Виктория Читлова:

С каким контингентом Вам пришлось больше работать, пациенты с какими болезнями?

Наталья Треушникова:

Я окончила ординатуру в Центре Сербского, и там я училась в отделе наркологии у Андрея Леонидовича Игонина, это была наркология, лечебное направление, я никогда не работала в экспертизе. Потом судьба сложилась так, что я вернулась в Саратов и работала в большой психиатрии. В большинстве своем это были пациенты психотического уровня с эндогенными психозами, это шизофрения, биполярное расстройство, но при этом я всегда работала при кафедре психиатрии, поэтому отделения достаточно камерные были, и пациенты были смешанные: пограничные, наркологические, пациенты с самым широким спектром. И мне кажется, что это и для пациентов было правильно, потому что в ходе такого совместного лечения волей или неволей происходит общение и обогащение пациентов с тяжелыми диагнозами и с тяжелыми состояниями, пациентов с невротическими расстройствами, потому что они включаются в эту жизнь, переживания, сочувствие более тяжелым пациентам. И это всем сторонам идет на пользу.

Виктория Читлова:

Этот опыт лег в основу Ваших идей, которые Вы сейчас в Союзе охраны реализуете. Как привела Вас жизненная тропа к созданию Союза охраны психического здоровья?

Наталья Треушникова:

Идея выросла из жизненных потребностей. В ходе работы у меня всегда возникали вопросы. Из стационара я выписываю пациента в определенном психическом состоянии и с определенным реабилитационным потенциалом. И этот потенциал, как правило, достаточно высок. Но возникает вопрос – куда идет пациент после стационара, где он находит себя, каким образом он реабилитируется? Куда мне направить, как лечащему врачу, моего пациента, которого я уже привела в достаточно стабильное состояние и которого мне хотелось бы, чтобы у него был реабилитационный путь? Вот эти вопросы привели к поиску. Стало очевидным, что невозможно просто передать с рук на руки пациента другому психиатру, и все будет хорошо – этого мало, потому что нужны и специалисты в сфере социальной защиты, и психологи, никуда без них деться нельзя, и обязательно нужны педагоги, нужны юристы, потому что зачастую возникают юридические вопросы, казусы, и необходима юридическая помощь. А еще нужны врачи смежных специальностей, то есть огромный спектр специалистов совершенно разных направлений, которые так или иначе связаны с этой сферой психического здоровья.

Виктория Читлова:

Как сделать так, чтобы пациенты в итоге не оказались в тех неприятных состояниях, в которых они были у Вас в отделении?

Наталья Треушникова:

Профилактика – это та работа, которая дает плоды достаточно быстро, это то, что мы можем увидеть воочию при своей жизни. Не секрет, что для психиатра состояние эмоционального и профессионального выгорания наступает достаточно быстро. Это происходит в силу объективных причин: не просто из-за тяжести работы, эмоциональной нагрузки, а из-за того, что пациенты, выписавшиеся и непонятно куда пошедшие, через некоторое время возвращаются к нам снова. И появляется через некоторое время ощущение сизифового труда: ты закатываешь камень на гору, он опять скатывается, и тебе приходится снова его катить. Появляется ощущение безысходности, ощущение того, что ты работаешь впустую, и это будет продолжаться бесконечно. Вопрос профилактики – как раз тот вопрос, который даст плоды, и мы можем их увидеть, но здесь тоже есть нюансы.

Виктория Читлова:

С этой проблемой очень часто встречаются врачи большой психиатрии, которые видят, как пациенты нередко, как в дверь вертушки вышли и сразу обратно в отделение ложатся. Давайте мы проиллюстрируем Вашу деятельность, у нас есть небольшой ролик о Союзе охраны психического здоровья.

Наталья Треушникова рассказывает в видеоролике: Союз охраны психического здоровья – достаточно молодая организация. Мы являемся той платформой, на которой специалисты разных направлений, разных специальностей имеют возможность общаться друг с другом, разрабатывать новые стратегии и новые научные исследования. В 2016 году прошел I Конгресс «Психическое здоровье человека XXI века». И вот прошло 2 года, и мы на старте II Конгресса «Психическое здоровье человека XXI века». За это время прошли уже традиционные ежегодные конкурсы «Здоровое поколение» – это конкурс профилактических программ. Прошло больше 200 профилактических мероприятий по своей стране. Издали художественный альбом работ особых художников, он признан уже коллекционерами во всем мире. Есть еще проект, которым я горжусь, который я очень люблю, этот проект разработан для очень сложной темы – это тема профилактики подростковых суицидов. Мы берем интервью у людей, значимых для подростков. Они рассказывают о том, каким образом они чувствовали себя, когда были сами подростками: «Я вытворял такое, что… Подростковый возраст, мне кажется, его просто нужно пережить…» В 2016 году прошел фестиваль «Другие?» в городе Ярославль, он был адресован лишь ближайшим регионам, а в 2017 году фестиваль прошел в городе Санкт-Петербург и реализовывался для всех субъектов Северо-Западного федерального округа. Для меня лично на сегодняшний день на первый план выходит проблема стигматизации людей с психическими особенностями, и мне бы очень хотелось, чтобы отношение к этим людям изменилось. Надо заглянуть в этот мир (особый мир) для того, чтобы понять, насколько он хрупок, насколько он раним. Они нас учат быть тоньше, быть чувствительнее. Я их люблю и уважаю, потому что они другие.

Виктория Читлова:

Греет душу, что все, что Вы делаете, направлено на снижение стигмы в нашей стране, потому что это большая проблема, россияне с опаской и отчасти с негативом относятся ко всему, что относится к психическим отклонениям, заболеваниям. Мне это приятно, потому что мой проект хоть и в десятки, в сотни раз меньше, чем Ваш, тоже про это. Что еще волнует современное общество, даже если взять журналистов, а журналист – это глас народа, на какие вопросы Вам чаще всего приходится отвечать?

Наталья Треушникова:

Я много общаюсь с журналистами в силу того, что представляю не государственное учреждение, а некоммерческую организацию, независимую, у меня нет необходимости согласовывать все свои комментарии и интервью, поэтому я никогда не отказываю журналистам, когда они просят, обращаются ко мне за комментариями. В большинстве своем они обращаются либо по проблемным острым темам, и всегда говорю, что беспроигрышный вариант, о котором пишут всегда все и снимают все, и с удовольствием об этом говорят: «Иванов Иван Иванович сошел с ума, взял топор, зарубил 10 человек…» – и вот об этом все напишут. Но написать в объективном ключе, в позитивном ключе о чем бы то ни было, содержащем слово «психическое», журналисты не хотят. И здесь стигма и по отношению к психиатрическим пациентам, и по отношению к психиатрам, и даже к психологам. Общество не готово еще принимать нас и принимать наших пациентов.

Иногда бывают острые моменты, и у меня возникает желание сказать: «Отпустите нас, мы знаем, что с этим делать…» Но я понимаю, что это неправильно, я внутри себя останавливаю, потому что важно, чтобы мы жили единым социумом, не за забором отдельно находился этот мир, а чтобы люди, которые далеки от психиатрического мира, увидели и поняли, о чем идет речь; объяснить и донести простым обывателям мысль о том, что человек с психическими расстройствами, с психическими особенностями – это не монстр. Для меня это очень важно! Я понимаю, что это невозможно сделать одноразово, единой акцией, невозможно заставить людей открыться и другой стороной повернуться к этому вопросу. Это медленная, долгая, кропотливая, подчас неблагодарная работа, но если мы ее не будем делать, то никогда ничего не изменится.

Я сейчас очень много по регионам России езжу и вижу, что есть места, в которых меняется обстановка внутри самой психиатрической системы, потому что это тоже важно. У нас есть замкнутый психиатрический мир, и мы любим сказать: «Мы такие бедные, мы такие несчастные, нас никто не любит, к нам никто не идет на консультацию…» Но ведь зачастую мы сами закрываем этот мир, делаем его загадочно опасным, и мы сохраняем как будто в капсуле этот мир. До тех пор, пока мы не сделаем шаг навстречу обществу, общество не сделает шага к нам. Это обоюдное движение, оно не может быть в одну сторону, поэтому мы на себя тоже часть ответственности должны принимать. И я вижу, что есть уже реальные изменения, и есть в стране такие места, о которых с удовольствием говорю: там так здорово! И там отлично себя чувствуют пациенты, к ним относятся, как к людям в первую очередь, как к личности и уже в десятую очередь рассматривают диагнозы. Это неправда, что ничего не меняется, все меняется, но просто это медленное изменение.

Виктория Читлова:

Я, как человек, стоящий по обе стороны, как врач-психиатр и как представитель СМИ чувствую, что мне приходится выбирать слова и для одной аудитории, и для другой. То есть для того чтобы состоялся эфир «Пси-Лектория», приходится серьезно подумать, каким образом донести материал и как сделать, чтобы попасть в этические моменты, чтобы эфир был интересным, чтобы внимание не пропадало и переставало быть страшным то, что до этого считалось страшным. Наталья Валериевна, давайте обсудим деятельность Вашего Союза. Он развивается и работает в трех основных направлениях: профилактика, реабилитация и наукообразование.

Наталья Треушникова:

Вернемся к вопросу профилактики. Это благодарная работа, но ей никто не любит заниматься, и это неправильно. Не любят заниматься, потому что фармацевты не видят в этом финансовой истории, а в психиатрии и в психическом здоровье психиатры всегда говорят: «Вот заболеют – к нам придут, а профилактика – это не наше…» Но профилактика – это то, что может работать только массово. Невозможно сделать одному ребенку прививку и решить вопрос с профилактикой инфекционных заболеваний. Только массовая вакцинация может дать устойчивый долгосрочный эффект. Здесь то же самое. Я очень люблю в этом отношении сравнивать ситуацию с соматической медициной. Вакцинация – это хороший пример того, как это работает. Профилактика в сфере охраны психического здоровья работает тоже массово. У нас есть большой проект, который называется «Здоровое поколение». Мы собираем заявки и даем небольшие гранты, но, тем не менее, со всей России мы получаем заявки по работе с подростками.

Виктория Читлова:

А заявки от кого?

Наталья Треушникова:

Мы работаем со всеми учреждениями, любой формы собственности, любой принадлежности по отрасли. Это ВУЗы, школы, у нас бывали заявки от детских садов, которые меня иногда удивляют, но я вижу, что есть эта активность. Мы немножко сужаем нашу аудиторию, мы работаем с наиболее уязвимой категорией людей – это подростки. И вторая категория – это пожилые люди, мы работаем с профилактикой деменции. «Здоровое поколение» работает уже на сегодняшний день 5 лет. Мы собрали неимоверное количество заявок.

Виктория Читлова:

Это Ваш первый проект?

Наталья Треушникова:

Да, один из первых наших проектов. Это позволило, во-первых, нам познакомиться с огромным количеством энтузиастов в регионах России; во-вторых, мы увидели, какое большое количество профессионалов работает в школах, ВУЗах, некоммерческих структурах, готовых заниматься с подростками, разрабатывать новые профилактические технологии, которые с удовольствием работают с детьми, и они видят результат своей работы, и он достаточно впечатляющий.

Виктория Читлова:

Профилактикой чего приходится заниматься?

Наталья Треушникова:

В первую очередь мы занимаемся профилактикой агрессивного поведения, профилактикой конфликтов в коллективе, профилактикой буллинга. Мы тесно сотрудничаем с Министерством просвещения Российской Федерации и всегда советуемся с ними каждый год, какая тематика наиболее актуальна на сегодняшний день на взгляд Министерства как курирующего эту сферу. И у нас по их рекомендации было направление профилактики нехимических зависимостей. Есть отдельное профилактическое направление по работе старшего поколения с подростками. И это, скорее, отработка навыков межличностного общения и обогащение и той, и другой аудитории эмоциональным общением, включенностью в проблемы друг друга. Это мое любимое направление, потому что оно очень эффективно работает. Пожилые люди, мы их называем «люди серебряного возраста», и подростки расцветают на глазах.

Виктория Читлова:

Пожилые люди общаются с подростками?

Наталья Треушникова:

Разной формы есть работа, у нас просто называется «Старшее поколение». Бывали проекты, когда дом престарелых дружил с детским домом. И поначалу бабушки с ужасом ждали, что сейчас придут эти архаровцы из детского дома, и что они будут с ними делать. Предполагалось, что они будут помогать им убирать территорию. Достаточно быстро проживающие дома престарелых подключились к этой деятельности и стали что-то объяснять, стали наставниками. Между ними сложились теплые отношения, и они нуждались в этих отношениях в первую очередь эмоционально. Но плюс к этому каждый из них почувствовал свою социальную значимость, свою включенность в жизнь.

У нас бывают наставнические проекты, когда волонтеры «серебряного» возраста передают свои профессиональные навыки молодому поколению. Из этих проектов у меня есть любимые. Был такой проект, и не один год, назывался «Школа тундровика». Это проект по работе с воспитанниками интернатов в Дудинке. Все дело в том, что в районах Крайнего Севера дети, оставшиеся без попечения родителей, попадают в интернаты в крупные города. Они там вырастают, но после выпуска из интерната они вынуждены и обязаны поехать на места исконных поселений. Они приезжают в тундру и не умеют ничего. Они не владеют навыками исконных ремесел, они не могут элементарно выжить даже в бытовом плане, и это была очень большая проблема. Вот этот проект – это была история привлечения пенсионеров очень приличного возраста к обучению этих детей из интерната исконным ремеслам народов Крайнего Севера. Мы в результате этой работы построили целый городок, там у нас и юрты были, и всевозможные приспособления, для того чтобы шить шкуры. Я их очень люблю, они очень активны, и с ними было очень здорово работать.

Виктория Читлова:

Мне бы хотелось поговорить о проекте «вМесте», он тоже профилактический, для подростков.

Наталья Треушникова:

Мы готовились к нему очень долго, это была целая команда психологов, которые работают с подростками. Запрос был такой: профилактика суицидов. И эта тема очень сложная, это нетривиально. Мы поняли в результате обсуждений, исследований, рассматривания вопроса и с точки зрения международного опыта, что мы не можем себе позволить выйти на подростковую аудиторию вот так в эфир и будем говорить: «Суицид – это нехорошо», – или: «А что такое суицид, а от чего он происходит?» И стало очевидным, что мы не можем просто на эту тему говорить, но и не говорить мы не может, и что в этой теме нужно работать с теми предпосылками, с теми предикторами суицидального поведения, которые приводят к трагедии.

Поэтому мы рассматриваем в этом проекте самые болевые точки, которые возникают у подростков: отношения с родителями, со сверстниками, изменения во внешности, первые межличностные отношения, первые влюбленности, первая встреча с алкоголем, наркотиками и психоактивными веществами, отношение к выбору профессии и ко всему, что связано с призванием и дальнейшим жизненным путем. Мы исследовали спрос и ту аудиторию, которая интересна подросткам. Провели большой социологический опрос и выявили людей, которые значимы для подростков, которые являются для них авторитетом, которых интересно слушать. И мы берем у них интервью.

Интервью ведет психолог – это достаточно кропотливая работа, потому что для нас важно, чтобы взрослый человек, который рассказывает о своем подростковом опыте, был максимально искренен, чтобы он рассказывал об этом честно, не просто рисуясь на камеру, а рассказал, как это было с ним, какие способы выхода из этой ситуации он нашел, чем это закончилось, и как продолжается эта жизнь. И вот этот путь от проблемы в подростковом возрасте до достаточно выраженной успешности в текущем моменте очень важен. Проект оказался успешным, и мы получили отзывы.

Виктория Читлова:

У нас есть небольшой ролик, иллюстрирующий то, о чем Вы сейчас говорите, где знаменитости говорят о том, как они были юными и влюблялись.

Нарезка из высказываний разных людей:

– Классу к восьмому я поперевлюблялся во всех своих одноклассниц…

– Они мне начали так взрывать голову потихонечку, и я не понимал, в кого из них больше я влюбляюсь?..

– Это была прямо эйфория!..

– Но у меня всегда был тяжелый психологический барьер, чтобы сделать первый шаг…

– Со мной девочки, если и знакомились, то сами…

– Я за ним таскалась неприличное количество времени!..

– Переживал, друзей спрашивал: «Где она, что, как?..»

– Я не спрашивала никогда о нем его сестру…

– И мальчик был, который мне очень нравился…

– И я помню, я ходил просто, вздыхал…

– Такие у меня с ним были отношения…

– Я очень был стеснительный в юности…

– И она уже ко мне подошла и сказала: «Вася, пойдем, погуляем… Хочешь, пойдем, погуляем?..»

– И это так здорово! Потому что твое сердце должно переживать подобные вещи, иначе как ты поймешь, что ты жив?

Виктория Читлова:

Есть замечательный канал на Ютубе, есть сайт, посвященный этой проблематике, там есть ссылки на разные ресурсы, где можно пообщаться и получить квалифицированную помощь, и много других информационных материалов, в том числе познавательных и художественных фильмов о трудностях подросткового возраста. Еще один проект, который мне очень понравился как специалисту по тревожным расстройствам – это приложение, очень удобное для пользования каждым человеком, оно называется «АнтиПаника».

Наталья Треушникова:

Европейский опыт достаточно большой в применении технологий самопомощи для пациентов. И меня зависть брала, что у них есть такое количество всяких штук и интерактивных, и для самопомощи в телефоне, в приложении. И мы рискнули и сделали мобильное приложение «АнтиПаника». Знаете, кто чаще всего рекомендует скачивать «АнтиПанику» своим пациентам? Врачи-неврологи.

Мы сейчас в разработке находимся, у нас есть 2 приложения «АнтиПаника»: первое – облегченное, для людей, испытывающих просто тревожное состояние; второе – более профессиональное и глубокое, для людей, которые страдают достаточно серьезными паническими атаками. Сейчас на выходе следующее мобильное приложение «АнтиДепрессия», и оно будет инструментом для самопомощи людям с доклиническими формами депрессии, это возможность продиагностировать себя, проконтролировать свое состояние. Там есть возможность вести дневник, и также есть рекомендации, каким образом оценить свое состояние, и в какой момент уже пора обратиться к врачу.

Виктория Читлова:

Давайте поговорим о том, что происходит в рамках направления реабилитации. Меня очень впечатлил проект «Другие?»

Наталья Треушникова:

Проект «Другие?» – это ежегодный проект, в этом году будет V фестиваль «Другие?» Наша задача – исследовать регион. В этом году мы исследуем Приволжский федеральный округ полностью, он достаточно большой, и нам пришлось проделать огромную работу. Мы большую часть времени провели в командировках и сделали большое исследование. Мы видим свою задачу в том, чтобы скоординировать действия психиатрических учреждений и учреждений социальной защиты (я имею в виду психоневрологические интернаты и реабилитационные центры) с некоммерческими организациями, которые занимаются реабилитационными технологиями для нашего контингента пациентов – это для инвалидов. В этом году в Казани будет проходить уже пятый фестиваль.

Каждый год мы выбираем новый регион, исследуем его, знакомим людей друг с другом. Буквально это происходит так, что мы иногда за руку на площадке подводим друг к другу специалистов из некоммерческого сектора и психиатров, которые работают в регионе, и между ними возникают дальнейшие отношения. Для нас важно, чтобы проекты совместные развивались. Поэтому этот проект локальный, региональный, мы не собираем людей со всей России, потому что это хорошо, конечно, встретиться и увидеться, но наша цель практическая. Мы хотим, чтобы люди могли познакомиться и продолжить работу вместе, чтобы они были друг другу доступны и в географическом отношении, чтобы они могли друг к другу в гости ходить, чтобы они могли посещать друг друга, делиться опытом, и возникали какие-то совместные проекты.

Виктория Читлова:

Направленность Вашей деятельности – не непосредственно население, а организация и связь между структурами, которые с этим социумом работают, для того чтобы помощь обеспечивалась максимально доступно и грамотно. Вам волонтеры не нужны?

Наталья Треушникова:

Мы можем направить волонтеров, мы знаем куда.

Виктория Читлова:

Проект «Другие?» масштабный, и Вы много усилий прикладываете. Но я слышала, что сцепленный проект – это сборник художественных работ среди особенных людей.

Наталья Треушникова:

Это была давнишняя мечта, со студенчества еще. Мне очень хотелось, чтобы был качественный, красивый художественный альбом, потому что есть целое направление художественного искусства – это направление Art brut. И это направление особых художников с особым взглядом на мир, но это потрясающе интересно с художественной точки зрения. Мне удалось найти Владимира Вячеславовича Гаврилова в Ярославле – это доктор-психиатр, наш коллега. Он всю жизнь занимается коллекционированием работ особых художников. И мы с ним нашли общий язык и договорились о том, что нам нужно сделать вот такой альбом. Он получился масштабным, очень профессионально сделан. Над ним работало достаточно большое количество людей, потому что нам потребовались фотохудожники . И там представлены не только работы художников, также там есть очень интересные статьи: это и статьи самого Гаврилова как специалиста, который в этой области профи и достаточно признанный авторитет, статьи искусствоведов об этом направлении искусства, о чем это искусство, каким образом оно отличается от других направлений искусства.

Мы продолжаем эту историю, и в Приволжском федеральном округе прошла арт-экспедиция с помощью наших партнеров из Санкт-Петербурга – это организация «Аутсайдервиль». Они провели экспедицию по всему округу, исследовали, а есть ли там особые художники, и нашли огромное количество таких художников. И сейчас мы ставим вопрос таким образом, что требуется организация, музейная институция для того, чтобы то культурное наследие, которое обнаружено, не было утрачено. На Западе это направление искусства достаточно дорого ценится, и есть огромные выставки-аукционы, в Париже и в Нью-Йорке две самые известные выставки, участие в них достаточно дорогостоящее. К сожалению, западные коллеги любят скупать работы в России за бесценок. Я вижу своей задачей постараться повысить статус этого направления искусства для того, чтобы жители нашей страны смогли оценить по достоинству это направление искусства.

Виктория Читлова:

Прошло 2 конгресса под названием «Психическое здоровье человека XXI века», и в 2020 году, в июне, запланирован новый – «Дети, общество и будущее». Тема каждого конгресса связана непосредственно с деятельностью Союза охраны психического здоровья, и это масштабнейшее мероприятие, объединяющее усилия всемирных организаций. Наталье Валериевне удалось собрать большое количество и специалистов, и социальных деятелей, и деятелей культуры.

Наталья Треушникова:

Никто не верил в то, что это вообще когда-либо возможно, потому что это мероприятие научное, оно собирает ученых, а не практиков. Но оно не сугубо узкопрофессионально направлено, и вот в этом было безумие, потому что собрать в одном месте ученых психиатров, психотерапевтов, психологов, педагогов, педагогов дошкольного образования, врачей смежных специальностей, деятелей искусства, специалистов по адаптивному спорту – выглядело как сумасшествие. Никто не верил, что удастся их собрать, и самое главное, что они могут быть объединены общими научными интересами.

Но в чем тут рациональное зерно, зачем я это делаю, не из тщеславных же идей? Я убеждена в том, что на современном этапе развития наступает момент стагнации, когда движение только узкоспециализированное, в своем направлении, в своей нише заходит в тупик. И если мы не будем развиваться в сторону смежных дисциплин, если мы не будем разрабатывать совместные проекты, смотреть на эту проблематику, которой мы занимаемся все равно, просто смотрим на это с разных точек зрения. Если мы не сможем найти точки, где мы срослись, если мы не сможем двигаться совместно, не будет движения в научном отношении. Каждый так и будет в своей колее, в своей борозде, но движения и прорыва мы не дождемся точно при нашей жизни, если не объединимся.

Виктория Читлова:

Наталья Валериевна, Вашими усилиями и содружественными усилиями крупных организаций на конгрессе побывала элита мировой психиатрии и психологии. Что самое важное стоит почерпнуть современным психиатрам в общении с зарубежными специалистами и коллегами?

Наталья Треушникова:

Традиционно российские и советские психиатры смотрели и смотрят на себя и на свою профессию, как на некий особый путь. Мне кажется, что наступило время, когда пора с зарубежными коллегами искать не просто точки соприкосновения, а искать общие пути. У нас есть свой накопленный опыт, он богат, он ценен, но если мы не постараемся передать его, транслировать его нашим западным коллегам, не донесем его доступно, то этот опыт канет в Лету, и мы не сможем его сохранить.

Но в то же время западные психиатры тоже накопили достаточно много знаний, и нам стоит смотреть в эту сторону. Особенно это касается нейронаук, генетики. Это же связано и с современными технологиями. В соматической медицине давно уже работает система третьего мнения. Очень бы хотелось, чтобы такая система появилась и у психиатров, когда можно будет доверить большой машине сформировать свое мнение по тому или иному вопросу, но для этого нужно проделать огромную работу, ресурсозатратную, материальнозатратную, никому из нас в одиночку это не под силу. Поэтому объединиться и сделать эту работу, мне кажется, очень важно, и мне бы очень хотелось, чтобы это было сделано, и мы бы это увидели.

Виктория Читлова:

Я с Вами полностью солидарна во всех этих вопросах. У меня к Вам коротенький блиц из вопросов. Что для Вас Союз охраны психического здоровья?

Наталья Треушникова:

Для меня это вдохновение, путь развития, достижение личное и персональное.

Виктория Читлова:

Кому и за что Вы хотели бы сказать спасибо?

Наталья Треушникова:

Спасибо всегда учителям, которые были в моей жизни, от школы и до Андрея Леонидовича, который ввел меня в профессию, я им хотела бы сказать спасибо в первую очередь.

Виктория Читлова:

Что бы Вы пожелали нашим зрителям, Наталья Валериевна?

Наталья Треушникова:

Конечно, здоровья. Только психического здоровья, а психическое здоровье – это абсолютное благополучие: и социальное, и всякого рода благополучие, только этого могу пожелать.

Виктория Читлова:

Я от души благодарю Наталью Валериевну, что она согласилась прийти ко мне, поделиться всем, что она делает вместе со своей большой командой, поддержать моих дорогих коллег во всем, что они продолжают делать. Спасибо огромное!